Из Бутырки — с Богом!

22 мая 2003 в 00:00, просмотров: 319

Эта весна выдалась неудачной для беглецов Бутырской тюрьмы. Пару недель назад поймали последнего из троих сбежавших через подкоп преступников — Бориса Безотечество. А в прошлую пятницу Московский городской суд вынес обвинительный приговор еще одному “герою” СИЗО №2, Ивану Виноградову. Напомним, он сбежал из застенков Бутырки вслед за знаменитой троицей, предъявив на КПП поддельные документы. Теперь дверь к желанной свободе на долгие годы захлопнулась. Правда, осужденный грозится, что верный ангел-хранитель поможет ему подобрать ключ к свободе. Как это случилось два года назад.

Сегодня в “МК” — эксклюзивные подробности сенсационного побега из знаменитой московской тюрьмы.

ЦИФРА ДНЯ 4 побега заключенных произошло с начала года в России.

В прошлом году, по официальным данным, зафиксировано 34 беглеца (почти 3 человека в месяц), а в 2001-м — 56 (почти 5 в месяц). Итоги этого года прогнозировать рано, но спад налицо.

— Таких, как Виноградов, надо к “вышке” приговаривать! — горячится Сергей, работник розыскного отдела Управления исполнения наказаний по Москве, который был одним из руководителей оперативной группы по задержанию беглеца. — Хотя бы за то, что поднял руку на сотрудников. Просто повезло, что он никого не застрелил...

В милиционеров Виноградов стрелял трижды. Первое столкновение с представителями правопорядка, после которого он и попал в СИЗО №2, произошло утром 1 июля 2000 года. И началось-то все с мелочи. Виноградов ехал на “Мерседесе” со своим приятелем Мартыненко, кстати, бывшим работником милиции, и пересек сплошную линию разметки неподалеку от поста ГИБДД на углу Рязанского проспекта и улицы Паперника. Остановив нарушителя, гаишники проверили документы и узнали, что иномарка и ее водитель находятся в федеральном розыске. Молоденький диспетчер-стажер сообщил об этом во всеуслышание без обычной в таких случаях шифровки. Виноградов пытался откупиться тремя тысячами долларов, но автоинспекторы отказались. Тогда преступник схватился за пистолет. Милиционеры вовремя укрылись за патрульной машиной, и пули их не задели, но бандиты сбежали. Приятеля Виноградова арестовали в тот же день, а за зачинщиком перестрелки пришлось погоняться. Криминального родственничка помог найти двоюродный брат Константин, который связался с ним по пейджеру и назначил встречу на Пятницком шоссе 3 июля. Там беглеца поджидали спецназовцы. Оказавшись в ловушке, Виноградов снова пытался убежать, отстреливался и чуть не убил оперативника. Повезло, что у пистолета перекосило ствол, не то парню раскроило бы голову. Стрелка скрутили и упрятали за неприступные на первый взгляд стены Бутырской крепости.

Отчаянно бороться за свою свободу 38-летнего Ивана Виноградова заставлял панический страх перед тюрьмой. Он закончил Киевское высшее военное училище связи и был направлен на службу в десантные войска. Около шести лет десантник примерно служил отчизне, но однажды Виноградова застукали пьяным на службе. Увольняли армейца со скандалом по тяжкой статье — за дискредитацию офицерского звания. Вскоре после этого Виноградов совершил нападение на квартиру, а потом пустился в бега.

От украинского правосудия преступники укрылся в Москве. Здесь он занялся бизнесом, но чем точно зарабатывал на жизнь, никто не знает. Официально числился бригадиром строителей в фирме “Оптима Билдинг”, но жил на широкую ногу — не как простой работяга. У Виноградова было четыре автомобиля (двое “Жигулей”, “ДЭУ” и “Мерседес-600”), жил он в просторной квартире на улице Старый Гай с молодой супругой Мариной и тремя детьми мал мала меньше. Марина — вторая жена бывшего десантника, но была еще у ловеласа и любовница. Незадолго до ареста Виноградова по уши влюбленная в него Анастасия родила ему сына. Женщины вообще обожали Ивана — высокого, статного мужчину с ухоженной бородкой. Может быть, прекрасную половину влекла магическая таинственность, которой окружал себя этот человек. Кстати, в милицейских кругах упорно ходят слухи, что Виноградов был агентом спецслужб, но преступная трясина затянула его, и он занялся торговлей оружием. Якобы на вопрос оперативников один из сотрудников ГРУ кивком головы дал понять, что Виноградов — их человек.

В СИЗО №2 Виноградов просидел больше года и терпеливо ждал суда. Выдержка ему изменила, когда судья вернула уголовное дело на дополнительное расследование. А удачный побег Железогло, Безотечество и Куликова в сентябре 2001 года, прорывших туннель прямо из камеры Бутырки в подвал заточенными суповыми ложками, вдохновил арестанта и превратил мечты о свободе в реальный план.

Бог и ангел, на помощь которых так настойчиво ссылался бывший офицер ВДВ, наверняка имели человеческий облик кого-то из работников изолятора. Без сговора не удалось бы заключенному осуществить столь дерзкий побег. Были сообщники и на свободе. Не исключено, что двоюродный брат Виноградова Константин, который помог арестовать его, замаливая грехи перед родственником, организовал “досрочный выход” узника на свободу. Во всяком случае, именно по вине Константина сорвалась встреча Виноградова с матерью, после чего он сбежал.

Свидание было запланировано на 1 октября. Константин сообщил об этом тетке слишком поздно, объяснив, что якобы проспал. А Виноградов, одетый по-парадному — в дорогой деловой костюм, а не в спортивные штаны, в каких обычно ходят зэки в камере, — уже сидел в боксе для свиданий. Между ним и свободой было всего две двери: вход на КПП и выход на улицу…

Старший контролер группы свиданий Хлынова услышала звук открывающегося ключом замка двери “свидальной комнаты”. Подняв глаза, она увидела высокого респектабельного мужчину. Виноградову повезло: именно в то утро работница изолятора забыла закрыть дверь, отделяющую КПП от коридора и комнаты свиданий. Поэтому беглец сразу оказался в узком коридорчике контрольно-пропускного пункта. Уверенным тоном начальника Виноградов отрекомендовался сотрудником уголовно-исполнительной системы и протянул красненькое удостоверение, прижав фотографию большим пальцем руки. Наглец заявил, что против начальника Бутырки возбуждено уголовное дело в связи с массовыми побегами заключенных, а он якобы приехал с проверкой. Профессиональная подозрительность изменила работнице изолятора, она на слово поверила незнакомому человеку и распахнула перед ним дверь… Потом контролерша будет оправдываться перед судом, что ее “сбили с толку официальный костюм и твердый тон” собеседника.

Константин приехал в Бутырку после полудня. В здание никого не пускали, все свидания были отменены... По словам мужчины, о побеге брата он услышал по радио в машине.

— Это было ужасное время, — вспоминает сотрудник розыскного отдела УИНа Сергей. — Я почти не появлялся дома несколько месяцев, и жена не знала, чем объяснить мое отсутствие дочери. Ведь мы занимались розыском Безотечество, Железогло и Куликова. А потом еще Виноградов прибавился... Мы знали, что у него есть любовница Анастасия, и сразу думали, что он прячется у нее. Но нам неправильно назвали ее фамилию, перепутали пару букв. В общем, помучиться пришлось изрядно…

Выйдя за ворота Бутырки, Виноградов действительно отправился к Анастасии, которая жила вместе со старшей сестрой, ее дочерью-школьницей и своим маленьким сыном в квартире на улице Барышиха. У жены беглец не появлялся. Последнее время до ареста Виноградов не жил в семье, но и отношения с любовницей не афишировал. Родственники не догадывались о существовании Насти. Только Константин узнал об этом совершенно случайно вскоре после ареста брата. Делом Виноградова вдруг занялась адвокатесса, которую никто из близких беглеца не нанимал. Мужчина долго добивался от женщины, кто оплачивает ее услуги, но та отмалчивалась. И лишь незадолго до побега защитница согласилась свести его с клиенткой. Нетрудно догадаться, что это была Настя. Она же потом рассказала Косте, что прячет возлюбленного в доме матери в селе Большое Каринское Александровского района Владимирской области.

— Мы приехали в деревню за день до задержания, — рассказывает Сергей, — в группе было пять человек. Провели обычную разведку на местности и опросили местных жителей. Уверенности, что Виноградов действительно там скрывается, не было, хотя и искать больше было и негде. После разговора с соседями мы поняли, что не ошиблись. Бабульки пожаловались, что мать Анастасии стала необщительной и в дом, как раньше, не зовет... Тогда мы вызвали из Москвы группу спецназовцев (всего человек пять) и утром пошли на штурм. Решили прикинуться местными участковыми — взяли в руки папочки, заходим втроем, а остальные сзади дом оцепляют. Больше всего боялись, что Виноградов начнет чудить, возьмет женщин и детей в заложники. Ведь дома кроме Насти, ее сына и матери гостили еще сестра с дочерью.

Дверь открыла пожилая хозяйка дома. Ни слова не говоря, милиционеры вытолкали женщину на улицу, Настю с сестрой и детьми заперли в маленькой комнате, а сами принялись обыскивать дом. Виноградов с братом сидели в платяном шкафу. Один из оперативников распахнул дверцу и увидел направленное на себя дуло пистолета.

— Я с напарником стоял чуть позади на перекрытии, — вспоминает Сергей. — Громыхнул выстрел. Виноградову, к счастью, опять не повезло с оружием. Этот патрон, как и при первом аресте, тоже остался в стволе. Мы вытащили братьев из шкафа, скрутили и повезли в местное отделение. Анастасия громко кричала, бросалась в ноги, умоляла отпустить Ивана, потому что он ничего не сделал и никого не убил. Смешно даже...

С момента ареста и до самого окончания процесса преступник отвечал на все вопросы одной лаконичной фразой: “Из Бутырки меня вывел Бог” или, периодически “путаясь в показаниях”, называл сообщника ангелом.

— Я первым его допрашивал, но он заладил одно: “Меня вывел Бог”, как сумасшедший, — делится впечатлениями сотрудник УИНа. — Только, знаете, не такой уж Виноградов и псих, каким хочет казаться. Он довольно умен и опасен.

Больше беглец не произнес ни слова и мирское имя своего спасителя так и не раскрыл. Правда, уходя из зала суда, приговоренный преступник упрямо процедил: “Сидеть я все равно не буду — уйду не из тюрьмы, так из колонии”.

Вряд ли мы когда-нибудь узнаем имя “бога”, помогавшего преступнику. Известно только, что контролерша Бутырки Хлынова, начальник корпусного отделения Мингалеев, провожавший Виноградова в бокс для свиданий, были допрошены как свидетели. Хлынова призналась в халатности и уволилась по собственному желанию. Поплатился своей должностью и прежний начальник Бутырки. Но никто из работников изолятора или родственников беглеца к уголовной ответственности не привлекался. Поначалу задержанные Анастасия и Константин, укрывавшие преступника, быстро перешли из подозреваемых в свидетели.

На прошлой неделе Московский городской суд признал Виноградова виновным по всем пунктам обвинения (посягательство на жизнь сотрудников милиции, хранение оружия, побег из-под стражи и т.п., а украинское дело… потерялось) и приговорил к 17 годам тюрьмы.




Партнеры