ВЫСШАЯ ЦЕННОСТЬ

14 декабря 2002 в 00:00, просмотров: 801

Критиковать уже практически нечего. И некого. Никто не дает повода. А кто дает, того просто не замечают.

Все стали такие хорошие, такие правильные. Телеканалы и радиостанции отмечают положительные тенденции, сдвиги и успехи. Даже радио “Свобода” старается говорить только хорошее. Боится, что ее закроют.

Плохо теперь только за границей. Это у них там ракеты не запускаются, людоеды едят гомосексуалистов, найденных через Интернет, в экономике застой и вообще все разваливается. А у нас, наоборот, экономический подъем, и военным скоро снова повысят зарплаты, а в Чечне появится своя конституция.

Иногда, правда, какие-нибудь шахтеры прорываются к Белому дому касками стучать. Но это дикие люди. Они газет не читают, телевизор не смотрят, поэтому не знают, что у нас все хорошо.

* * *

Какие события становятся предметами острых публицистических выступлений, когда в стране все идет хорошо и критиковать некого? Только праздники и знаменательные даты, относящиеся к тем временам, когда не все еще было хорошо. За тот период нынешняя власть не отвечает, поэтому праздники трогать — безопасно. Или почти безопасно.

Праздник недели — День Конституции. Несмотря на то что он отмечается уже девятый год, всякий раз выходные оказываются для граждан приятной неожиданностью.

Обычно где-то в конце ноября в трудовых коллективах разносится слух о праздниках, которые грядут в декабре. Да, и в этом году так удачно, представьте, целых три дня гуляем. Что за праздники? Ну, там этот, как его, День Конституции. А не День Независимости? Нет, независимость, кажется, летом. Короче, я точно не помню, но что-то новое, какая-то победа демократии...

Каким образом полагается отмечать Конституцию — до сих пор не определено. Указаний сверху не поступало, а пока суд да дело, живое творчество масс назначило Дню Конституции роль разминки перед новогодними праздниками. Потом пить придется две недели, а сейчас — небольшая такая тренировочка, забег на короткую дистанцию.

Для непьющих тоже есть хорошее занятие. Середина декабря — удачное время для краткого перерыва в трудовой деятельности, который можно с успехом использовать для подготовки к Новому году. Убрать наконец летнюю обувь, починить бачок в туалете, разобрать свалку на балконе, сдать бутылки, потравить тараканов — в общем, сделать то, чем положено заканчивать один год жизни и начинать другой, но все равно никогда не успеваешь.

Вероятно, со временем День Конституции превратится именно в такой праздник — в день сезонно-обусловленной работы по дому, как Первое мая превратилось в день обязательных полевых работ на дачных участках. Но прежде должно пройти время, хотя бы еще лет двадцать, чтоб люди уже надежно привыкли к празднику Конституции и перестали ему всякий раз удивляться.

* * *

Хотя как ему не удивляться, если Конституция — сама по себе — не играет в повседневной жизни граждан почти никакой роли.

Кто читал Конституцию, причем не один раз, и все понял и запомнил?

У кого она лежит рядом с телефонной книгой, и как только возникают вопросы по части прав граждан, так члены семьи сразу берут и смотрят, что там у нас положено по Конституции в подобных случаях?

Если такие люди и есть в нашей стране, то их — единицы, и знание Конституции входит в их профессиональные обязанности. А нормальный гражданин знает про Конституцию только то, что это такая тоненькая книжечка, а еще — да, есть такой праздник, и больше ничего.

Чтоб Конституция была не книжечкой, а Конституцией, она должна быть выстраданной. Все, что там написано, каждое слово — должно быть результатом победы в долгой изнурительной борьбе народа за ту жизнь, которую он сам для себя хочет, которую считает справедливой.

Наша Конституция — плод победы совсем в другой борьбе. Россияне в большинстве своем в ней не участвовали, за свободы свои не бились, поэтому никакой выстраданности в нашем “двенадцатом декабря” нет и в помине. Борьба вся была у Ельцина и его команды. Боролись они с другой командой — с депутатами, олицетворяющими коммунистическое прошлое, — и новая Конституция нужна была президентской стороне, чтоб их прищучить. А прищучить когда можно? Когда ты сильнее, когда у тебя больше возможностей, чем у врага, и на всякий его выпад у тебя уже заранее предусмотрен упреждающий удар. Все это и дала президенту новая Конституция, для того она и разрабатывалась, и писалась, и принималась.

* * *

Как водится, все у нас оказалось перевернуто с ног на голову.

Конституция — основной закон, гарантирующий права и свободы граждан, а вовсе не права власти. Главы, касающиеся полномочий властей, включаются в Конституцию именно потому, что исполняемые властями функции должны надежно гарантировать соблюдение прав и свобод граждан.

У нас же, наоборот, Конституция написана специально для того, чтоб гарантировать права президента, а права и свободы граждан включены в нее по большей части ради антуража. Этакие демократические кружева, делающие ее с виду похожей на западные конституции. Смотрите, все положенные слова у нас записаны, поэтому мы тоже демократы, давайте любите нас и жалуйте.

В результате Конституция Российской Федерации со стороны выглядит красивым прогрессивным документом, к которому не может быть никаких претензий у мирового сообщества, а изнутри — апофеозом бюрократического лицемерия, вызывающим возмущение у честных граждан.

* * *

Например, статья вторая Конституции Российской Федерации гласит, что человек и его свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав человека и гражданина — обязанностью государства.

Разве не смешно?

Это у нас-то человек — высшая ценность? У нас, где человек — букашка, с которой любой начальник, облеченный даже микроскопической властью, может сделать что угодно — и так его нагнуть, и этак раскорячить... И не надо далеко ходить за доказательствами, прямо около вашего дома уйма мест, где вам охотно разъяснят, какая вы большая ценность: загляните в свое отделение милиции, зайдите в поликлинику, в ЖЭК, а по дороге послушайте, как воспитательница орет на гуляющих детей или учительница издевается над школьниками.

Человек — высшая ценность! Эка загнули...

Нет, зря люди не читают Конституцию, напрасно. Там о себе можно узнать много такого, о чем даже не подозреваешь.

Например, “народ является единственным носителем суверенитета” — слыхали про такую штуку? Правда, не вполне понятно, что это значит. Носитель вируса СПИД — понятно. А носитель суверенитета?

Дальше еще интереснее: “народ является единственным источником власти”. Вот тоже абстракция типа “высшей ценности”. У самого народа власти нет ни грамма, но тем не менее она каким-то удивительным образом из него вытекает, как из источника.

Впрочем, в статье 3 пункт 2 это загадочное явление разъясняется: оказывается, “народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и местного самоуправления”.

Никогда не пробовали осуществить свою власть непосредственно? А через органы государственной власти и самоуправления?

Попробуйте, очень интересный опыт. Но нужны крепкие нервы, отменное здоровье и масса свободного времени. Иначе большой риск сойти с ума, свихнуться на многолетних хождениях по инстанциям, судах, запросах, отписках и прочих достижениях “осуществленной власти”.

А “высшим непосредственным выражением власти народа” является знаете что? Правильно, референдум и свободные выборы.

Но референдумы у нас на ближайшее время запрещены, так что про них и говорить нечего. А насчет свободных выборов — это пожалуйста, вон в Питере граждане только что свободно избрали своим депутатом подследственного гражданина Шутова. Хотя, казалось бы, с таким шлейфом, как у него, можно представлять уже только интересы преступного сообщества, но никак не мирного населения.

Вообще, граждане у нас кого хочешь свободно выберут, это еще Березовский объяснял в допутинскую эпоху: мол, я могу сделать президентом кого угодно, были бы деньги. В нашей стране с деньгами ты в игольное ушко пролезешь — и все будет совершенно свободно, по доброй воле. Но, к сожалению, в Конституции про это ничего не написано.

Зато там сказано про гарантированный минимальный размер труда. Оказывается, он “устанавливается”. О том, что этот размер должен быть таким, чтоб на него можно было прожить, в статье 7-й нет ни слова. Просто он устанавливается и все.

Пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты — тоже “устанавливаются”. Можно установить такую пенсию, чтоб ее хватало на месяц, можно — на неделю, можно — на день. Конституция позволяет. Главное, чтоб пенсия была установлена, чтоб человек не был брошен на произвол судьбы, с этим у нас строго.

А вот непонятная статья — тринадцатая: “В Российской Федерации признается идеологическое многообразие. Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной”.

У нас-то сейчас, наоборот, политики и чиновники наперебой требуют государственную идеологию, придумывают для нее национальную идею, которая бы сплотила народ и повела вперед в атмосфере духовного единения... Мы, говорят, без государственной идеологии как без рук. Может, они не читали Конституцию?

Есть, однако, и статьи, вызывающие недоумение. Например: “Каждый имеет право на жизнь”. А что, может быть по-другому? Давайте тогда еще напишем: “Каждый имеет право дышать”, “Каждый имеет право есть, спать, отправлять естественные потребности”.

...А с другой стороны, кто знает, не будь у нас этой непонятной статьи — да и вообще всей нашей Конституции в целом — может, сегодня и не было бы все так хорошо в стране, и не только о положительных сдвигах говорили бы телеканалы и радиостанции. Может, у нас, как за границей, не запускались бы ракеты и людоеды кушали бы гомосексуалистов, найденных через Интернет. Кто знает...



Партнеры