Александр Гурнов: Hовости не кайф

4 декабря 2003 в 00:00, просмотров: 635

Почти все его соратники по первым “Вестям”: Добродеев, Сорокина, Ростов, Флярковский, Киселев и др. по-прежнему имеют отношение к политическим новостям. А Александр Гурнов вдруг — на “Спорте”. Зам. по информации гендиректора телеканала “Спорт”.


— Не скучно?

— Нет, мне очень интересно. Я люблю спорт. С детства играю в теннис, профессионально катаюсь на горных лыжах, плаваю. Кстати, в спортивной журналистике позволителен авторский комментарий, что не всегда можно в новостях.

— По-вашему, не жирно было затевать такой большой федеральный канал “Спорт”? Президент наш, конечно, спорт любит, но можно было обойтись и дециметром?

— Нет, все очень прагматично. Здоровье нации на сегодняшний день — это больная проблема нашей страны. По последним прогнозам, чуть ли не половина сегодняшних российских школьников не доживут даже до пенсии. А еще спорт — это национальная идея. Тут вполне уместны такие выражения, как “взять реванш”, “болеть за наших” и т.д. Вспомните-ка, что было, когда Россия выиграла у Уэльса? А 7 ноября или 12 июня наши люди государственными флагами не машут… И, наконец, спорт — это просто очень красиво и захватывающе.

— Давайте вернемся в начало 90-х. Почему после двух лет “Вестей” вы уехали в Лондон? Или вас “уехали”?

— В 1993 году собкорами “Вестей” за рубеж уехали трое: Гурнов, Ростов и Флярковский. И у каждого из нас были на то свои причины, могу говорить только за себя. Немногие знали, как нам мало платили тогда. Я на полном серьезе говорил, что, если мне сделают оклад в 100 долларов, я тут же подпишу контракт на 10 лет вперед. Зарплата в Лондоне была почти в двадцать раз больше. Вторая причина — английский язык для меня почти родной. И была еще причина. У меня нет врагов, или я считаю, что нет. Но был в компании такой человек по фамилии Нехорошев, который меня и еще Флярковского почему-то считал своими личными врагами. И постоянно пытался нам напакостить. Почему он втемяшил себе это в голову, до сих пор не пойму.

— Чему хорошему вы научились в Англии?

— BBC руководствуется Хартией журналистов, где четко прописано, что такое объективность. Информация является объективной, если она получена как минимум из двух, а лучше трех не ссылающихся друг на друга источников. Если же редактор получает сообщение от агентства “Пумпер Друк” из города Баден-Бадена о том, что, допустим, у Шеварднадзе там обнаружилось собственное имение, то может его ставить, может нет. Но ссылка на источник обязательна. У англичан еще много таких обязательных вещей.

— Если у них так все объективно, как вы говорите, то откуда тогда берутся борцы за свободу Чечни, почему в западной прессе ведется такой антипиар в отношении России?

— Понимаете, ведь их Россия, точно так же, как нас Америка или Англия, не интересует как страна для жизни. Она их интересует как субъект новостей и источник либо денег, либо страха. Ну вот нас Турция тоже мало интересует, только как курорт. И если там рвутся бомбы, то мы прежде всего за себя переживаем. Для 99% западных людей Россия всегда была источником опасения. Сейчас страха поубавилось, зато прибавилась заманчивая возможность заработать там много денег. С этих двух точек зрения они воспринимают нашу страну. Плюс их представления о гражданских правах, о свободах, которые они часто переносят в нашу страну, не зная ее реалий. Я вполне могу допустить, что какой-то английский или американский журналист добросовестно, на голубом глазу напишет: в Москве полгорода бродячих собак, а русские покупают щенков за 1000 долларов. Вы прочтете, скажете: глупость. А англичанин прочтет скажет: “Ужас! Антигуманное общество”. У них ведь собак принято брать из приюта, а не покупать.

— На “Спорте” вы с проблемой разных менталитетов сталкиваетесь?

— Вот на днях МОК, судя по официальным сообщениям, разрешил участвовать в Олимпиадах транссексуалам. Людям, которые хирургическим путем изменили пол. С правами человека-то тут все понятно. Но был же знаменитый матч, когда один парень из четвертой сотни обыграл в теннис обеих сестер Уильямс со счетом типа 6:2 и 6:4. И в перерывах он еще курил и пил пиво. А что будет, если завтра он хирургическим путем изменит себе пол на женский? Это убьет женский спорт.

— Правда ли, что вы были пионером интерактива на нашем ТВ?

— Да. И я должен извиниться перед российским телезрителем за слово “интерактив”. Я ввел его в обиход исключительно потому, что я не смог придумать другого. Некрасивое оно и длинное. А главное, неправильное. Интерактив — это когда люди реально влияют на формирование программы. Когда они могу выбрать из меню кино, музыку или спорт по своему усмотрению. А то, что есть у нас на ТВ, — это televoting. Хотя “телеголосование” — тоже вроде плохо звучит.

— Александр Борисович, когда-то у вас была слава донжуана, и вам приписывали романы то с Аллегровой, то с Овсиенко…

— Странно, вы сейчас назвали двух жен моего друга Вовы Дубовицкого, на которых он был женат именно в этом порядке. Конечно, все это неправда. Из звездных женщин у меня был роман только со Светой Сорокиной, о чем все знают и не раз писали. Может быть, конечно, мне приписывались какие-то подвиги потому, что я долго был холост. Но даже тогда мои романы протекали вдали от ТВ и шоу-бизнеса. Две мои жены имеют самые “мирные” профессии. Первая, с которой мы развелись, — врач, вторая — экономист.

— “Новости — это кайф! Это кураж. Это весело, черт побери. У нас с вами нет жизни, а есть только профессия под названием журналистика”. Это начало вашего меморандума службы новостей ТСН образца 1997 года. На ТВ6 сегодня вы бы под этим подписались?

— Нет, конечно, все это были эмоции. Сегодня я оставил бы только окончание: “Новости — это Люди. Люди, рассказывающие о Людях. Так просто...”




Партнеры