Без дна

21 июля 2003 в 00:00, просмотров: 1322

Предание, что Бездонное озеро под Солнечногорском связано с Мировым океаном, записал в начале прошлого века со слов местных крестьян поэт Александр Блок. Как родилась морская легенда в еловой подмосковной глуши, доподлинно неизвестно, но существуют догадки. Ведь мало кто знает, что в старину через Солнечногорск проходил водный путь Москва—Волга, проложенный, чтобы удобнее было возить мрамор на стройплощадку храма Христа Спасителя. Отголоски судоходной истории в Солнечногорске до сих пор можно встретить повсюду.


Ходить по трясине — все равно что раскачиваться в туго натянутом гамаке.

Моховой зеленый ковер, из года в год заволакивающий озерное зеркало, держится по принципу пенки на молоке, то есть фактически ни на чем. Неверный шаг в сторону — и мох под ногами начинает ходить ходуном, в образовавшиеся прогалы, вспучиваясь, сочится смешанная с торфом липкая жижа... Ухнешь — и концов не найдут.

В том, что концов не найдут, ни минуты не сомневаюсь. По крайней мере в России. Ведь, как утверждает мой проводник, выныривать на поверхность мне предстоит в сердце печально известной Гримпенской трясины, в пасти собаки Баскервилей, куда мне абсолютно не хочется. Отчаянно перебираю хлюпающими сапогами. После стою, намертво вцепившись в осинку. Тонкое деревце почему-то клонится вместе со мной... Плавающие-путешествующие, оцените усилие. Как это все-таки здорово: твердь!


Есть предания, которые даже в самом упертом скептике разжигают жажду авантюризма. Одна из таких легенд уже почти двести лет сопутствует истории Бездонного озера под Солнечногорском. У него, настаивает молва, нет дна. Отсюда — название. Все попытки промерить глубину водоема как в старину, так и в наши дни заканчивались фиаско: веревки и лески с грузилом разматывались на полную, а низа не доставали. “Озеро ведет к центру Земли”, — стращали детишек седобородые старики.

В начале прошлого века байку про разматывающиеся веревки местный лесничий рассказал Александру Блоку, и она настолько поразила поэта, что тот дословно занес услышанное в дневник. Бездонное озеро, сообщало предание, является не чем-нибудь, а отдушиной Мирового океана, связанной с ним подземными горизонтами. Чувство писателя, заставившее судорожно схватиться за карандаш, можно понять. Но это еще не все! Иногда на серебряной глади Бездонного озера всплывали обломки затонувших на том конце света деревянных судов. Как парусники попадали сюда, в деревню Вертлино, в ее еловую сухопутную глухомань, никто объяснить не мог. У одного вертлинского крестьянина даже хранилась в избе доска с загадочной надписью “Santa Maria”. Находили и другие обломки с нерусскими буквами. Их, правда, рассказчик своими глазами не видел, что, впрочем, не так уж и важно, можете поверить благородному честному слову.

Вот с тех самых пор, как доверчивый Блок увековечил отголоски истории, осенив ее, так сказать, авторитетом собственной гениальности, не было ни одного поколения солнечногорцев, которое не попыталось бы заглянуть в манящее жерло отдушины. Еще бы! А вдруг повезет, и к тебе приплывет обломок колумбовой каравеллы?..

Айда к отдушине!

Походы естествоиспытателей-самоучек, завороженных легендой, продолжаются на Бездонное озеро по сей день.

Если смотреть на Бездонку с высоты соседнего холма, озеро кажется блюдцем, наполненным ртутью. Во времена Блока сравнение, наверное, могло бы претендовать на точность. В наши дни берега озера подтопились, заросли мелколесьем и стали менее живописными. Зато походы по нему — более опасными.

Сойдя с обочины Таракановского шоссе, ведущего в блоковскую усадьбу Шахматово, надеваем высокие резиновые сапоги. В заросли ивняка ведет натоптанная твердая тропка, вскоре она сменяется гатью. Стволы худосочных болотных березок, уложенные вплотную, дают ощущение прочности. Гать послойно укрепляют из года в год: кроме самоучек-исследователей на озере любят отдыхать рыбаки. Оставленные ими пивные бутылки и отходы упаковочной индустрии рассыпаны так же щедро, как подберезовики во мху в грибной урожайный год...

Мы идем на озеро с познавательной целью, надеясь на повторение экспериментов с замерами. Наш проводник Федор Игнатьевич Желудев, председатель Солнечногорского общества краеведов, производил их не единожды. Впрочем, это не приблизило его к раскрытию двухсотлетней тайны.

— Промеры обычно приносят невероятный разброс, — говорит он, советуя мне не сходить с гати. — В одной части озера лот может уйти на 70 метров, в другой — опуститься на сто.

Выходит, легенда не врет?..

Бездонное озеро — ледникового происхождения; в основе его образования лежат термокарстовые процессы. В результате таяния глыб льда рыхлые грунты оседали, и чаша его углублялась. Вполне вероятно, растаявший лед образовывал непредсказуемые ходы, уводящие на глубинные подземные горизонты. Но чтобы благодаря им выныривали обломки чужих кораблекрушений?!

Федор Игнатьевич, в прошлом тихоокеанский военный моряк, не спешит с окончательными решениями. Глядя на разбросанный мусор, уже заранее знаешь, что может всплыть, а что не может ни за что и никогда... Основная помеха промерам — отложения сапропеля: большинство реликтовых озер Подмосковья постепенно заиливается, процесс этот неостановим.

Гать между тем неожиданно обрывается. Дальше предстоит двигаться, осторожно пробуя мшаник перед собой. Проливные дожди сделали мох коварным — он может в любой момент разорваться, жижи уже по щиколотку. Но вот и конечная точка нашего путешествия: озеро расстилается перед нами во всей красе. Небольшое, округлой правильной формы, оно и впрямь напоминает отдушину! На воде покачиваются водяные желтые лилии-кубышки...

Обсуждаем вопрос: можно ли спустить на озеро надувную лодку? Лично у меня на нее остается надежда: в багажнике машины припрятана бухта капронового шнура, купленная в ближайшем хозмаге. Может быть, именно наши замеры подтвердят запредельную глубину озера? Однако подойти к воде невозможно: начинаешь проваливаться.

Федор Игнатьевич, своими ногами исходивший весь Солнечногорский район в поисках неизведанного, часто приводит сюда экскурсии школьников.

— Конечно, у детишек глазенки горят, — говорит он, — но скорее всего легенды Бездонного озера — это просто красивая сказка. Не существует в природе таких механизмов, которые соединяли бы океаны, моря по принципу сообщающихся сосудов. Это я как подводник вам говорю.

Авторитетный довод: в соседнем санатории Минобороны пробурили скважину глубиной в 1300 метров, и что из нее вытекает? Морская вода для отпуска оздоровительных ванн, более ничего.

И все-таки местные верят. А как же иначе? Хочешь не хочешь, сознание, что живешь рядом с лазейкой в бездну, “приподнимает”. К тому же научно еще никто не опроверг красивую выдумку. Ни эхолотом, ни с аквалангом, ни другими современными методами акватория озера не исследовалась. Значит, разгадка ждет своего часа.

Федор Игнатьевич обещает, что обязательно вернется сюда с пешней в январе. По льду — оно как-то надежнее. Будет крутить дырки — и... проверенным дедовским способом...

Из варяг в греки

Если феномен Бездонного озера еще можно подвергнуть сомнению, то в трех километрах южнее него находятся остатки реальных гидротехнических сооружений, которые в свое время являлись предметом гордости инженерной мысли. Они производят впечатление и сейчас. Только мало кто догадается, что грязная, заросшая камышами канава, пересекающая Солнечногорск с востока на запад, есть не что иное, как Екатерининский канал, соединяющий Волгу с Москвой-рекой. Тем не менее это так.

Канал начали рыть по указу императора Николая I в 1826 году для того, чтобы обеспечить доставку строительных материалов с волжских каменоломен — в первую очередь природного камня: гранита и мрамора, необходимых в больших количествах на сооружении храма Христа Спасителя.

Подготовку к строительству храма-памятника начали с развития сопутствующей инфраструктуры. Водные пути были наиболее приемлемыми для крупномасштабных грузовых перевозок. За исключением малого: далеко не все реки подходили для судоходства. Кратчайший путь с верховьев Волги к Москве пролегает через Клинско-Дмитровскую гряду. Ее протяженные, но вместе с тем мелководные речки решили немного спрямить и наполнить водой за счет использования естественных перепадов высот. Что и было сделано.

Екатерининский канал — лишь небольшая часть глобальной водной системы, общая протяженность которой составляет 214 верст. Ее основная нагрузка приходится на русла рек Истры и Сестры. Последняя сообщается с верховьями Волги, первая впадает в Москву-реку. В районе Солнечной Горы Сестру и Истру соединили 8-километровым каналом. Интересно, что старинный водный путь Москва—Волга пролегал приблизительно по тем же местам, что и прямой, как линейка, современный канал им. Москвы! Но если строители ХХ века широко использовали технику, механизацию, то их предки добились аналогичного результата, вдумчиво прислушиваясь к природе. Заметим, что они нигде не нарушили естественных связей и только чуть-чуть подправили их там, где надо.

Единственное глобальное сооружение на пути вод — это дамба возле села Сенеж на реке Сестре, благодаря которой разлилось знаменитое Сенежское озеро. Вопреки устоявшемуся мнению, водоем этот рукотворный. По системе шлюзов – их было 37 – вода передавалась в Екатерининский канал, ширина его составляла ни много ни мало 45 метров. Для сравнения: ширина канала им. Москвы — 88 метров.

В 1850 году водный путь Москва—Волга, который строили 25 лет, торжественно был открыт. В навигацию по нему сплавляли баржи, перевозившие каменные блоки весом до 30 тонн. На тихоходных участках баржи вытягивали бечевой бурлаки. А в 1851 году заработала Николаевская железная дорога из Петербурга в Первопрестольную, составила водному транспорту конкуренцию, и потребность в канале отпала сама собой.

Водный путь просуществовал всего 10 лет, а потом был закрыт, после чего началась приватизация государственной собственности — ведь систему строили на деньги царской казны. Кирпичные шлюзы были разобраны и проданы по кирпичику. Солнечногорский купец Самохвалов впоследствии построил из них лучшее здание в городе. По иронии судьбы, в нем сейчас размещается городская администрация. Так бесславно похоронили один из грандиозных российских проектов.

Крутить динамо

Конечно же, в наши дни утверждение, что город Солнечногорск — крупный центр судоходства, звучит просто дико. Но удивительное — рядом. И поразительнее всего то, как это столько невероятностей смогло уместиться на маленьком отрезке пространства. Но все это присказка, главное — впереди.

Утратив свое значение, несостоявшийся порт пяти морей долго продолжал оставаться региональным энергетическим центром. Почетный гражданин города Иван Федорович Стрекалов любит вспоминать, как он работал на Сенежской электростанции. Построенная в 1888 году, она исправно крутила динамо-машины, полностью обеспечивая потребности города в электричестве. В 1941-м, после освобождения Солнечногорска от фашистских захватчиков, именно электростанция стала народно-хозяйственным объектом номер один, с которого началось восстановление разрушенного войной. “Лампочки Ильича”, получавшие ток благодаря использованию ресурсов местной гидросистемы, зажигались в домах и квартирах вплоть до 1957-го. Напора воды на дамбе озера Сенеж как раз хватало для этого.

Нет, электричество не вырубили, как бывает в России. Просто на смену старому семимильными шагами спешил научно-технический прогресс, и район подключили к сетям Мосэнерго. Собственную электростанцию город за ненадобностью остановил. Сегодня, когда всех достали проделки Чубайса, солнечногорцы с тоской вспоминают про ГЭС. Конечно, всех проблем она не решила бы, а, доживи до нашего смутного времени, глядишь — облегчила бы существование экономики отдельно взятого муниципального образования.

Когда же началась мода на сберегающие технологии и стало актуальным заботиться об экологии, про старушку электростанцию вспомнили. К сожалению, от ее кирпичного здания остались только руины, давно проржавело и сгнило выброшенное оборудование. Тем не менее город полон решимости воссоздать ГЭС в прежнем виде. Руководство местной ПМК-19, которая ведет работы на дамбе Сенежа по реконструкции донного спуска, даже бросило клич землякам присылать за вознаграждение старые фотографии, запечатлевшие исторический облик здания. Пока речь идет о воссоздании здания-памятника промышленной архитектуры, но кто его знает, может, когда-нибудь ГЭС опять заработает?

Вот уже около года инженеры из института “Гидропроект” ведут на озере испытания турбины, работающей от малых потоков. Вырабатываемой ею энергии, правда, хватает на холодильник, телевизор и пару лампочек, но, как говорится, лиха беда начало. Главное, чтобы на полном самообеспечении. А там, возможно, руки дойдут и до другого, не менее эпохального плана, и солнечногорцы засучив рукава примутся за расчистку Екатерининского канала. Были такие мысли лет десять назад — создать что-то вроде подмосковной северной кругосветки, чтобы по каналу от Иваньковского водохранилища до Истринского ходили туристы-байдарочники.

А почему бы и нет? Судя по необычному и противоречивому прошлому города, Солнечногорск, видимо, родился под знаком Водолея. Только почему его назвали Солнечной Горой? Неизвестно. Ведь именно здесь, по многолетним наблюдениям, чаще всего идут затяжные дожди и хмурится небо.




    Партнеры