Потомок викингов привез “Море”

3 июня 2003 в 00:00, просмотров: 219

Бальтазар Кормакур, человек с самым простым исландским именем, вновь открывает российским зрителям прелести и гадости родной Исландии. Он, пожалуй, единственный исландский кинорежиссер, известный в России. Его дебютный фильм “101 Рейкьявик” (собравший солидный урожай призов) уже покорил сердца потомков викингов, сейчас он привез в Москву свой второй фильм — “Море”, получивший восемь наград исландской киноакадемии “Эдда”. Новый фильм Кормакура — совершенно иной, с иным настроением: это путешествие в ту Исландию, которая скрыта от глаз заезжих туристов, рассказ о брошенных людях, живущих на берегу сурового моря. И о тех, чья жизнь, кажется, удалась, но это лишь парадный фасад, за который лучше не заглядывать.

— Какие существуют предубеждения в мире об Исландии?

— Великолепная природа, что правда. Горячие источники, что тоже правда. Красивые большие города, и это правда. Но это всего лишь фасад. А если заглянуть за него, то там все иначе, стоит отъехать немного от столицы и приехать в деревню вроде той, в которой я снимал свою картину. То же самое я видел в Санкт-Петербурге, где пробыл всего пару дней: великолепные фасады и ужасные дворы.

— Мне показалось, что исландский юмор очень близок русскому...

— Вы знаете, мне тоже так кажется. Между русскими и исландцами есть какая-то странная связь. И также между всем восточноевропейским блоком. Это очень черный, иногда даже жестокий юмор, но только благодаря ему мы выживаем. У нас такой суровый климат, что мы в отличие от остального мира очень близки к природе. И, вероятно, именно по этой же причине — к реальности. Наверное, еще потому, что в Исландии интересуются русской культурой: у нас очень сильный чеховский театр.

— Как примут русские зрители ваш новый фильм?

— Понятия не имею. Но для меня всегда победа показывать фильм зрителям в других странах, а тем более русским — ведь свой первый фильм я тоже представлял в Москве. Я думаю, что в России я так популярен потому, что у вас не знают других исландских режиссеров. Но я — счастливчик, мне повезло больше остальных, я могу показывать свои картины русским зрителям.

— Вы говорили, что оптимизм — это умение показать неприукрашенную реальность. Но ведь эту правду очень трудно принять...

— Да, это очень трудная правда, но именно она делает нас свободными. Поэтому я считаю такое отношение к реальности оптимизмом. Оптимизм — это то, что заставляет человека не врать самому себе. В моей стране молодое поколение и даже мои ровесники живут по совершенно другим законам. Они отрицают реальность, живут за фальшивыми фасадами и не видят этого.

— Вы с гордостью говорили, что ваш последний фильм повлиял на выборы в Исландии...

— Да, это так. Но это не гордость, я очень далек от политики, я не “за”, не “против”. Я всего лишь заставил задуматься людей у власти, я показал то, что есть на самом деле. Об этой реальной жизни все знали, но все молчали. Я знаю, например, деревни, где живут всего пятьдесят человек, и все они практически брошены — у них нет работы и нет будущего. А ведь все они когда-то жили морем и тем, что оно им давало.

— Вы играете в театре, в кино, снимаете фильмы. Кем вы себя считаете на самом деле?

— На самом деле мне нравится все, чем я занимаюсь, но все же я считаю себя режиссером. Я продюсирую свои фильмы, потому что кто-то должен это делать, но никогда не играю в них сам. Мне интереснее играть у других режиссеров, ведь очень важно оставаться в контакте с коллегами, учиться у них новому.

— Вы не собираетесь снять блокбастер о викингах?

— У меня есть проект картины о викингах. У меня вообще много проектов. Я думал делать фильм о Гагарине, адаптировать на киноэкране пьесу Чехова. А если говорить о викингах, то, конечно, это самая знаменитая легенда Исландии. Которая, кроме того, интересна всему миру. Я очень хотел бы поработать с ней. Но здесь есть одна трудность: можно сделать слишком коммерческий фильм. Ведь в постановке он будет очень дорогим. И это главная причина, по которой я пока не приступаю к этой работе.

— Вы боитесь стать коммерческим режиссером?

— Нет, я не боюсь того, что обо мне могут подумать люди. Я просто не хочу заниматься тем, чем впоследствии не смогу гордиться. Это мое правило. Когда ты молодой, то, перед тем как совершить какой-то некрасивый поступок, ты думаешь: “Как я расскажу об этом маме?” Именно поэтому я не буду гнаться за славой, она не делает человека счастливым. И по большому счету это никак не зависит от того, коммерческий твой фильм или нет.






Партнеры