Шведские сны потрясут наяву

27 апреля 2001 в 00:00, просмотров: 195

28 апреля станет перекрестком театральной олимпиады. В том, что на этом перекрестке ожидается битва за место в зале, нет сомнений. Потому что на перекрестке 28 апреля сошлись “Отелло” Эймунтаса Некрошюса, “Игра снов” Роберта Уилсона и “Апокалипсис” Юрия Любимова. “Отелло” играют в Театре им. Моссовета, “Игру снов” — во МХАТе им. Чехова, а “Откровения св. Иоанна Богослова” (“Апокалипсис”) — в костеле Непорочного зачатия Девы Марии. Публика сейчас мечется уже не в поисках билетов, которых давно нет, а решает, куда пойти. Этот вопрос из разряда неразрешаемых.



Вот уже неделю во МХАТе им. Чехова кипит работа. Со служебного входа слышен стук молотков и шведская речь. Но в театре идет не капитальный ремонт, как это можно предположить, а всего лишь монтаж сцены к нашумевшему спектаклю американского режиссера Роберта Уилсона “Игра снов” (Штадтеатр, Швеция), премьера которого в рамках Театральной олимпиады состоится 28 и 29 апреля.

Корреспонденту “МК” удалось пробраться за кулисы и подробно узнать о готовящихся сюрпризах.

Справка: Роберт Уилсон — родился в США, по образованию архитектор, и это наложило серьезный отпечаток на его театральные работы. Во всяком случае, свои спектакли он застраивает с тщательностью изобретательного технаря. Ставит во всем мире и имеет репутацию режиссера-рекордсмена: выпускает в год до 20 спектаклей. Спектакли Роберта Уилсона далеки от привычной российскому зрителю эстетики. “Слишком отстранен и холоден”, — говорят одни, другие восхищаются инфернальностью изображения, которого он добивается световыми манипуляциями. Красивая картинка — его визитная карточка.

Сцена МХАТа сильно видоизменена. Руками работников матерчатые кулисы превратились в жесткие рамки черного цвета, при помощи которых сцена кажется огромным паспарту. До идеального состояния выровнен планшет пола, а на 40 штанкетах висят многочисленные лампы. Ведь именно свет — визитная карточка режиссера Уилсона. Кстати, из-за света, на котором “повернут” американец, некоторым зрителям не удастся попасть на спектакль — балкон МХАТа превращен в огромную осветительную лампу, поэтому билеты туда не продаются.

Шведы приехали в Москву неделю назад и еще ни разу не побывали на Красной площади. Каждый день с 8.30 до 23.30 они вкалывают во МХАТе. Три огромные фуры с декорациями и реквизитом, которые они привезли с собой, пришлось разгружать почти целый день. Но это мелочь по сравнению с тем, что монтаж сцены занимает не два дня, как обычно, а целых десять.

— Мы можем критиковать такую медленную работу, но на Западе абсолютно другой подход к сценическому обслуживанию, — говорит технический директор конфедерации Сергей Макряшин. — Там практически нет репертуарных театров, поэтому каждый раз сцену приходится монтировать.

У шведов все четко: лампочка к лампочке, проводок к проводку. Естественно, этот кропотливый процесс занимает много времени, но игра стоит свеч.

— Как красиво, — раздалось из зала, когда в воздухе, как будто на невидимых нитях, распустилась роза, возникли воздушный черный платок, белая туфелька и книга. К сожалению, это все, что нам удалось увидеть в действии. Зато в понедельник, когда в театр заезжал сам Уилсон, прилетевший в Москву на один день для встречи в Кремле с президентом, техгруппа Штадтеатра продемонстрировала все свое умение: 11 планок с изображением домов, деревьев, стен и окон поднимались-опускались, а лучи прожекторов переливались необычным светом.

Однако и нам удалось обнаружить за кулисами кое-что еще, кроме снующих с фонариком во рту шведов. Огромный стол с зеленым репейником, белую корову на соломе, лошадь, инвалидное кресло, доску с выкройками и часть красной кирпичной стены. Что из этого получится — пока неизвестно.



Партнеры