ПРЫЖОК В ВЕЧНОСТЬ

28 января 2003 в 00:00, просмотров: 494

Не стало его в воскресенье. Но самое горькое, что великое имя Брумель стали забывать намного раньше. Валерий Николаевич долго болел, но об этом почти никто не знал. Последнее время он жил словно в берлоге, откуда его безуспешно пытались вытащить друзья-ветераны. Мучили депрессия, горькие предчувствия. И даже жена — психиатр — не смогла ему помочь, сколько ни пыталась...


Меньше года назад он красиво отметил юбилей: 60 лет. Не возраст для истинного атлета. И тем, кто любил его, принять уход Брумеля тяжело.

Завтра днем Валерий Брумель будет похоронен на Новодевичьем кладбище.


Валерий Брумель — олимпийский чемпион 64-го, серебряный призер 60-го. 3-кратный чемпион Европы, 6-кратный рекордсмен мира. Его последний рекорд — прыжок на 2 м 28 см — продержался 8 лет. Он был награжден орденом Трудового Красного Знамени, удостоен медали “За трудовую доблесть”.

Он трижды признавался лучшим спортсменом мира. Таких высот не удалось достичь больше никому...

“Его фотография висела у меня над кроватью, как икона”

— Он был моим близким другом, — рассказал Валентин Балахничев , президент Федерации легкой атлетики, заместитель председателя Госкомспорта России. — Последние десять лет работал в федерации. Не могу сказать, что все его любили. Он был человеком жестким, закаленным. Не все знали, каким добрым он был на самом деле...

Он был моим кумиром с 12 лет. Фотография его прыжка висела у меня над кроватью, как икона. Наверное, в то время она висела над кроватью у каждого поклонника легкой атлетики.

— Большой спорт не оставляет выбора? Трудно оставаться приятным и любимым всеми?

— Особенно после того, что пришлось пережить Валере. “Инвалид, калека” — вот будущее, которое ему предсказывали врачи, когда он лежал с раздробленной после аварии ногой. Испытывал на себе знаменитый аппарат Илизарова. А потом его заново учили ходить, как после второго рождения...

— В голове не укладывается, как он смог после всего этого вернуться в большой спорт. Еще ладно — ходить, но прыгать...

— Показательно, не правда ли? Это был хороший пример другим. Оказывается, травма, даже тяжелая, — еще не причина все бросать и сдаваться. А ведь какую жуткую боль ему приходилось терпеть!

— В сущности, он умер молодым...

— Долго болел. Рак. Тот самый случай, когда конец ожидаем, но тем труднее его принять. Особенно когда уходят великие...

Его жизнь в спорте и после спорта разделяет большая черная черта. Ему пришлось уйти слишком рано. Смириться с этим он так и не смог. Даже устроил показательные выступления для журналистов. Специально собрал пресс-конференцию и прыгнул на 2 метра 2 сантиметра с едва окрепшей после реабилитации ногой...

То была его лебединая песня. Потом пришлось оставить спорт навсегда. Хуже всего была неизвестность. В бездействии он оставаться не мог, но что делать? Куда приземлиться?..

Тогда Брумель вместе с писателем Лапшиным пишет автобиографическую книгу “Не измени себе”, по которой позже будет поставлен одноименный спектакль...

Евгений Кузнецов, главный тренер общества “Буревестник”, под крылом которого Брумель в каком-то смысле оставался до конца жизни:

— Его сравнивали с Гагариным. И не зря. Брумель и Гагарин были самыми известными людьми того времени... А дружбе нашей — сорок лет. Мы были очень близки. Ко мне он относился с большим уважением. И хотя по жизни был сложным, мы как-то удивительно легко нашли общий язык.

Знаете, он был очень предан нашему обществу “Буревестник”. И, сколько его ни переманивали, он от нас не уходил. Он меня всегда звал в гости: “Давайте скорее приходите — пообщаемся, в шахматы поиграем!” А если я засиживался допоздна, он всегда провожал меня до метро. Еще он чудесно готовил и угощал меня вкуснейшими блюдами, всегда такими оригинальными. Он познакомил меня с доктором Илизаровым и со многими другими известными людьми...

Так на душе теперь грустно — трудно передать...

Парадокс: Валерий Николаевич был интеллектуалом, прекрасно играл в шахматы. Единственное, что давалось ему с трудом, — многочисленные правила русского языка. Впрочем, великим такое прощается. Великим прощается все...



“Из ста осколков ему срастили кость”

Все-таки это поразительного мужества был человек.

Валерий Брумель был из тех, кто не боялся риска, спокойно ездил на красный свет, мог лихо проехать на мотоцикле. И вот — нелепая авария лишила его всего. Ему было всего 23.

В клинику Илизарова Валерий не мог попасть долго. Она была крошечной — всего на 50 мест. И Брумель снимал комнату рядом с больницей, пока наконец не добился своего — попал к Илизарову на прием. Кстати, потом именно Брумель помог доктору построить настоящую большую клинику...

А тогда, после аварии, мучения он испытывал адские. И однажды, когда Илизаров уехал в командировку, развинтил-таки тиски знаменитого аппарата.

Рассказывает Наталья Васильевна Петухова, старейший работник Всероссийской федерации легкой атлетики (она знала Валерия Брумеля с самого детства):

— Знаете, когда мой муж оказался в военном госпитале, он был свидетелем, как двое здоровых мужчин не могли развинтить эти винты и гайки на ноге солдата, с которым случилось то же, что и с Валерой. Представьте, какая сила была у этого человека, коли ему удалось сделать такое в одиночку...

— Что же потом?

— Все обошлось. Из ста осколков ему срастили кость. Так ведь после реабилитации он снова сломал ее — решил открыть дверь больной ногой...

В апреле прошлого года у Валеры был юбилей. Хороший праздник, много гостей, подарков, улыбающихся лиц. Но что-то было не так. Я чувствовала, что Валера — в глубокой депрессии. Его жена Света — психиатр, и она всеми силами пыталась “вывести” его, но не получилось. Он ведь долго болел — и скорее всего уже тогда все знал...



“Он хотел прожить еще как минимум лет двадцать”

Таисия Ченчик, призер Олимпийских игр, чемпионка Европы, капитан сборной СССР:

— Мы много лет тренировались вместе с Валерой. Он всегда знал себе цену. Никогда не менял своей точки зрения, надавить на него было невозможно.

Его звезда горела слишком ярко. И сгорела слишком быстро. Но хочется, чтобы помнили только о его заслугах, о том, как своим успехом он освещал весь наш советский спорт. Что было потом — пусть останется в тени. Грустная и трагичная судьба... Бедность, ненужность — все это издержки того далекого времени, когда, уходя из спорта, великие люди не могли найти себя в обычной жизни. А ведь у него остался 10-летний сын. Всего несколько лет назад Валера говорил, что мечтает увидеть его великим спортсменом с университетским образованием. А еще он не так давно говорил, что рассчитывает прожить еще как минимум лет двадцать...

Валера был сложным человеком, но все равно многие любили его. За эти два дня сколько уже давних знакомых из других стран позвонили мне, выразили соболезнования. Потому что у всех нас перед глазами стотысячные стадионы, которые он собирал, которые молились на него. Уверена: те зрители навсегда остались его поклонниками и никогда не забудут великого Валерия Брумеля.

Вот одна его фраза из интервью “МК”: “Поджилки у меня никогда не тряслись. Потому что я был сильнее своих соперников. И всегда давал им это понять...”

Он так и ушел непобежденным...






    Партнеры