Стучать надо чаще

1 сентября 2003 в 00:00, просмотров: 274

Композитор — он и в Африке композитор. В этой истине убеждаешься на примере Олега Королева. Кто такой Королев?

Те, кто застал 80-е годы, наверняка помнят туркменскую группу “Гунеш” — в то время она успешно конкурировала с самыми “раскрученными” московскими группами. Ну так вот: Олег Королев был руководителем “Гунеша” и его композитором.

Много воды утекло с тех пор. Туркмения стала самостоятельной державой. А Олег Королев перебрался из Ашхабада в Ногинск, где пишет музыку для местного драмтеатра и не только.


Один мой хороший знакомый, большой эстет в плане продвинутой музыки, как-то сказал: “Запомни, у нас в стране есть только две группы, которые стоит слушать. Это “Арсенал” Алексея Козлова и туркменский “Гунеш”. Больше никого нет!”

А на дворе, помнится, стоял 85-й год, Туркмения была еще частью единого и, казалось, неделимого советского государства, и никто в мире еще не слышал про Туркменбаши. А замечательный джаз-роковый коллектив “Гунеш” из Ашхабада регулярно появлялся на телеэкране. Особенно завораживала игра супербарабанщика Ришада Шафиева. Уж как он обложится всевозможными альтами и бонгами, да как начнет наяривать слол! Действительно впечатлял тот “Гунеш”, ох впечатлял!


И вот прошло много лет. Однажды, прогуливаясь по окраине Ногинска, я вновь повстречал своего старого знакомого. Разговорились, ну он мне, по старой памяти, про джаз-рок свой любимый что-то рассказывать начал, в том числе и про “Гунеш”. Тут-то я его и ошарашил: “А знаешь ли ты, что руководитель твоего “Гунеша” живет в Ногинске? Да не просто в Ногинске, а буквально в сотне метров от того места, где мы сейчас стоим?” Мой знакомый аж подпрыгнул: “Да ты что? Не может быть!” Нет, может, уважаемые читатели! Олег Кимович Королев, человек, имя которого есть практически во всех роковых и джазовых энциклопедиях России, уже семь лет как перебрался из неспокойного Ашхабада в столицу Богородского края. Более того, за это время он успел написать музыку к большинству спектаклей, поставленных в Ногинском драмтеатре. Но мало кто из ногинчан догадывается, что за легендарная личность живет отныне в их городе. Что ж, пожалуй, настало время открыть все карты.

Небольшой ухоженный двухэтажный дом на окраине Ногинска. Опознавательный знак — огромная голубая ель, растущая аккурат в центре расположенного меж двух подъездов палисадника. Интеллигентный мужчина в очках открывает мне дверь: “О, вы журналист? А я — композитор Королев”.

В комнате — нормальный творческий беспорядок, в глаза сразу почему-то бросается “золотой” диск “Гунеша” “Вижу Землю” 1985 года выпуска. А на экране компьютера — ноты, ноты и еще раз ноты. “Это для моей новой книги, — поясняет Олег Кимович, — она называется “Край мой Богородский”. В ней — партитуры произведений местных авторов. Скоро книга выйдет в свет”.

— Уже семь лет живу я здесь, — начал свой рассказ маэстро, — ведь в Ашхабаде стало абсолютно нечего делать. Туркменбаши и его приспешники принялись закрывать консерватории, филармонии, радио, телевидение. Закрыли даже знаменитую киностудию “Туркменфильм”. Вся творческая интеллигенция, как русские, так и туркмены, разъехались кто куда. Кинорежиссеры братья Нарлиевы осели в Москве, кто-то уехал в Европу, Америку, Израиль... То есть все, что создавалось на протяжении многих десятилетий, вся культура была за несколько лет уничтожена Туркменбаши. Ну я и перебрался сюда. Мой друг, кстати, тоже из Ашхабада, незадолго до этого по протекции Леонида Филатова получил возможность поставить в Ногинском драмтеатре спектакль “Кин IV”. А я написал для него музыку. После премьеры так сложилось, что я стал штатным композитором в драмтеатре. Вообще-то такой должности в театре нет, но де-факто я ее занимаю.

Но этим, — продолжает Королев, — моя деятельность не ограничивается. Помимо музыки к 18 спектаклям я сочинил 12 танцев для местного ансамбля “Калинка”, иногда записываю фонограммы по просьбе отдела культуры. Песни тоже сочиняю — в 1997 году на конкурсе “Песня Подмосковья” моя композиция заняла третье место из почти двухсот представленных. Конечно, деньги за все это я получаю не бог весть какие, но ведь разве в деньгах счастье? Меня здесь уважают как простые люди, так и власти предержащие. Глава района В.Н.Лаптев к моему 60-летию вручил почетную грамоту. А еще мне подарили часы с боем.

— А вы с самого приезда в Ногинск живете в этой квартире?

— Если бы! Поначалу приходилось ютиться в театральном общежитии. Представляете — малюсенькая комната, соседи, а тут у меня и синтезатор, и диски, и книги... Но ничего, жил, работал, музыку писал. Затем мне выделили однокомнатную секцию в Истомкине (один из микрорайонов Ногинска). А теперь вот в эту уютную квартиру перебрался.

— Расскажите о группе “Гунеш”. Для многих профессиональных музыкантов это название и по сей день — синоним высочайшего исполнительского мастерства и утонченного вкуса. Кем вы были в этом суперсоставе?

— Я был идеологом, музыкантом и художественным руководителем “Гунеша”. Звездным часом для нашего ансамбля стало второе место на легендарном фестивале “Тбилиси-80”. Мы тогда уступили лишь “Машине времени” и группе Гуннара Грапса, разделившим между собой первый приз. А равных барабанщику “Гунеша” Ришаду Шафиеву не было во всем Союзе.

Да и в мире таких виртуозов до сих пор можно по пальцам пересчитать. Я с гордостью могу именовать себя его учителем. Хотя в нашей группе каждый музыкант был уникальным мастером. Сейчас кто-то за границу уехал, кто-то в Москве. А группу помнят и любят до сих пор. Видите эту пластинку? (Показывает на диск “Вижу Землю”.) Она разошлась по стране мгновенно, тираж пришлось три раза допечатывать. И вообще, мой ансамбль — лауреат фестивалей в Сопоте, Зеленой Гуре, в других местах... Когда я попал в жюри конкурса “Богородская лира”, и конферансье начал объявлять все мои “регалии”, люди в зале опешили: “Как, и это наш Королев?! Да мы, оказывается, и не знаем его совсем”. Не подумайте, что я хвастаюсь. Просто так оно и есть на самом деле.

— Над чем вы работаете сейчас? Планируете ли выпустить диск со своими произведениями?

— Насчет диска пока ничего определенного сказать не могу. Зато я тут написал две книги, каждая из которых по-своему уникальна. Первая называется “Энциклопедия музыкального ритма”. Это фундаментальный труд, содержащий анализ всех имеющихся на Земле музыкальных ритмов: африканских, латиноамериканских, болгарских, кавказских, академических... В общем, всех! Другая книга — “Краткий энциклопедический словарь джаз-рок-поп-музыки”. Скоро ожидается выход еще одного моего произведения — книги “Барабаны в ритме Востока”. Название, по-моему, говорит само за себя.

— Вы профессиональный композитор, увлекающийся джаз-роком и этнической музыкой. А как же музыка для театра, песни? Ведь вы их тоже пишете. Как в вас уживаются эти два “я”?

— Свое творчество я могу разделить на три составляющие: это сложная инструментальная музыка, которую я пишу в основном для души. Музыка для театра и кино, ну и, конечно, традиционная поп-музыка. То бишь песни.

А музыку для кино я писал еще в Туркмении. Последний фильм с моей музыкой назывался “Дети землетрясения”. В нем рассказывалось об ашхабадском землетрясении 1948 года и о том, как все — русские, армяне, туркмены, казахи — сообща боролись со стихией.

Когда Туркменбаши посмотрел фильм (без его разрешения отныне ни одно произведение искусства в Туркмении не может увидеть свет), то сказал, что все сцены, хоть мало-мальски намекающие на Союз, надо вырезать. Ну типа история Туркмении началась с Туркменбаши, а до этого вообще ничего не было... А фильм-то получился классный. Бюджет — более 2 миллионов долларов, компьютерную графику делали в Англии. Эх, да что теперь вспоминать! Что же касается моего любимого джаз-рока, то есть у меня задумка создать в Ногинске небольшой коллектив, который играл бы такую музыку. Сюда уже приехали из Ашхабада двое моих бывших студентов, профессиональные джазмены. Хочу пригласить еще кое-кого из “старой гвардии”. В конце концов джаз-роковая ниша в нашем городе пока никем не занята. Так почему бы нам ее не занять? Ведь есть у нас еще порох в пороховницах!




Партнеры