Апрельский марш

30 апреля 2004 в 00:00, просмотров: 587

И как только уши не заложило? Апрель и правда был богатым месяцем на громкую, а местами даже оглушительную музыку. Гитары гремели в клубах, подвалах, ДК и на стадионах. Рок-постановки радовали если и не размахом, то по крайней мере изобретательностью. Публика, правда, не всегда охотно выкладывала за это денежки, но музыканты тем не менее старались не замечать белых пятен в залах. Не обошлось без иностранцев, среди которых выделялись грозные финны “Amorphis” и немецкий хэви-колобок Удо Диркшнайдер. И те и другие подогрели фанатов валютным звуком. У нас же свои радости да печали, которым “ЗД” в последний день апреля посвящает небольшой рок-дневничок.

МУМИЙ ТРОЛЛЬ: СТОП! СНЯТО!

“Это скорее будет некая комбинация кино и музыки. Мы сориентировались на маленькие площадки типа санаторных кинотеатров. Было бы оптимально, особенно после грандиозных “Меамуров Туров”, где мы возили много оборудования... Хочется камерности”, — так летом прошлого года Илья Лагутенко в интервью “ЗД” сформулировал гастрольную доктрину “Мумий Тролля” на 2004 год. Прогноз сбывается дословно. Они и правда играют в маленьких залах, к тому же таскают с собой большой экран. Мятый, как в санаторных кинотеатрах.

Без кино “троллям” было бы совсем трудно. Их альбом “Похитители Книг” — прежде всего саундтрек к одноименному фильму, и без картинки эта музыка совсем не воспринимается. Впрочем, сыграть под кино было бы уж совсем просто для такого хитрого коллектива, как “Мумий Тролль”. Новые песни (хитов там нет вовсе) в сочетании с эстетикой “санаторного кинотеатра” стали пикантным соусом к старым заслугам группы. Немного вальсов, побольше шлягеров, парочка романсов и отчаянный хард-рок. Смесь жуткая, но умение коллектива подать все с помпой и лагутенковским артистизмом стали главным козырем действа. А еще плюшевые кресла и позолоченные зеркала Центра Слободкина... В общем, это был очень салонный, но все же рок-н-ролл.

P.S. Группа приехала из Анадыря, отыграла четыре концерта в Москве (изначально планировалось два) и тут же укатила в Тбилиси. Вот что значит красиво себя подать. Даже эстетика “санаторных кинотеатров” может стать поводом для большого чеса.

ПИЛОТ: “ДОЛОЙ ШЛЮХ И ТОРГАШЕЙ!”

У себя в Питере они группа номер один. Их чуть ли не на руках носят, вручают кучу призов и, очевидно, считают главной русской рок-группой нового века. В Москве к ним относятся куда прохладнее, однако майки с символикой “Пилота” расходятся прямо-таки отменными тиражами. Пластинок Илья Черт И К° продают куда меньше.

Для презентации свежего альбома “Пилота” “Рыба, Крот и Свинья” был выбран Дворец спорта в Лужниках. Площадочка, прямо скажем, на вырост, и поэтому, когда в зале собрались максимум две тысячи человек, никто особенно не удивлялся. Группа имени Горбушки не может вот так сразу впрыгнуть в стадионные звезды. Хотя шанс у “Пилота” есть.

Притом что музыка и стихи “Пилота” были написаны, записаны и проданы Кинчевым еще лет десять назад, нельзя не разглядеть в новых питерских рок-талантах большой плюс. Они настоящая рок-группа. То есть играют бойко, молодцевато и даже хамовато. К тому же эти парни знают, как надо упаковывать свою продукцию. Униформа и галстуки, воскрешающие в памяти старый “Laibach”, экраны с нарезкой новостей и старой хроникой, агрессивный свет, свирепые гитары, эмоциональная скрипка, беспощадные тексты. Плюс дымовые шашки в партере. Как фанаты пронесли их через все кордоны, совершенно непонятно. Конечно, все это из далеких 80-х. Но кто сказал, что современная группа обязательно должна быть похожа на “Radiohead”, когда идеи “Sex Pistols” до сих пор живы и даже привлекательны. Остается только пожелать “Пилоту” написать свою “Anarchy In The UK”. Пока это, к сожалению, не получается.

МОРАЛЬНЫЙ КОДЕКС: ЛЕД И ПЛАМЕНЬ “МОРАЛИСТОВ”

“Мне очень нравится, как они звучат и выглядят на сцене, но я понимаю, что им никогда не стать такими популярными, как мы”, — сказал лидер “ЧайФа” Владимир Шахрин про “Моральный Кодекс”. Сформулировал, в общем, не в бровь, а в глаз. Сергей Мазаев (или просто Мазай) со своей командой действительно самый популярный из непопулярных коллективов, но музыкантам помогает то, что они правильно относятся к своему статусу. Очень по-столичному. Им не нужно завоевывать этот город, настырно лезть в телевизор и рубиться за всенародную любовь. Их и так знают, а посему участники коллектива могут расслабленно заниматься сольными проектами и не выдавливать из себя необходимые для гастролей хиты и пластинки. Возможно, мудрая музполитика и есть главное достижение “МК” к своему 15-летию. О том, что такое юбилей в духе “Морального Кодекса”, “ЗД” узнала за кулисами МХАТа, где коллектив устраивал недавно юбилейный перфоманс.

Камерную театральную атмосферу Сергей Мазаев со товарищи, прямо скажем, не испортили. Все в костюмах, на столе минеральная вода и бутерброды, разговаривают тихо, никакого мата. Легкую сумятицу вносил лишь один темнокожий джентльмен по имени Захар Саливайн, который хихикал и говорил, что все в Москве fine и beautiful.

— Конечно, ему нравится, — снисходительно замечал Мазай. — Не всякий раз предоставляется возможность приехать сюда и поиграть с таким хорошим ансамблем, как мы.

Мистер Саливайн, никому не ведомый американец, действительно становится частью коллектива или даже частью его праздничной доктрины (какой же, блин, рок-юбилей без негра!). “МК” торжественно объявил этот год юбилейным и угрожает выходом на большие площадки.

— Хотим поиграть для масс, — важно заявил “ЗД” Мазай. — Выходим на широкую публику и готовим новую программу. Вот Захар будет вторым барабанщиком, потому что хотим две ударные установки на сцене. А еще стереобас-гитару, стереогитару и всякие другие вещи. Драйв будет чумовым.

“Выход в массы” — вполне естественное желание для коллектива, который слегка засиделся в клубах. Там, конечно, бывает комфортнее и проще, однако становится обидно, когда простаивают мощности, способные раскачать весьма внушительную толпу. Правда, выход в массы “МК” начинают тоже по-своему. Обычно слово “юбилей” означает плазменные экраны и пафосную телесъемку. А тут стереогитары какие-то. Опять не как у всех...

— Интерьерами пусть дизайнеры занимаются, а мы-то всего-навсего музыканты, — говорит Сергей Мазаев,— готовим саунд-шоу и народ будем поражать звуком. Живым, естественно.

Живой звук “Морального Кодекса” — это что-то вроде торговой марки. Декадентский вокал Мазая, спонтанные гитарные соло Кильдея и в то же время четкая, как у метронома, работа ритм-секции, не самые простые гармонии и мелодии, которые не сразу можно раскусить. В общем, в этой музыке будто сливаются лед и пламень, от чего конечный результат выходит весьма специфичным.

Отличным ключиком для проникновения в суть русского рока является порция пива перед концертом. С “Кодексом” все хитрее. Конечно, не настолько, чтобы назвать их продукцию эстетской, но в то же время некая фантазия для восприятия подобной музыки необходима. Судя по публике во МХАТе, люди с фантазией у нас встречаются в самых разных возрастных и социальных группах. Взрослые дядьки, студентишки, барышни селедочно-фотомодельного вида. Однако: “дядьки” были весьма изобретательно одеты, “студентишки” пугающе трезвы, а “сельди-барышни” озадачивали неестественно умными лицами.

— Мы же сами вышли из народа, то есть дети семьи трудовой, и знаем, что такое ходить на концерты, — замечает Мазай. — Если тебя любят, то ты в ответ должен кормить людей качественным товаром. А не так, чтобы дал дураку травы, он съел — значит, дай еще. Не по-людски это.

Серьезный настрой артистов позволяет надеяться на то, что карьера группы в самом разгаре. На ехидство “ЗД” по поводу того, как скучно, наверное, быть рок-группой в XXI веке, “моралисты” не менее ехидно замечают обратное:

— Это электроникой стало заниматься скучно. Инструменты и программы стали очень доступны, и поэтому, за исключением каких-то суперзвезд, все звучит обезличенно и унифицированно. А вот гитары опять поперли — и у нас, и за границей. Так что работа есть.

— Какая же это работа, — смеется Кильдей. — Хлоп по струнам — сто рублей, еще раз хлоп — двести. Всем бы такую работу!

Под всеобщий хохот артисты идут на сцену. Публика же готова им и хлопать, и приплачивать.

НОГУ СВЕЛО!: ДЕТКИ В КЛЕТКЕ

На сцене Театра эстрады стояли три металлических каркаса, обтянутых полупрозрачной тканью. Внутри этих “клеток” находились Максим Покровский, гитарист Игорь Лопухин и клавишник Виктор Медведев. Фронтальные же стены сооружений выполняли роль экранов, на которые проецировались мультфильмы, графика и лики музыкантов. На сцене то и дело появлялись легкомысленного вида девушки. Они прогуливались и даже катались на велосипеде. Если “Ногу Свело!” хотели устроить в честь своего 15-летия что-то странное, то деньги они вложили как нельзя лучше.

Освоением бюджета (прямо-таки рекордного, по меркам группы) занимались литовская барышня Живиле Мунтилайте и местный талант Макс Максот. Люди крайне востребованные в режиссерско-дизайнерских кругах, и для того чтобы получить их, да еще в тандеме, г-ну Покровскому пришлось просто из кожи вон лезть. Впрочем, было из-за чего рубиться. Даже несмотря на то что сидячая атмосфера театра почти убила рок-н-ролльную составляющую действа, выглядело все происходящее весьма привлекательно.

Примерно через час каркасы и экраны убрали, музыканты передвинулись ближе к публике, и атмосфера отчаянного эксперимента уступила место настроению хорошего клубного концерта. Полуголый Покровский извивался как ящерица, корчил рожи и ходил в зал за деньгами. Подали четыреста рублей. Звучали сплошные хиты, и народу очень хотелось танцев и слэма. Однако даже огонек зажигалки воспринимался охраной как теракт. Тем не менее “Ногу Свело!” смело могут записывать в свой актив один из самых интересных концертов года.

“Если в слове “Клязьма” “я” заменить на “и”, то получится “клизьма”. Правда смешно? Хи-хи!” — пел Макс, лаконично выражая суть своего коллектива. Вот уже 15 лет “Ногу Свело!” смеются над человеческим несовершенством, а иногда и диагностическим уродством. Интеллигентный смех время от времени переходит в истеричное ржание, а потом превращается в добродушную улыбку. Они играют очень столичный рок. Нетрадиционный и абсолютно паранормальный. А музыка, которая делается спонтанно и не под рамки радиоформатов, всегда звучит свежее и интереснее.

БИ-2 + ЧАЙ Ф: РОК-МИССИОНЕРЫ

Это был единственный стадионный рок-концерт месяца. Стадионный не по прописке, а по размаху и помпезности действа.

На то он и рок-мейнстрим, чтобы выглядеть дорого и убедительно. Приятно, что в компанию модников, приглашенных в качестве гостей (Саша Васильев из “Сплина”, Рейнард Куперс из “Brainstorm”, Таня Литвиненко), весьма органично влились участники “Чай Ф”.

“Это важный момент, — серьезно заметил продюсер “Чай Ф” Дмитрий Гройсман. — Достала вся эта война между “стариками” и рок-молодняком. А мы здесь показали, что нет никаких противоречий. Просто логичное продолжение культурного процесса. Во как”.

“Логичное продолжение” почти утонуло в стройном хоре толпы. Как приятно, что еще остались мероприятия, на которых публика поет громче музыкантов.

БУТУСОВ & Ю-ПИТЕР: ИЗ ЖИЗНИ КОМАНДИРОВОЧНЫХ

Для фэнов Вячеслава Бутусова настали светлые времена. Концертный мораторий Славы прекратился, и теперь гитару из кофра он вынимает гораздо чаще, чем просто по острой нужде. Его группа “Ю-Питер” выпустила альбом, разжилась успешным радиохитом “Песня Идущего Домой” и намерена двигаться дальше. “ЗД” застала г-на Бутусова в гримерке Горбушки. Рядом стояли гитарист Юрий Каспарян и барабанщик Евгений Кулаков (актуальные рок-соратники), а также спелый виноград и соки. Сам Слава искренне улыбался.

— Вас можно поздравить с возвращением в большой шоу-бизнес?

— Я не специально. Просто в какой-то момент я осознал, что снова могу выходить на сцену, и это даже доставляет мне удовольствие. Для меня это огромное достижение.

— Наверное, впереди большой тур?

— Здесь главное не усугублять и не допустить, чтобы количество концертов принесло ущерб их качеству. Я по-прежнему не большой сторонник всей этой командировочной деятельности, но сейчас мне не в тягость. Особенно если речь идет о концерте в Москве. С Рязанью уже сложнее.

— Быть лидером рок-группы для вас занятие по-прежнему увлекательное или больше смахивает на банальную работу?

— Любое руководство ужасно скучная вещь. Когда я решил набрать рок-группу, то поначалу устраивал какие-то кастинги, но потом понял, что появляется перспектива стать начальником. В итоге все это свернулось, и я стал ждать, когда приятные мне люди освободятся и примут приглашение поиграть вместе. Так что отношения у нас очень неформальные.

— Как вы думаете, есть ли у вас возможность после столь долгой рок-карьеры записать что-нибудь по-настоящему новое?

— Все мы на это надеемся. Я хорошо представляю, как процесс сочинения и записи происходит у меня, но за таким узким пониманием наверняка есть потайная дверца, чердак, а может, целые хоромы неизведанного.

— И как их найти?

— Главное — не втянуться в профессиональный процесс. Музыку лучше воспринимать как растение, то есть на уровне вибраций и интуиции. Если бы я в этой музыке разбирался, то наверняка был бы просто слушателем. Это гораздо приятнее. По крайней мере, тот звук, который мы слышим на сцене, представляет собой совершенно невыносимую картину.

В зале все было куда благозвучнее. Жалко, что с посещаемостью дела обстояли гораздо хуже, хотя сет получился весьма симпатичным. Бутусов на подиуме в центре сцены, гитарист с барабанщиком по сторонам. Картинка непривычная, и, наверное, атмосфера действа была не совсем рок-концертной. Скорее все смахивало на странный перформанс, где все построено на импровизации. Видимо, странность и является основной причиной того, что Бутусов с гитарой и хитами “Нау” продается куда лучше, чем в компании с “Ю-Питером”, электричеством и новыми песнями.

И ЭТО ВСЕ О НИХ

Первая запись “Морального Кодекса” датируется 1989 годом. Альбом под названием “Клаустрофобия” был написан гитаристом группы Николаем Девлет-Кильдеевым вместе с продюсером, музыкантом и поэтом-песенником Павлом Жагуном. Однако ажиотажем вокруг себя коллектив обязан российскому видеобуму. В начале 90-х в эфире “Утренней почты” появляется ролик режиссера Михаила Макаренкова на песню “Я Тебя Люблю”, а потом был клип “До Свиданья, Мама” Федора Бондарчука. Получился настоящий видео- и аудиохит. В 1991 г. группа стала лауреатом фестиваля “Братиславская лира”, годом позже — конкурса “Ступень к Парнасу”. В 1993 г. в Швейцарии выходит промо-сингл коллектива, но на этом поход на Запад завершился. Еще сложнее приходилось с кадрами. Первый барабанщик Игорь Ромашев ушел в монастырь, Юрий (Хэн) Кистинев тоже уходил и возвращался. Даже гитарист и автор Кильдей тоже уходил, выступал сольно и выпустил пластинку. Однако самая обширная сепаратная деятельность все же в активе Сергея Мазаева. Саксофонист, кларнетист и вокалист в биг-бэнде у Игоря Бутмана; проект “МаЦа” с гитаристом “Мумий Тролля” Юрием Цалером, плюс съемки в кино и продюсирование молодых талантов.




Партнеры