Александра Пахмутова — Николай Добронравов: “На тебе сошелся клином белый свет!”

30 декабря 2001 в 00:00, просмотров: 496

Они познакомились в Москве. Александра Николаевна приехала сюда в 1943 году. Николай Николаевич в начале 60-х был актером в Театре юного зрителя. Почти 45 лет они вместе. Александру Николай зовет Алей — так ее звали и в семье. Они любят повторять фразу из Сент-Экзюпери: “Любить — это не значит смотреть друг на друга, а смотреть в одном направлении”. О них нельзя сказать “старомодные”, хотя дома у них нет компьютера. В год они сейчас пишут пять песен. Иногда больше, иногда меньше. Работают без остановки — это уже привычка. Десять лет назад они связали свою судьбу еще и с Юлианом. Этот творческий брак состоялся по взаимной любви. Их девиз: мы не сдаемся.



— Александра Николаевна, почему для вас свет клином сошелся на Добронравове?

— Так случилось, и слава Богу. Мы работаем вместе, однако у меня есть песни и на стихи Ошанина, Матусовского, Львова, Казаковой, Заболоцкого... Но вместе работать интереснее.

— Под ваши песни прошла жизнь целого поколения, вы мировые звезды, но все обращают внимание на то, что вы очень скромно держитесь.

А.Н.
— Нескромным нужно быть человеку, у которого нет личных заслуг.

Н.Н. — А потом, у нас была трудная судьба, военное детство — мы так воспитаны жизнью.

— Ваши песни действительно запрещали?

Н.Н.
— Запрещали, и очень многие. Например, песня “Основы жизни” — это песня о правде. К сожалению, она не вышла, хотя там ничего особенного не было.

— Зато некоторые песни у вас получились уж слишком “правильными” — например, “И вновь продолжается бой!”...

А.Н.
— Это была финальная песня съезда комсомола. Обычно на закрытиях съездов партии выходили солидные баритоны и пели что-то такое благостное, умиротворенное. И вдруг — эта наша песня. Там были даже барабаны!.. Так что для того времени она была очень даже, как сейчас бы сказали, продвинутой.

— Чем больше вы писали, тем выше было ваше материальное благополучие?

А.Н.
— Нет. Тогда была другая экономика. Был гонорар, была заработная плата, и все.

Н.Н. — Платили немного. Но зато, например, когда выходила книга, все же платили, а сейчас ты должен заплатить, чтобы у тебя вышла книга...

— Сейчас для вас материальное — во главе угла?

А.Н.
— Мы не богатые, но и не бедные. У нас уже пройден большой путь, и многое уже есть. Вот холодильник например, телевизор...

— Как цензоры пропустили такую чувственную песню, как “До свиданья, наш ласковый Миша” на закрытии Олимпиады, — ведь, наверное, должно было быть что-то пафосное?

А.Н.
— Политика помогла. За полгода до Олимпиады нам заказали песню с содержанием “До свидания, Москва, — здравствуй, Лос-Анджелес!”. Песня должна была быть торжественной. Задача не очень интересная, дежурная. Но началась война в Афганистане, и США бойкотировали Олимпиаду. Тогда нам сказали, что торжественности уже не нужно. Напишите просто лирическую песню о прощании с Олимпиадой...

— В чем секрет успеха ваших песен?

А.Н.
— Это не музыкальные и поэтические качества. Это феномен социального времени, какое-то братство.

— Но разве замечательная песня из кинофильма “Три тополя на Плющихе” — это “феномен социального времени”?

А.Н.
— Я сочинила “Нежность”, пока шла от студии Горького до стоянки такси. Хотя сначала отказывалась писать песню для “тетки, которая приехала на рынок мясом торговать”. Но когда мне показали фильм, когда увидела Доронину, как она поет, и глаза Ефремова — человека, к которому пришла большая любовь, которая не принесет счастья, — я подумала: боже мой, разве можно кому-нибудь отдавать этот фильм?! Я дошла до такси, и тема “Трех тополей на Плющихе” уже была у меня.

— Современные исполнители, кроме Юлиана, поют ваши песни?

Н.Н.
— Мы очень любим молодых. У нас есть замечательная девочка в кубанском хоре Наташа Губа. Еще есть молодые ребята...

А.Н. — Недавно был “Славянский базар”, и, на мой взгляд, просто великолепно песню “Белоруссия” спел Витас. Нам очень понравилось. Причем он эту песню выбрал сам. Мы с ним не были знакомы даже. На нашем концерте первый раз пел Басков. Я у знакомых, помнится, тогда спросила: “Вам понравилось, как пел этот мальчик?” “Уедет, наверное”, — ответили они.

— Какие еще современные исполнители вам нравятся?

Н.Н.
— Во-первых, мы поклонники наших милых белорусских “Песняров”. А из современных мне очень нравится “Любэ”.

А.Н. — Мне нравились “На-На”, но не сейчас, а раньше. Им шли такие песни, как “Упала шляпа”, “Фаина”.

— Вы сейчас много гастролируете?

Н.Н.
— Мы ездим только время от времени. Нам это интересно. Вот были на Липецком металлургическом заводе, написали о них песню. У нас не так много предприятий, которые работают. Это великое дело.

— Как вы собираетесь встречать Новый год?

Н.Н.
— Дома. У нас много каких-то обязательных вечеров. И просто побыть дома — это уже радость.

— А что вы обычно дарите друг другу?

А.Н.
— Любовь и разные безделушки.

Н.Н. — Я, например, знаю, какие духи любит Александра Николаевна...

— А что бы вы пожелали нашим читателям?

А.Н.
— Дорогим читателям “Московского комсомольца” в новом году — здоровья, радости, взаимопонимания и поддержки в самом прекрасном, самом сложном государстве — семье.

Н.Н. — Мне хочется пожелать, чтобы в новом году у людей была хорошая работа, было дело, которое ты любишь. Это очень важно. Это полжизни. Чтобы было счастье в семье, чтобы в жестокой жизни было больше нежности и доброты.



    Партнеры