НЕ НОСИТЕ С СОБОЙ ПОЛТОРА ВЕДРА ЖИРА!

14 декабря 2001 в 00:00, просмотров: 446

  Диеты надоели. Сколько можно: голова, как калькулятор, подсчитывает калории, стрелки весов подскакивают после каждого ужина, а “молния” на джинсах то сходится, то ломается. Почему молчит наука? Уже и человека почти клонируем, а навсегда справиться с проблемой глобального потолстения никак не можем. К тем, кто отчаялся, поняв, что силой воли его явно обделили, приходит на помощь так называемая психотерапия избыточного веса.

    

     а, подумала я, на носу Новый год, надо решаться. Может, повезет на этот раз: так заколдуют, что выйдешь к елке такая вся стройная и прозрачная — прямо как Снегурочка. С такими радужными мыслями я отправилась на очередную похудательную забаву: три ночи в обществе двух психотерапевтов — и тебя будет сдувать ветром, а коленный сустав станет самым толстым местом ноги.

     Текст объявления завораживал: “Всего-то три сеанса с 9 вечера до 6 утра, и вы забудете, что такое неподъемные ляжки и выпирающие, как “вторая” и “третья” грудь, жуткие складки в районе живота”. В назначенный час я была на месте.

     Пансионат для ветеранов где-то на окраине Москвы. Завывание ветра и маленькая, протоптанная увесистыми дамами тропинка. Неотапливаемый, промерзший актовый зал, и клубы пара изо рта.

     На сцене возникли двое.

     — Раз вы уже пришли, похудение на 6—10 килограммов в месяц вам точно обеспечено, — начал вступительную речь доктор номер раз. — У нас, женщины, уникальные методики, ориентированные на изменение стереотипов пищевого поведения и формирование образа жизни стройного человека.

     — Проще говоря, вы уже не сможете есть котлеты лопатой и не будете обращать внимание на соблазнительные запахи, — разъяснил доктор номер два. — Всего три тысячи рублей, и через некоторое время знакомые вас не узнают. А вот вы, девушка во втором ряду в желтой кофточке, я вижу, вы не верите. А кто не верит, худеет быстрее.

     Свою систему Андрей Бобровский и Михаил Гаврилов придумали давным-давно, когда еще учились в Томском медицинском институте. Собрались как-то на кухоньке за стаканчиком и решили: будет один из нас весь такой умный-преумный, а другой — рубаха-парень. А уж женщина выберет того, к кому “душа ляжет”: кому-то нравятся мужчины посерьезнее, кому-то — попроще. Получили они дипломы врачей-психиатров, защитили кандидатские и принялись колесить по городам и весям России, зарегистрировав свое ночное шоу под веселеньким названием “Доктор Борменталь”.

     — Ночной вариант проведения сеансов имеет много плюсов, — доктор Андрей выступал явно в роли профессора. — Психотерапия в переводе с греческого обозначает “лечение души”. А все задушевные разговоры происходят, как правило, в ночное время.

     — Проще говоря, днем мы пашем на работе, совершенно нет времени расслабиться, посидеть, поболтать часок-другой или, как у нас, все восемь, — внес ясность в сказанное доктор “рубаха-парень” Михаил. — А после сеанса, думаю, где-то в шесть утра закончим, можно сразу пойти на работу, чтобы не разрушать устоявшийся график и внедрять себе спокойненько новый стройный образ жизни, как говорится, без отрыва от производства.

     Сидя на теплой кухоньке в Томске, заранее обдумали борцы за стройное женское тело и весь антураж: дубняк в помещении и жесткие неудобные стулья — чтобы дамочки не расслаблялись и не заснули. Полумрак, горящие свечи и ненавязчивая музыка добавляют элементы мистики и интима. Уж они-то знали, на что так падки женщины.

     — Вот в вас, девушка, — обратился Бобровский к даме, наглухо завернутой в теплую шаль и согревающую время от времени своим дыханием замершие ладошки, — сколько килограммов лишнего веса?

     Девушка, оказавшаяся бухгалтером Викой, робко ответила: где-то 15, но это только чтобы влезть в одежду двухлетней давности. А если вспомнить выпускной вечер в школе, то все 25.

     — Да, плохо дело, — констатировал “свой в доску” Гаврилов. — Пятнадцать лишних килограммов — это же полтора ведра жира! Представляете, вы его весь день с собой носите, а когда спать ложитесь, то ставите его на живот.

     Главным методом избавления стал транс: некое состояние где-то между сном и бодрствованием, которое наводили на нас еле слышимым нежным шепотом доктора. Поначалу трансы веселили. У нас корректировали аппетит и сокращали размер растянутого от всякой всячины желудка.

     — Представьте, что вы держите в руках шар. Почувствуем руками большую гладкую форму, — вещал доктор Андрей, а мы пытались замерзшими ручонками крутить невидимый объект. — Потом он превращается в апельсин. Все чувствуют, какой он маленький и шершавый. Постепенно апельсин превращается в яйцо, яйцо в пылинку, пылинка в искру, которая вспыхивает ярким светом и исчезает. Точно так же медленно, но постепенно сужается ваш желудок, и вы уже никогда не сможете за один раз съесть сковородку картошки или тазик винегрета.

     Затем вместе со “злым следователем” мы вырабатывали стереотип поведения стройного человека.

     — А теперь представьте себе изумительную женскую фигуру, о которой вы мечтаете. Для кого-то это роскошные, но подтянутые формы Мэрилин Монро, кто-то грезит о прозрачных очертаниях Кейт Мосс. Вставим теперь эту фигуру на место нашего рыхлого и полного тела. Но мы не можем, как скульптор, убрать все лишнее, мы можем только, когда нам предлагают аппетитные блюда, вспомнить свой идеал и отказаться от искушения. Потому что свисающий и портящий силуэт лишний жир — это как раз и есть искушение.

     Трансы доктора Гаврилова оказались более задорными. Он отучал нас любить то, что вкусно.

     — Представьте: на одной руке лежит ваше самое любимое блюдо, — начал он, и тут девушка Ольга рядом со мной громко хихикнула. Как выяснилось, она представила себе пакетик майонеза. Михаил, видимо, понял, в чем дело, потому что добавил: — Только снимите упаковку и вскройте банку. Это касается тех, кто обожает сгущенку и консервы. Чувствуете, как аппетитно пахнет? Да, и я бы сейчас от какого-нибудь хот-дога с горячей сосиской не отказался. Но не тут-то было. На другой вашей руке лежит дохлая вонючая крыса: из ее живота торчат кишки, а остекленевший глаз болтается на веревочке. И вот вы кладете дохлую крысу на ваш вкуснейший бутерброд и пытаетесь откусить кусочек. Ну что, противно? Так вот, вы больше никогда не будете есть свое любимое блюдо.

     Под утро никакого транса уже не требовалось, при первом звуке усыпляющей мелодии женщины сами впадали в спячку. Поэтому, для того чтобы взбодриться, мы выбегали в пятиминутных перерывах на улицу, чтобы проснуться при помощи холода и сигарет. Начали раздражать и доктора, которые регулярно, каждые два часа, менялись и уходили в маленькую уютную комнатку рядом со сценой.

     — Вот гады, — не выдержала бухгалтер за сто Ирина, которая перед тем как сюда прийти, собрала все мужество в кулак и последний раз в жизни поужинала. — Эти небось там чаи гоняют да бутербродиками с колбаской закусывают. А ведь завтра на работу.

     Но даже чувство обиды нас не смущало, главное — три ночи продержаться, и, считай, идеальная фигура у тебя в кармане. Но в пять часов утра, когда наконец-таки закончились трансы, нас ждал мощный удар. Оказалось, одно внушение не поможет, каждая из нас должна придерживаться все той же набившей оскомину диеты. Причем очень малокалорийной. Всего 600 килокалорий в день. Для наглядности: это всего полтора килограмма яблок, или плитка шоколада, или двести граммов гречки без масла. Бывалые барышни знают, на такой диете на 10 килограммов в месяц похудеть не вопрос и безо всяких трансов. Если, конечно, выживешь.

     Но Андрей с Мишей нас успокоили:

     — То, что не выдержит нормальный человек, выдержите вы, с новым подходом к жизни и отсутствием аппетита. Уже через несколько часов вы почувствуете, как равнодушны вам люди, уплетающие за обе щеки. Как безразлично вы взираете на витрины в колбасных отделах и абсолютно равнодушны к запахам свежеиспеченного хлеба в пекарне. Помните, желудок у вас теперь как маленькая точка, ваша фигура стремится к идеалу, а все калорийные продукты отдают дохлой крысой! Эти ощущения не оставят вас даже во сне.

     Не знаю, как у других, но как только я попала домой, то первым делом подогрела оставшееся от ужина мое любимое блюдо — картофельное пюре. Меня не терзали муки совести. Воздушное пюре не отдавало дохлой крысой и легко помещалось в сократившемся до точки желудке. А когда я заснула, мне приснился чудесный сон: моя фигура медленно, но верно стремится к идеалу. Новогодняя елка, восхищенные взгляды и я, такая вся Снегурочка!

    



Партнеры