Красиво “шить” не запретишь

18 марта 2004 в 00:00, просмотров: 1276

“Оборотень в погонах” — самый востребованный брэнд минувшей осени. Правоохранительные органы, как голливудские продюсеры, почуяв золотую жилу, тиражируют этот образ на полную катушку. Пусть продолжения не такие кассовые и громкие, как оригинал. Зато их легко записать в актив. Володя Мамонтов, курсант 4-го курса колледжа милиции №2 ГУВД Москвы, — оборотень начинающий. Не дорос он еще до младшего оборотня, просто оборотня и уж тем более оборотня по особо важным делам из анекдота, весьма популярного в милицейских кругах. Трое 18-летних пацанов заступились за девчонку из своего двора. Их посадили, и теперь им “светит” до 12 лет. Статьи одна серьезней другой: разбой, вымогательство, похищение человека, да еще совершенные группой лиц. А виновата во всем... близость к “нечистой силе”, на которую открыт сезон охоты. Она-то и сделала свое черное дело.


— И чего вы заинтересовались этим случаем? — удивился прокурор Бутырской прокуратуры г-н Чепи-ипа, когда я пришла к нему на прием. — У нас в стране таких Мамонтовых — тысячи...

Однажды на Бутырском хуторе

Дело было вечером 13 сентября 2003 года. Пацаны сидели на скамейке и думали, что делать с Лешкой Митюшиным из соседнего двора.

— Он у Женьки Зобовой еще летом “сидюшник” на пару дней взял послушать и не отдает. Ей его родители подарили, 200 долларов стоил, они уже замучили: где да где, — нахмурился Мишка Дегтяров, которому очень нравилась Женя.

— Да он его на рынке давно продал, я точно знаю! — сказал кто-то из мальчишек (как показала проверка, Митюшин “скинул” его еще в июле на Бутырском рынке знакомому менту. — Е.М.).

— А у Андрюхи Жиронкина взял мобильник починить, там экран разбился. Обещал за 750 рублей все сделать. Вернул через две недели в том же виде, а деньги полтора года уже не отдает, — добавил Андрюхин друг.

Стали вспоминать, кому еще и что должен Митюшин. Таких набралось больше десяти человек. У кого 1000 рублей попросил, у кого 500, у кого 100 долларов — на подарок любимой девушке. Ребята сами деньги не зарабатывают — берут у родителей. А предки у большинства пацанов небогатые.

Райончик между “Тимирязевской” и “Петровско-Разумовской”, застроенный блочными 16-этажками, с давних времен называют Бутырским хутором. Квартиры там получали работники Средмаша, трудившиеся на оборонку и атомную промышленность. Не стало военных заказов, не стало и доходов в семьях.

— Он всех только “завтраками кормит”, а сам и не думает отдавать, — возмущались пацаны. — Сколько раз уже с ним разговаривали, а все без толку! Надо поговорить по-мужски — может, тогда хоть что-нибудь понимать начнет!

Ни Мишке Дегтярову, ни Арсену Варданяну, ни Володе Мамонтову Митюшин ничего не задолжал. Но Женька была самой симпатичной во дворе, и она очень переживала из-за плейера...

К Лешке домой пошли Мишка и Арсен. Володя повернул к гаражу — на 18-летие дед, ветеран войны, подарил ему подержанную “девяностодевятку”. На ней он собирался вместе со своей знакомой Кирой на дискотеку.

К подъезду как раз подошла Лешкина девушка, поэтому в квартиру они вошли вместе. “Да отстаньте вы от меня — не брал я ничего!” — пытался оправдаться Митюшин. “Ну ты че — совсем тупой, что ли? — ребята аж обалдели от такой наглости. — Ну пошли. Сам напросился”.

Возле подъезда в машине сидели Володя и Кира — зацепились языками с одной знакомой.

— Вы же в “Дубки” (парк неподалеку от Бутырского хутора. — Е.М.) собрались? Мы с вами — надо с Лехой пообщаться, — и они втроем сели на заднее сиденье.

Разговор получился коротким — Мишка с Арсеном набросились на Митюшина с кулаками. Кира осталась в машине, Вовка кинулся их разнимать. Остановились, лишь когда у Лешки пошла из носа кровь. Вовка достал из салона бутылку с водой, помог Митюшину умыться — кровь все равно шла, платка не было.

— Ну и как мы его теперь повезем — он же тебе весь салон зальет! — буркнул Мишка. — А-а, пускай в багажник полезает, придурок.

В телевизионных бандитско-ментовских сериалах, которые ребята постоянно обсуждали во дворе, “путешествие” в багажнике — обычное дело. “Да ладно, пацаны, все нормально”, — и Лешка, как баран, послушно полез в багажник.

Они вернулись на хутор и разошлись по домам. Ехать на танцы никому уже не хотелось...

Вместо танцев — в СИЗО

Утром их всех забрали в милицию. “Если бы Лешку не избили они, это сделали бы другие”, — единодушно решили во дворе. К тому же и Лешкин отец, узнав фамилии ребят, которым он задолжал, со многими тут же рассчитался. Никто не сомневался — пацанов отпустят. Ну поиграли немного в “Бригаду”, так никого ж не убили! Сколько таких выяснений отношений уже было!..

— Э-э, не все так просто — это ж как дело повернуть. А тут еще и Мамонтов — будущий милиционер. А вдруг он оборотень?! — засомневались сотрудники ОВД “Бутырский”. Вскоре в газетах появились заметки о том, как доблестные милиционеры обезвредили банду начинающих оборотней-вымогателей.

...— Там вашего Вовку по двору в наручниках водят, только что к гаражу пошли, — озадачил Мамонтовых по телефону сосед по дому. Родители тут же примчались из деревни домой. “Человека, говорят, похитили. И ваш там тоже был. Вся машина кровищей залита”, — доложило “сарафанное радио” с улицы Яблочкова.

Мамонтовы в ужасе кинулись в гараж — машина на месте. Открыли двери, думая, что сейчас их смоет потоком крови. Облазили все. И нашли — три капельки в багажнике.

На следующий день к ним домой пришел Лешка Митюшин вместе со своими родителями.

— Теть Полин! Дядь Слав! Вы меня простите!.. Я ж против Вовки ничего не имею, он, наоборот, мне помогал — оттаскивал пацанов, смывал кровь, — сидя у Мамонтовых на кухне, переживал Лешка. — Я все в милиции расскажу — вот увидите, его отпустят.

И в знак серьезности своих намерений написал заявление на имя начальника колледжа. Орфография и пунктуация сохранены: “Я, Митюшин Алексей Юрьевич довожу до Вашего сведения, что в отношении меня Мамонтовым Владимиром Вячеславовичем не было применено физических воздействий. Притензий не имею”.

Заступился он за приятеля или нет — история умалчивает. За те полгода, что троица парится в СИЗО, Алексей Митюшин уже не только изменил свои показания, но и заявил о причиненном ему моральном вреде. Попросив 10 тысяч долларов в качестве компенсации.

Сообразили на троих

— Пока мальчишки у нас, а не в прокуратуре, дело можно решить полюбовно, — сообщил родителям рекомендованный адвокат — свой человек в органах. И назвал, за сколько он уладит проблему, козыряя фамилиями должностных лиц в ОВД Бутырского района и прокуратуры. Сумма подкосила — 100 тысяч долларов. На троих.

Кинулись с “шапкой” по знакомым — собрать столько денег оказалось не под силу.

А потом пацанов избили — в милиции. Да так, что их не захотели принимать в СИЗО и потребовали с сотрудников ОВД справку о медицинском освидетельствовании подозреваемых. Было это вечером 14 сентября. “Ушиб мягких тканей головы. Ссадины поясничной области”, — осмотрев Мамонтова, сделали заключение врачи травмопункта городской поликлиники №218.

Родные ребят о случившемся, естественно, ничего не знали — им даже не разрешали свиданий. Зато сумму “выкупа” заметно “скостили”: с тех же Мамонтовых попросили 5 тысяч долларов сразу или 15 — но в рассрочку. Все десять дней, пока “утрясали” окончательный “транш”, Ольга, Володина сестра, сама сотрудница правоохранительных органов, пропадала в милиции. Начальник ОВД “Бутырский” Антоненко “держал руку на пульсе” и названивал ей со всех телефонов — и со служебного, и с мобильного. (Эти номера есть в распечатке входящих звонков, полученной в сотовой компании. — Е.М.)

Все бы ничего, и 5 тысяч они бы нашли... Но дело по подследственности уже передали в Бутырскую прокуратуру, и теперь милиция не имела к нему никакого отношения.

— Антоненко вызвал меня к себе в кабинет, — рассказывает Ольга. — Показал на какого-то мужчину. “Видишь, приехал зам прокурора (Бутырского района. — Е.М.) Воронцов, завтра брату твоему будут предъявлять обвинение. Ну что, договариваемся?” 15 “штук” нужны к вечеру.

Они вышли в коридор. Этот разговор на всякий случай Ольга записала на диктофон. Чтобы не получилось потом — брат-оборотень сидит, сестра-оборотень пытается дать взятку. Рано утром Антоненко снова позвонил Ольге на мобильник: “Ну, ты где? А деньги?..”

— Это было так буднично, так цинично — неси, и все. Тебе же брата жалко?

Вместе с коллегой по работе Игорем они отнесли эту запись в УСБ по ЦФО, где, собственно, и охотятся за оборотнями. Там на них посмотрели как-то косо: хоть и идет по всей стране борьба с “нечистью”, а все же не принято, чтобы мент на мента стучал. Официального хода делу не дали, да и сама запись потом где-то затерялась.

— Пока ты здесь деньги по всему городу ищешь, брата твоего избили, — шепнули знакомые менты.

Всеми правдами и неправдами Ольге удалось достать справку из травмопункта. На ее основании по факту избиения Мамонтовы попытались возбудить уголовное дело против сотрудников ОВД “Бутырский”, так душевно поговоривших с Вовкой и его товарищами. Первый раз отказали по причине... отсутствия события преступления (бить по почкам и голове, да еще в милиции — разве ж это преступление?). Во второй — по причине отсутствия состава преступления. Как следует из экспертизы, определить, когда были причинены телесные повреждения, не представляется возможным.

На следующий день из уголовного дела исчезла амбулаторная карта №32060? Зато началась проверка в отношении самой Ольги — по факту превышения должностных полномочий. Каждому понятно — не служи она в милиции, ни за что бы эту справку не достала.

— Прямо-таки избили!.. У нас чуть что, милиция выбивает показания, — не согласен с такой формулировкой прокурор Бутырского района г-н Чепи-ипа. — Да и не верю я в это — чего с этих пацанов выбивать?

С Мамонтова действительно требовали пустяк — признаться, что “на дело” пошел подшофе. Вовка и “подписался” — да, сначала выпили с ребятами, ну а потом на “разборки” поехали. И не таким языки развязывали. А поколотили парней, если следовать прокурорской логике, видимо, на всякий случай. По привычке.

“На его месте могла быть ты”

Кира Савенкова, как и Володя, сидела в тот вечер в его машине. И видела все своими глазами. К тому же в первые дни после случившегося она вместе с Лешей Митюшиным приходила домой к Мамонтовым. “Чем я могу помочь?” — спрашивала она у родителей.

Впрочем, после доверительной беседы со следователем желания вытащить друга из беды у девушки как-то поубавилось. На месте Мамонтова могла быть и она — не свидетельницей, а соучастницей. И парилась бы сейчас на нарах где-нибудь в женском изоляторе в Капотне.

— Ой, вы знаете, мне неприятно об этом вспоминать. И говорить об этом тоже. Ведь они были моими друзьями, — тяжело вздохнула Кира и отказалась от встречи.

С мамой Миши Дегтярова мы договорились поговорить в центре, в популярном заведении, где она работает шеф-поваром. Светлана Юрьевна выскочила в одной футболке на улицу и нервно закурила.

— Вы же знаете, кто этот Мамонтов и что у нас сейчас происходит? Оборотень в погонах, хоть и начинающий... — дрожащим голосом сказала она. — Я посоветовалась с адвокатом — лучше нам вообще ничего не говорить.

Близкие Арсена Варданяна, третьего соучастника, вообще не пошли на контакт. Видимо, по той же причине.

Не отреклись от Володи Мамонтова только в колледже милиции N2 ГУВД Москвы.

— И для меня, и для других преподавателей все случившееся было шоком, — рассказывает командир 41-го взвода Михаил Щеглов, в котором учился Мамонтов. — У Володи и “троек”-то не было, не то чтобы проблем с дисциплиной. Некоторые фамилии на слуху, а про него всегда только хорошее говорили. И с товарищами отношения нормальные — он и умный, и спортивный, во всех мероприятиях один из первых... Вообще, побольше бы таких слушателей! Я не верю, что Володя из банды оборотней-вымогателей — слишком хорошо его знаю. Ну не укладывается это у меня в голове!

Впрочем, в городской прокуратуре Вовкины погоны вызвали совсем другую реакцию.

“Тот факт, что на момент задержания Мамонтов В.В. являлся курсантом 4-го курса колледжа милиции №2 ГУВД г. Москвы... характеризует обвиняемого с отрицательной стороны”, — последовал ответ из городской прокуратуры от и.о. начальника управления по надзору за следствием в прокуратуре Н.П.Молодыхиной.

Чем сердце успокоится

В конце декабря обвиняемые и их защитники приступили к ознакомлению с материалами уголовного дела. По УПК на этом этапе возобновление предварительного следствия незаконно. Но следователь Дмитрий Тюрин, расследовавший дело №79110, решил иначе.

— Мы обжаловали его действия в городскую прокуратуру, но оттуда нам до сих пор не ответили, — говорит адвокат Юлия Красикова, бесплатно защищающая Володю Мамонтова. — Зато пришел ответ из Бутырской прокуратуры, который рассмешил бы и первокурсника юрфака: “Нарушений в действиях следователя нет”.

После возобновления следствия в деле появились и новые “вещдоки” — дубинка и газовый ключ. Ими, по версии следствия, и лупили несчастного Митюшина. Не беда, что за полгода так и не провели дактилоскопическую экспертизу — победителей, как известно, не судят. А помочь победить, видимо, есть кому...

— “Охота на оборотней” объявлена по всей стране. И отовсюду к нам приходят жалобы на незаконные методы ведения следствия в органах прокуратуры, — говорит член Экспертного совета при уполномоченном по правам человека в РФ Игорь Власенко. — Все как в старые добрые времена: лес рубят — щепки летят. Аналогичная ситуация с точки зрения подхода к расследованию и в Видновской городской прокуратуре. Там всеми правдами и неправдами пытаются добыть доказательства вины подполковника милиции Юрия Бутенко. “Оборотень” уже почти полгода сидит в СИЗО, а необходимых следственных действий как не было, так и нет. Зато есть громкое дело областного масштаба.

“Взявший меч от меча и погибнет”. По законам киношного жанра, так полюбившегося нашим правоохранительным органам, продолжение следует...



Партнеры