SMS в тишине

10 октября 2003 в 00:00, просмотров: 201

В России 300 тысяч инвалидов по слуху. Что значит быть глухим в нашей стране? На этот вопрос отвечает вице-президент Всероссийского общества глухих Владимир ЧУБКО.

— Владимир Николаевич, вы не слышите с рождения?

— Я оглох в 18 лет. В армии простудился и заболел менингитом, меня лечили антибиотиками... 30 процентов глухих потеряли слух именно так. Потом меня комиссовали, я вернулся домой и уткнулся в стену: друзья, с которыми я вместе прогуливал уроки и бегал за девчонками, смотрели как на чужого... Мама и сестра писали мне вопросы на бумажке — вот и все общение. Языка жестов я не знал, вообще с глухими до 18 лет никак не пересекался. Когда первый раз пришел во Дворец культуры глухих и увидел этих людей, хотел сразу уйти. Но меня остановил директор: “Все нормально, я сам на фронте слух потерял, ты не думай, что все мы с рождения такие”.

— Что лучше для глухого ребенка: учиться в специнтернате или в обычной школе?

— В интернате уровень образования ниже. Когда рождается глухой ребенок, родителям в поликлинике говорят: пойдете в садик для глухих, потом — в школу для глухих. Вытесняют его из мира слышащих. Многие мамы пытаются ребенка оградить от зла: сопровождают его везде, и он превращается в тепличное растение, неспособное к самостоятельной жизни, — это неправильно. Глухой ребенок должен общаться со слышащими сверстниками. Да и вообще, глухим учиться... легче: слышащих все время что-то отвлекает, еще говорят: в одно ухо влетело, в другое вылетело, а у глухого все в голове остается.

— А в университет поступить реально?

— Я в свое время сдал все экзамены в Московский университет культуры. И меня не взяли — потому что глухой. Но я все равно добился, чтобы меня зачислили. Ни одной лекции не пропускал — переписывал за соседом по парте. Мог, конечно, и дома учиться, но тогда ко мне бы по-другому относились. Не сдал я только два предмета — немецкий и музыку. Причем друзья научили меня, как сыграть произведение на фортепиано: я же чувствую колебания. Но я подумал, что глухой, играющий на пианино, — это уже слишком, и честно признался преподавателю, что не слышу. На немецком я могу читать и писать, но не говорить — я же не слышал, как правильно...

— Глухому сложно устроиться на работу?

— Если бы не общество глухих, я бы сейчас, наверное, коров пас.

— С кем вам больше нравится общаться — с глухими или слышащими?

— Вот так вопрос... Я люблю разговаривать с интересными людьми, и не важно, как они слышат. Другое дело, что мне проще общаться на языке жестов, а чтобы говорить с вами, приходится напрягаться.

— Современный мир адаптирован к людям с нарушениями слуха?

— Да, SMSки, например, — это очень удобно. Сейчас у многих глухих появились мобильники. Факсы, электронная почта. Технический прогресс не стоит на месте, только слух не вернуть...

— Владимир Николаевич, а ваша жена, она...

— ...прекрасно слышит и дочки тоже. Но вот как бывает: я младшую прошу, пойди спроси, ты же слышишь! А она: “Я стесняюсь, иди лучше ты!” Знает, что папа коммуникабельный.

— В кругу неслышащих людей существует разделение на глухих с рождения и потерявших слух в течение жизни?

— Те, кто родился глухим, никогда не слышали человеческую речь, им очень трудно научиться говорить, слышащие их почти не понимают. А если ребенок оглох в возрасте хотя бы полутора лет, он помнит звуки — научить его легче. Мне повезло, я помню интонации и много старых песен и стихов.




Партнеры