Шедулярный налог - хит сезона

4 мая 2001 в 00:00, просмотров: 353

“Я не ропщу о том, что отказали боги, мне в сладкой участи оспаривать налоги...” — самокритично признался как-то поэт Пушкин.

Понять Александра Сергеевича можно. Налоги — дело муторное. Впрочем, сам поэт, будучи дворянином, их не платил. Он лишь вносил в казну подушную подать за своих крепостных, которые затем отрабатывали эти деньги для барина. Поэтому вникать в тонкости налогообложения поэту было необязательно.

С тех пор в России кое-что все же изменилось. Нет больше дворянских привилегий. Во всяком случае, в теории. Перед законом у нас все вроде бы равны. Так что хочешь не хочешь, а с правилами взимания “мыта” государством знакомиться приходится каждому...

Все мы... козлы. Извините. Но что поделаешь, если именно так утверждает наше государство. Пусть и не прямым текстом, пусть в более изящной форме. Суть-то от этого не меняется.

Чтобы понять, как именно думает о нас государство, достаточно всего один раз попытаться разобраться в системе налогообложения.

Начнем с теории. Оказать помощь в ее освоении призван “Комментарий ко второй части Налогового кодекса РФ”. Он вышел недавно из-под пера заместителя министра финансов РФ Сергея Шаталова. Рискну привести отрывок из книги — для того, чтобы каждый из вас мог получить для себя хоть какое-то представление об этом труде.

“Наиболее эффективными методами борьбы с трансформацией высоких доходов в незарплатные формы являются установленная на низком уровне плоская шкала налогов, шедулярное налогообложение всех видов доходов у источников их выплаты...”

Такой вот “увлекательный” стиль изложения... Тем не менее издание рекомендовано для широкой публики. А еще — студентам юридических и экономических вузов. Так чему же сегодня учатся будущие обладатели самых престижных профессий?

Перво-наперво они узнают, что доходы физических лиц, оказывается, делятся на “обычные” и “необычные”. Согласитесь, это уже интригует. “Необычные” доходы, по Шаталову, — это те, которые вы получили в качестве процентных выплат на вклады в банке, по договорам страхования или в качестве выигрыша на тотализаторе. В чем их “необычность”? Не в том ли, что они, если пользоваться терминами советских времен, “нетрудовые”?

Прямого ответа в “Комментариях” на этот вопрос не имеется. Тем не менее там достаточно прозрачно намекается на то, что крупный выигрыш на тотализаторе запросто может быть получен в итоге каких-то махинаций. Надо ли государству с махинаторами бороться? Несомненно. Однако в цивилизованных странах делается это путем уголовного разбирательства. И если факт преступления доказан на суде, то незаконно полученные деньги конфискуются. Такова нормальная практика.

Однако у нас сегодня наблюдается просто какой-то разгул либерализма. Напрямую о махинаторах и жуликах говорить как-то неприлично — могут не так понять. Поэтому действующий замминистра, наставник студентов, изобретает абсолютно иной механизм воздействия на людей с “необычными” доходами. Он предлагает эту публику как бы штрафовать, не дожидаясь суда. Применяя ставку в 35 процентов за каждый рубль “необычного” дохода — против 13, взимаемых с доходов “обычных”.

Казалось бы, вот оно, торжество социальной справедливости! Однако не станем спешить с выводами. А зададимся вопросом, вполне уместным в разговоре о теоретических основах системы нашего налогообложения: если стоящие у власти политические силы поставили в основу своей внутренней политики перевод народного хозяйства страны на рельсы рыночной экономики, то как прикажете поступать простым гражданам? Разве не обязаны они согласиться с тем, что стремление каждого к “чрезмерно высоким” доходам есть занятие не только естественное, но и необходимое? Иначе какая же это, к черту, рыночная экономика?

На рынке недопустимо разделение личных доходов на “обычные” и “необычные” с точки зрения их налогообложения. Возможно — разграничение способов обогащения. Они могут быть законными или противоправными. Но это опять-таки устанавливает суд, а не Налоговый кодекс. Если же гражданином действующий закон не был нарушен, то любые его доходы, пусть даже самые баснословные, есть обычное дело. Их можно облагать или прогрессивной налоговой ставкой (тогда размер налога автоматически растет вместе с суммой дохода), или регрессивной (когда тот, кто заработал много денег, платит меньший налог).

Наши законодатели почему-то выбрали средний вариант, обязав всех — и богатых, и бедных — отдавать 13 процентов своего “навара” государству. Бог им, как говорится, судья. Но откуда, спрашивается, взялись еще и 35 процентов, взимаемых в том случае, если ваш доход кем-то будет признан “необычным”? Объяснить подобный зигзаг мысли творцов действующего налогообложения какими-то разумными доводами — задача вряд ли посильная для любого человека, каким бы отъявленным приверженцем либерализма он себя ни считал. * * *Особо нелепо “шедулярное налогообложение” выглядит в случае с доходами, полученными в ходе удачной игры с ценными бумагами на фондовой бирже. Здесь успех, как известно, приходит к тому, кто смог акции или облигации дешево купить и дорого продать. Спекульнуть. Но, извините, такова сама суть биржевой деятельности, необходимой для привлечения инвестиций. В том числе и зарубежных.

Однако действующая налоговая система это “необычное” превышение рыночной стоимости бумаг над ценой их покупки относит к числу доходов, полученных в виде “материальной выгоды”. И, соответственно, штрафует их 35-процентным налогом.

Следовательно, Налоговый кодекс РФ статьей 212 ставит барьеры для биржевых операций. Добавьте сюда еще и тот факт, что доходы в виде дивидендов на акции также облагаются повышенной ставкой — в 30 процентов (видимо, они тоже заранее отнесены к категории “необычных”). Теперь, думается, всем понятно, почему вкладывать деньги в российские ценные бумаги — занятие неблагодарное. И почему на наш рынок не слишком-то торопятся западные инвесторы...

Очень логично прокомментировал ситуацию бывший депутат Госдумы, а ныне председатель Экспертного совета по налоговому законодательству при комитете ГД по бюджету и налогам Андрей Макаров:

— Дело в том, — сказал он, — что наши чиновники из Минфина никак не могут понять, что Налоговый кодекс устанавливает две вещи: права налогоплательщиков и обязанности органов, налоги собирающих. Не больше и не меньше. А всеми, кто пытается нарушать эти законом установленные отношения, занимается уже отрасль другого права. В частности, уголовное. И попытка их соединить ни к чему хорошему не может привести. * * *Справедливость мнения Андрея Макарова весьма красноречиво, на мой взгляд, иллюстрирует история, рассказанная начальником юридической службы одного крупного московского предприятия — АО “Московская кондитерская фабрика “Красный Октябрь”. Здесь в последние годы существовала система материальной помощи кадровым рабочим, нуждающимся в улучшении жилищных условий. Делалось это путем выдачи неких денежных сумм в качестве беспроцентных ссуд и субсидий. Казалось бы, благое дело. Но сегодня руководство фабрики — в растерянности. Вместо слов благодарности они то и дело слышат от недавних ссудополучателей чуть ли не проклятия в свой адрес.

Причина тому — все та же злополучная вторая часть Налогового кодекса. Чья уже знакомая вам статья 212 перечисляет особенности определения налоговой базы при получении доходов в виде материальной выгоды. И первым пунктом здесь стоит материальная выгода, получаемая от экономии на процентах за пользование заемными средствами. А ссуда — тот самый заем.

Предоставив своим сотрудникам финансовую помощь, руководители фабрики перевели их в разряд граждан, доходы которых сейчас признаются “чрезмерными”. Не стану утяжелять статью конкретными математическими подсчетами, скажу лишь, что картина с жилищными субсидиями получалась просто фантасмагорическая. Получив ссуду, работники фабрики теперь вынуждены возвращать ее и еще при этом платить повышенный налог. Все это делается за счет зарплаты, и без того небогатой. Получается, что, улучшив свои жилищные условия, человек лишился средств к существованию. За что?

Не честнее ли было так прямо и сказать в законе: материальная помощь и беспроцентные субсидии малоимущим есть “отрыжка” проклятого социалистического прошлого. Поэтому бойтесь брать ссуды и матпомощь для улучшения своих бытовых условий. Покупайте метры за собственные деньги. Если они, конечно, у вас имеются. Или — становитесь депутатами Госдумы, госчиновниками высокого ранга. Тогда стоимость вашего комфортабельного жилья оплатит государство. Явная материальная выгода “слуг народа” почему-то налогом не облагается.

Не менее впечатляюще выглядит картина и с процентами по вкладам в банки, со страховыми выплатами. К этим способам инвестирования люди, как известно, прибегают и для того, чтобы уберечь свои сбережения от инфляции.

Так вот. По новому, якобы очень либеральному законодательству ваши доходы на банковские вклады будут признаны “обычными” лишь в том случае, если процент не превысит 3/4 ставки ЦБ. Любое превышение будет наказано 35-процентной налоговой ставкой, т.е. попадет в категорию “чрезмерно высокого” дохода. Почти что “нетрудового”.

Фактически это значит, что Налоговый кодекс ставит вне закона все антиинфляционные меры, используемые россиянами для спасения своих сбережений. Кроме одного — обмена “деревянных” на “зеленые”. Хороша борьба за укрепление национальной валюты, ничего не скажешь! Вполне в гайдаровском духе.

Ни для кого не секрет, что банки и страховые компании, аккумулируя у себя свободные средства населения, являются основными источниками инвестиций в национальную экономику. Известно и то, что инвестиции в первую очередь идут туда, где есть перспектива получить приличный доход на вложенный рубль. Как минимум, чтобы он покрывал инфляцию. Максимум — был “чрезмерно высоким”. Но похоже, что власти этих азов либо не знают, либо не заинтересованы в привлечении частных капиталов.

Выступая недавно на коллегии Минфина, президент Путин заявил, что высокая инфляция сегодня съедает все накопления и является главной угрозой экономического благополучия страны. Здесь трудно что-либо возразить. Кроме одного. К словам президента невозможно относиться серьезно — когда знаешь, что на деле власть сама не оставляет простым гражданам возможностей уберечь свои сбережения от обесценивания. Когда деньги, заработанные не руками у станка, а, допустим, головой в игре “О, счастливчик!”, признает “необычными” и лупит с них высокие налоги.

Остается только покупать доллары. Т.е. заниматься инвестициями в американскую экономику.

А вы говорите — не козлы...




Партнеры