КОМУ НУЖЕН ТАКОЙ АРБАТ?

21 февраля 2001 в 00:00, просмотров: 866

  Не было ни гроша, да вдруг алтын. Позже всех обзавелись мы пешеходной улицей. Долго запрягали, но когда поехали, то сразу вылетели на Арбат — ни больше, ни меньше. Нате вам, дорогие москвичи, арбатские старушки!

    

     ...По пешеходной дороге гулял я в Копенгагене, когда о подобных в Москве не помышляли. Да и зачем они, где купить нечего. Ходил и пытался сосчитать магазинчики и злачные места, сбившись со счета после ста... Торжище вымело с первых этажей жилье, офисы, оно и машины вытеснило, чтобы не мешали броуновскому движению покупателей, стоянию и созерцанию залитых светом витрин. Еще плотнее сгрудились всевозможные заведения на пешеходном пятачке Иерусалима, где улочка раз в пять короче Арбата и во столько же — насыщеннее прилавками и обеденными столами.

     Зачем вообще требовалось закрывать Арбат? Оказывается, для “создания одухотворенной и комфортабельной среды обитания, представляющей возможность для различных видов деятельности и отдыха горожан, заставляющей их любить и беречь свой город”. Так отвечал на этот вопрос доктор архитектуры профессор Гутнов. Автор проекта “Пешеходная улица Арбат” архитектор Харитонова вторила теоретику: “Все, кто хочет прогуляться, кого волнуют достопримечательности города или просто его витрины, кто ищет развлечений или общения — все стремятся в центр, в пешеходную зону”.

     Где развлечься на Арбате? Днем можно было зайти в кинотеатр “Наука и знание”, вечером — в Театр Вахтангова. По числу достопримечательностей улица не выдерживала никакого сравнения с соседками, Пречистенкой и Поварской. В реестр памятников попало всего два арбатских дома, в одном из которых заседал военный трибунал.

     Все могло остаться благими пожеланиями, если бы военным не потребовалось протянуть к новому Генштабу коммуникации. Вот тогда и перекопали мостовую, сняли троллейбус, выкрасили яркой импортной краской фасады полуразрушенных домов. Высадили липы, поставили скамейки и офонарили... Есть и у нас пешеходная улица, как у людей!

     Много исчертили и исписали бумаги авторы “Пешеходной улицы Арбат”, обосновывая проект. И нигде не проговорились, что вдохновлялись примером Европы. Там пешеходные улицы существовали в древних городах всегда, они настолько узки, что машине не проехать. А магистрали перекрывали только после кардинальной модернизации схем движения, компенсируя горожанам утрату общественного транспорта.

     Вот в Мюнхене, как пишут, произвели “большие транспортные мероприятия”: построили метро и станции железной дороги, создали кольцо для транзитного проезда, оборудовали стоянки. Водителям разрешили ночью и утром следовать по пешеходной дороге.

     Нам тоже обещали второй выход с “Арбатской”, чтобы не преодолевать несуразную площадь. Сулили два новых проезда в гуще переулков, чтобы можно было подъехать к жилым домам. Много чего намеревались сделать, прежде чем объявить Арбат пешеходным. Переместить трибунал, например, открыть выставочные залы, студии, мастерские... Но ничего не сделали!

     Чем был Арбат в далеком прошлом? Торговой улицей. Линейка, конка и трамвай не мешали ни покупателям, ни продавцам. Век назад, как явствует из справочника “Вся Москва”, здесь насчитывалось 100 (!) магазинов одежды, обуви и прочих товаров. Плюс 60 лавок кормили арбатцев. Плюс 20 ресторанов, трактиров, “рейнских погребков”, кондитерских ублажали народ. Это еще не все. 26 заведений занимались книгами, у 15 типографий и издательств адрес был — Арбат. Трудно представить, но здесь же помещались библиотеки, клубы, классы рисования, общества — в частности, “Общество русских врачей”. В начале ХХ века зажглись огни пяти кинотеатров — “Праги”, “Карнавала”, “Арса-Арбатского”...

     Советская власть прошлась катком по улице. Стерла с лица земли Николу Явленного в середине проезда, Николу в Плотниках, Троицу в конце улицы. Раз в двадцать поубавилось торговых заведений. Закрылись все кинотеатры. Безжалостно сносилась старина. Булат, когда на углу с Арбатским переулком ломали дом 1786 года, молил:

     ...Ты укрой Арбат, гитара,

     От смертельного удара,

     От московских наших дураков.

     Проект “Пешеходной улицы Арбат” сулил новую жизнь старой улице, описанной Львом Толстым, воспетой Окуджавой. Хотя и тогда нашлись скептики. Мудрый Булат говорил мне, когда подписывался приговор его малой родине: “Меня тревожит будущее Арбата, несмотря на все решения. Я хотел бы, чтобы улица оставалась родной для тех, кто на ней живет, и близкой для тех, кто здесь бывает. На Арбате, на его площадках, в его сквериках вырастали дети, там они воспитывались, дышали воздухом истории...” Если сегодня и растут здесь дети, то их близко не подпускают к офонаревшей улице.

     На закате социализма Арбат стал последней потемкинской деревней, выкрашенной во все цвета радуги. Узоры наложили на гнилую ткань, кое-где подштопанную. Отселили жильцов коммуналок из квартиры Пушкина. МИД СССР, забрав большой жилой дом, отдал городу квартиру Андрея Белого. “Дом с рыцарем”, мимо которого пролетела на метле Маргарита, заселило Министерство культуры СССР. Два арбатских особняка подарили Культурному центру Грузии в надежде, что он станет образцом для подражания другим республикам.

     Что здесь сейчас? Двери с выбитыми стеклами. Ни швейцара, ни охраны. Полумрак. В подъезде несут вахту солдаты любви скорой сексуальной помощи. Былой культурный центр, украшенный грузинскими художниками, расхвачен, разорван на мелкие части: “Иконы”, антикварный салон, кафе на веранде, ночной клуб, игорный салон, дискотека, клуб “Ангел”, ресторан “Англия” (в грузинском центре культуры?!), ресторан “Грузия”, бильярд-бар... Здесь же гадает некая дама на картах, кофе, свечах, игле, хлебе, воде...

     За десять лет новая власть если что основательно успела, так это поделить собственность, распродав самые престижные здания. Хватали так жадно, что давились жирными кусками, не сумев их переварить и усвоить. В истоке улицы зияет за забором огромная яма, засыпанная снегом. Сколько лет гуляет земля? На ней сломаны пять фасадных зданий, не считая дворовых. Тут обитали в прошлом “Арбатский подвальчик”, театр “Мастфор”, кинотеатр, куда захаживал автор “Войны и мира”...

     За исключением “Праги”, не лучше картина напротив. Все дома обширного владения генерала Шанявского на Арбате, 4, подаренные им Москве под университет, дошли до ручки. В гостинице “Столица” живал безвестный литератор Иван Бунин, мечтая о славе. Никто здесь больше не живет. Внизу торгуют, вверху — тишина.

     Бочки голубой краски вылили на мертвый дом, о котором Николай Глазков писал:

     Живу в своей квартире

     Тем, что пилю дрова.

     Арбат, 44,

     Квартира 22.

     Давно обезлюдели дома этого владения. Чьи они? Вышло было решение правительства Москвы передать комплекс под художественную галерею Ильи Глазунова. Но вскоре его отменили под напором таинственных собственников, у которых есть, оказывается, силы надавить на власть, но нет сил или желания, чтобы освоить несколько тысяч квадратных метров.

     Когда зажигаются фонари, видишь черные окна. Сколько их?! Из сотни уличных и дворовых строений за москвичами осталось несколько.

     Что успела сделать власть с 1991 по 2000 год? Удавила букинистов, книжную торговлю. Закрыла популярную “Диету”, “Бублики”. Открыла десяток бутиков, ресторанов иностранной кухни. Установила несколько досок покойным жильцам и Николе Явленному, памятник молодоженам Пушкиным, фонтанчик “Турандот”. Легендарный двор Булата застроила. Вместо загубленного двора собираются установить бронзовые арки и статую, поражающую приземленным натурализмом. Липы зачахли. Скамейки исчезли. Проезжую часть заняли развалы, увешанные красными знаменами, мундирами униженной армии. Рябит в глазах от матрешек всех цветов и калибров. За что боролись?

     Арбат превратился в громадную скупку. При свете фонарей это не бросается в глаза. Побывав здесь среди бела дня, я ужаснулся массе желающих скупить и продать. У подворотни почти каждого дома, на каждом перекрестке зовут тебя поскорее оценить и сбыть драгоценности.

     С чего начинается Арбат? С антикварного магазина в “Праге”. Отсюда на всем пути тянутся прилавки, заполненные остатками былой роскоши, бронзой, серебром, золотом, хрусталем, фарфором, всем, что успели уберечь от красногвардейских патрулей жители старого Арбата, обнищавшие вконец после краха социализма. Несут сюда былое со всей Москвы.

     Думаете, “Букинист” — это старый книжный приют? От него осталась одна вывеска, за витриной — антиквариат. “Звезда”, “Купина”, “Раритет”, “Елисей”, “Золотник” — все это с названиями и без — магазины по продаже и скупке бриллиантов, икон, старой мебели, посуды, ювелирных изделий... Таких магазинов штук двадцать, не считая скупок в подворотнях, столиков под открытым небом, где каждый может получить срочную консультацию знатоков с наметанным глазом.

     Мне казалось, победивший капитализм с либерализмом вкупе возродят Арбат, осветят его огнями оживших домов, гостиниц, галерей, студий. Горбачев запустил сюда поэтов и художников. Получай, Москва, Монмартр с Гайд-парком в одной пешеходной зоне! А в итоге нам вернули Сухаревку и Хитровку с ночлежками, новыми хитрованцами — бомжами, алкашами, наркоманами. Такие размножились “дети Арбата”, о которых не помышлял Анатолий Рыбаков, уехавший умирать в Америку.

     Кто опустил улицу, заплевал, “замочил” в натуральном смысле (нет ни одного туалета!), превратил в развал матрешек, пристанище маргиналов... Почему прославленный Арбат попал в беду, выглядит несчастнее соседних Пречистенки и Поварской, ухоженных и обновленных?

     Не мчатся по ночам, как встарь, лимузины вождя на “Ближнюю дачу”. Не проносятся по мостовой ни Президент и премьер России, ни мэр и премьер Москвы. Если бы каждый день Юрий Михайлович и Владимир Иосифович проезжали мимо руин, пустырей, безжизненных зданий, разве потерпели бы они такое безобразие? Где еще столько провалов, мертвых домов?

     Повторю вопрос, заданный в заголовке: кому нужен такой Арбат? Меньше всего тем, кто на нем еще живет. Им плохо от соседства с толпой, уличными талантами и бродягами. Такая зона нужна продавцам матрешек, антиквариата, скупкам золота и серебра, опустившимся людям.

     Годы доказали: проделанный на скорую руку эксперимент себя не оправдал. Пора признать ошибку. Тяжело раненный Арбат сумрачен по ночам, несмотря на огни фонарей. Они предстают декорацией неудачного спектакля, бездарно разыгранного на замечательной улице.

    



Партнеры