Битва за контингент

9 октября 2003 в 00:00, просмотров: 474

Всевозможные нарушения в ходе призывной кампании — давно притча во языцех.

Но и здесь не обходится без выдающихся достижений, глядя на которые,

не знаешь: то ли за голову хвататься, то ли за живот. Начиная с этого года правозащитники решили отмечать такие случаи призом “Золотая кувалда” весом в 2,5 килограмма.

— Почему “Золотая кувалда”? — переспрашивает член жюри конкурса, московский правозащитник Сергей Сорокин. — Это тупой и тяжелый предмет. Человек его использует, когда не требуется ни аккуратности, ни особых навыков. Так же грубо, напролом, действуют иные чиновники.

По итогам весеннего призыва-2003 в список номинантов попали 17 военкомов, один генерал из центрального аппарата Минобороны и даже президент Татарстана Минтимер Шаймиев.

Саблезубые полковники

Перед подведением итогов организаторы конкурса перечитали кучу писем и газет со всех уголков страны. После чего военные им представляются эдакими саблезубыми тиграми, которые подстерегают беззащитных ягнят-новобранцев и норовят уволочь их в армию — на растерзание.

А началось все с охоты на студентов. Минувшей весной “саблезубые” покусились на святая святых — Московский государственный университет. В апреле чуть было не забрили 300 студентов мехмата, экономфака и других ведущих факультетов. Тверской ОВК Москвы вместе с преподавателями военной кафедры так горели желанием запихнуть на два года в “кирзачи” лучшие мозги страны, что были готовы нарушить закон. Призыв студентов едва не начался до окончания ими вуза. Парням давили на психику, грозя не присвоить лейтенантское звание со всеми вытекающими отсюда последствиями. У некоторых отобрали приписное удостоверение, без которого на работу не устроиться и по улице не пройти — милиция загребет.

Студенты — народ изнеженный, к такому обращению не привыкший. К тому же неглупый. На провокации ребята не поддались и направились прямиком к солдатским матерям. А возмущенный ректор МГУ Виктор Садовничий закидал гневными письмами начальника Генштаба. Справедливость восторжествовала.

Но если студенты на фронте борьбы с призывом — бойцы опытные, то этого не скажешь о неискушенных мальчишках из школ и колледжей-лицеев. Ими военкоматы тоже пытались заштопать весеннюю кадрово-армейскую дыру. Например, хотели заранее призвать в армию тех, кому не стукнуло 18 лет. В Калининграде ОМОН с наручниками явился за “злостными уклонистами” в Драмтеатр — прямо на школьный выпускной бал. А пермская призывная комиссия в “награду” за свою активность получила сразу 5 исковых заявлений от несовершеннолетних призывников.

Колись, наркоман!

Про хромых, косых и больных, одетых в камуфляж из коллекции “Весна-2003”, можно написать пару томов. А начать этот труд следует с наркоманов. Эти граждане, напомним, у нас освобождаются от призыва. Дабы устранить несправедливость, а заодно вывести на чистую воду “косарей”, готовых вколоть мизерную дозу перед кроводачей, призывные комиссии пошли на нетрадиционные меры.

Военком Челябинской области, посовещавшись с коллегами из спецслужб, в срочном порядке закупил детекторы лжи (кто “под полиграф” подкинул служивым средства, можно лишь гадать). Всех горемык на них протестировали и даже выявили нескольких симулянтов. Заодно обследовали на “полиграфе” “косящих” под психов. Но изобретательные призывники тут же отыскали способ обмануть машину. Процедура на удивление легка: полгода спецподготовки в разведшколе заменяет рюмка коньяка. Правда, употребить ее надо не привычным способом, а через клизму. После этого один парень сумел убедить детектор... в подготовке покушения на Папу Римского.

Но это из ряда вон выходящий случай. А в целом передовой метод борьбы с отказниками вполне надежен. Поговаривают, что его планируют использовать для обработки потенциальных “альтернативщиков”. А как еще выяснить, взаправду человек пацифист или наговаривает на себя?

В Саратовской области образумить не желающих служить решили с помощью печатного слова. Большой противник силовых методов призыва военком города Балакова Владимир Ильмушкин предложил публиковать в местных газетах фамилии и домашние адреса спрятавшихся от призыва юношей — чтоб стыдно стало...

Призыв по-татарски

Справедливости ради заметим, что защитники обездоленных призывников тоже перегибают палку. К примеру, чего уж такого вопиющего совершил один из претендентов на “Кувалду” — начальник Управления комплектования Генштаба генерал Валерий Астанин? Он всего лишь попытался втолковать борцам за права человека, что закон об АГС вступает в силу 1 января 2004 года. А до тех пор отказников будут отправлять в действующие части. Только вместо автомата каждому вручат лопату. Или кувалду — что не противоречит международному законодательству. Письменный ответ генерала правозащитникам получился вполне политкорректным, поэтому учредители приза поместили Астанина на последнее место в “наградном списке”.

Другой номинант — президент Татарстана Минтимер Шаймиев — провинился перед призывниками тем, что подмахнул республиканский закон “О местных органах государственной власти и управления”. Документ никакого отношения к призыву не имеет. В нем лишь сказано, что районные администрации назначаются и снимаются президентом. Но спущенные сверху муниципалитеты не являются органами местного самоуправления и по закону не вправе создавать призывные комиссии. Вот и получается, что военкоматы Татарстана отправляют молодых людей на службу незаконно. Как теперь быть Минтимеру Шариповичу? Порушить вертикаль власти или отказаться от призыва?

Или я веду ее в загс,
или она ведет меня к прокурору

Эта фраза из “Кавказской пленницы” как будто про весенний призыв. Точнее, про ворох исков, которыми призывники завалили военные суды. Самые упертые умудрились вляпаться в почти детективные истории.

Такая уже больше года имеет место в Калининграде. В “красном углу ринга” — военком Балтийского района полковник Чернуха с группой поддержки (глава администрации, прокуроры, судьи), в “синем” — не совсем здоровый призывник Ярослав Горбунов со своей тетушкой и “тренерским штабом” в лице солдатских матерей.

Ситуация вкратце такова. Призывник через суд потребовал отменить решение о призыве его на военную службу. Военком подал в прокуратуру встречное ходатайство о возбуждении уголовного дела за уклонение Горбунова от призыва. Прокуратура ходатайство отклонила, а суд отменил решение призывной комиссии. Короче, парня признали ограниченно годным сразу по трем диагнозам.

Тут бы Ярославу успокоиться. Но призывник оказался упертым. Он прознал, что Уголовный кодекс действия военкома квалифицирует как ложный донос с отягчающими обстоятельствами (неуважение к институту суда — срок до 6 лет) и стал обивать пороги военной прокуратуры Балтфлота. Откуда его периодически посылали. Дело закончилось тем, что весной председатель призывной комиссии заявил “законнику”, что все диагнозы — чушь полная и его решено отправить в войска. За чередой дальнейших исков и жалоб трудно уследить: за три месяца их было более десятка. Летом областной суд вроде бы удовлетворил жалобу призывника, но как-то сложится эта история дальше...

Мораль сей басни напрашивается одна: отмазался от службы — так не чирикай.

Призови меня тихо по имени...

Самое удивительное, что от неприятностей не застрахован даже добросовестный гражданин, готовый отдать свой долг Отечеству.

В городе Краснокамске Пермской области жил-был призывник Саша Волегов. От армии “косить” не пытался. Более того, прошел допризывную подготовку в РОСТО, сдал на водительские права, на сборный пункт прибыл вовремя и в Хабаровский край поехал служить.

Слышал, конечно, Саша, что армия меняет людей. Но чтоб так... Уже в части выяснилось, что Саша Волегов теперь вовсе не Волегов, а Валеев — так значилось во всех прибывших из Перми документах. Как ни пытался парень доказать, что он не верблюд, кроме направления к психиатру, ничего не добился.

Тем временем работники военкомата насели на Сашиных родителей: “Где сын?”

— Как где? Служит. Вы ж его сами на сборный пункт отправили, — разводили руками мама и папа солдата.

— А это что?! — военком тыкал им в нос доставленные со сборного пункта подлинные документы Волегова-младшего.

Недолго думая, завели уголовное дело на призывника Волегова — злостного уклониста и беглеца. Дело закрыли лишь через несколько месяцев, когда родители получили письмо от сына (из в/ч Волегова—Валеева, разумеется, никто не отпустил).

В Краснокамск и отправится “Золотая кувалда” — жюри признало этот случай “самым тупым и тяжелым по правовым последствиям”.


Не исключено, что пермские военные передадут ценный приз психиатру из местной военно-врачебной комиссии — стучать по коленке очередных призывников. А правозащитники уже готовят новую кувалду. Первые кандидаты на ее получение уже наметились...



    Партнеры