Русский Христос встретится со своим судьей

28 мая 2004 в 00:00, просмотров: 313

Пока кинообщественность гадает на кофейной гуще, прилетит ли из Австралии Мел Гибсон, чтобы представить свой фильм на фестивале “Золотой витязь” (кстати, он уже получил визу в Россию), на берега Ангары десантировался первый евангельский отряд. Вчера, 27 мая, утром с трапа самолета в иркутском аэропорту сошли Понтий Пилат (Христо Шопов) и апостол Иоанн (Христо Живков).


Легкая щетина, обязательные темные очки — самые знаменитые сегодня болгарские артисты выглядели слегка уставшими и невыспавшимися. Оно и понятно — пять часов лета, смена временных поясов сделали свое черное дело. Но если для первого Христо (Шопова) это уже второй визит в Россию — он был в Москве 15 лет назад и довольно прилично говорит по-русски, то для Христо Живкова все внове — и мимоходом увиденная Красная площадь, и Звенигород со Спасо-Сторожевским монастырем (перед тем как лететь на Байкал, артисты немного попутешествовали по России), и тайга под крылом самолета. Артисты, которые учились в одной Театральной академии в Софии (только на разных факультетах — Живков по образованию режиссер), познакомились в Риме на съемках. Но если Живкова, ставшего известным в Италии после участия в картине Эрмано Ольми “Великий Медичи. Рыцарь войны” (2001), Гибсон заставил пройти серьезный кастинг, то у Шопова конкурентов практически не было. Может, потому, что он достаточно опытен — выходец из популярной болгарской кинодинастии, сын Наума Шопова (как оказалось, друга Николая Бурляева), Христо дебютировал в кино в 1981 году в картине “Дыши, человечек”. Потом были десятки ролей, в том числе и в малобюджетных американских лентах (“Осьминог”, “Мозговая атака”, “Серая зона”). Но он никогда не предполагал, что сыграет в историческом блокбастере, да еще Понтия Пилата. Предложение Гибсона стало для него абсолютной неожиданностью. И, по правде говоря, Евангелие не было его настольной книгой, зато “Мастер и Маргарита” — его любимый роман. Но он никогда не примерял Пилата на себя. То, что его герой получился столь человечным, — концепция Гибсона. “Конечно, я думал о степени вины Пилата, — говорит Шопов, — но я только актер. Это фильм Мела Гибсона”.

Самым тяжелым делом, по его словам, была зубрежка арамейского и вульгарной латыни, в чем актерам помогала учительница Глория. А еще Шопов категорически не согласен с критикой фильма:

— Я думаю, что это фильм совсем не антисемитский, это фильм о любви Христа.

Оба Христо, расцеловавшись с Бурляевым, отправились отсыпаться — впереди встреча с иркутскими зрителями и Байкалом. “Мы знаем, какое это замечательное озеро”, — заявили звезды “Страстей Христовых”.




Партнеры