Спустя много дней “После детства”

7 июня 2004 в 00:00, просмотров: 235

— У меня очень сложное положение, очень деликатное. Я могу говорить только то, что я могу говорить. Понимаете? А есть еще огромное количество вещей, которые я могу, но не стану говорить. А есть еще более огромное количество вещей, которые я могу, но не хочу говорить...

Сергея Соловьева можно понять. С Татьяной Друбич его связывает много больше, чем просто: “актриса — режиссер”, “мужчина — женщина” или даже “муж — жена”. Она — его открытие, его судьба, его муза. В 15 лет, сыграв главную роль в фильме Соловьева “Сто дней после детства”, Таня стала кинозвездочкой. Но, к удивлению многих, в кинозвезды не поспешила. Чудо-девочка поступила в медицинский институт и лишь время от времени снималась в кино. В его кино.

Сегодня Татьяне Друбич исполняется 45 — и она, безусловно, кинозвезда. Самая загадочная, самая неприступная, самая неразговорчивая. А посему — о ней говорит он.

О профессии и профессионализме

— ...Действительно, в свое время я посоветовал Тане ни в коем случае не поступать в актерский вуз. А ведь после “Ста дней” последовало весьма лестное предложение от Сергея Федоровича Бондарчука. Несмотря на то что Таня еще училась в школе, он очень хотел взять ее в свою мастерскую. Танины родители позвонили мне, обратились за советом, и я сказал: “Нет, не надо. Это великий мастер, скажите ему огромное спасибо. Но Таня чем хотела заниматься — медициной? Вот пусть она и поступает в медицинский. Потому что всему, что ей необходимо для будущей карьеры в кинематографе, она сможет научиться во время практической работы в кино. Пусть она получит свободу выбора, пусть она не будет помешана на этом: “Хочу сыграть Джульетту”. Так что неправильно относиться к Тане как к непрофессиональной актрисе только потому, что она не училась в актерском вузе. Таня не просто профессионал — суперпрофессионал. Просто она закончила другое высшее учебное заведение. То, которое называется: “десять или пятнадцать моих фильмов”. А это очень серьезное учебное заведение, значительно более полезное и эффективное, чем любое другое. Я сейчас не призываю всех студентов бежать из вузов. Кино очень многообразно. И в этом многообразии основная масса фильмов должна быть хорошо сыграна. И есть лишь ничтожно малое количество картин, где дело не в том, как сыграно, а что сыграно. Просто я тогда уже понимал, кто она. У Тани до сих пор колоссальное количество предложений. Но она делает только то, что ей даже не интересно, а свойственно.



О выборе

— ...В этом сложнейшем и тонком лабиринте, который называется “профессия — киноактер”, Таня выбрала самый сложный, но самый правильный путь. Она нашла в себе мужество, ум и жизненные силы повернуть ситуацию таким образом, чтобы не ее выбирали, а она выбирала. Самое трудное и больное в профессии киноактера — вечно находиться в состоянии человека, которого выбирают. Таня имеет возможность выбирать сама. А для этого просто необходимо было иметь вторую профессию, которая дала бы ей настоящую личную независимость. И от вечно сменяющихся кинематографических мод, и от семейной жизни. Потому что быть просто женой кинорежиссера, который как бы по служебной обязанности снимает собственную супругу, — это не для нее. Поэтому Таня выбрала профессию медика. И в этой профессии она тоже — суперпрофессионал. И когда она была лечащим врачом, и теперь, когда она занимается очень большим, очень сложным медицинским бизнесом.



О женщине

— ...Я часто говорю, что киноактер — это не профессия. В примитивном смысле этого слова. Есть огромная разница между актерами театра и кино. Масштаб киноактера формирует не любовь к перевоплощению, не стремление к тому, чтобы все вокруг воскликнули: “Ой, ты такая артистка — мы тебя даже не узнали!” В основе этой профессии, как мне кажется, — человеческое, личностное начало. Все 30 лет Таниной карьеры, вся та работа, которую она для себя выбирала — у меня в картинах, у других режиссеров, в театре, — все это очень твердо стоит на земле. За всем этим — ясная, сильная и очень самодостаточная личность. Причем личность еще и герметически закрытая. Все это и формирует тот человеческий и женский тип, который на сегодняшний день создала Таня. Я сейчас говорю не о степени таланта. Я говорю о степени независимости и самодостаточности. Это тот тип женщины, к которому, например, принадлежала Анна Андреевна Ахматова. К которому на сегодняшний день принадлежат Белла Ахмадулина, гениальная Майя Плисецкая. По пальцам можно пересчитать. То есть — это абсолютно: женщины-миры. Женщины этого редчайшего рода, допустим, не просто занимаются производством пилюль и играют в картине “АССА” — они несут внутри себя некое душевное пространство, которое в конечном итоге все и определяет. Кстати, про пилюли: только не подумайте ради бога, что Таня хоть как-то напоминает какую-нибудь бизнесвумен. Во-первых, она вообще никакая не “вумен” — потому что полностью сформирована великой русской культурой. А во-вторых и в главных — она просто женщина, женщина до мозга костей.



О ней

— ...Все остальное — глупости, которые даже не стоит обсуждать. Просто потому, что они ничего не означают. Вот есть в кино совершенно отдельные личности. Например, Марлен Дитрих. Дело не в том, что она — актриса. Дело в том, что она — Марлен Дитрих. И больше про нее и сказать ничего нельзя. Как иногда говорят: “Вы знаете, в конце жизни она принимала слабительное...” Может, принимала, может, не принимала. Это ничего никому не объясняет. Это объясняет только нашу глупость. Потому что на вопрос: кто такая Марлен Дитрих? — может ответить только ее лицо, ее экранные повадки, то, как она общается с людьми. А это сформулировать невозможно. Та же самая история — Жан Габен. Еще раз повторю: я говорю не о степени таланта, а о типе существования. В этом смысле Тане сейчас нет аналога в нашем кино. Нет столь же закрытого, самодостаточного и независимого человека.



О себе

— ...Допустим, Андрей Тарковский снимал все время Колю Бурляева. Но не потому, что тот был его закадычным товарищем. Коля вдруг стал необходимой частью той поэтики, которую создавал Тарковский. Или у Микеланджело Антониони. Середина его творческой карьеры была наиболее внятна и мощна в силу того, что сердцевину ее составила Моника Витти. Но глупо же говорить про Монику Витти как про артистку. Хотя она изысканнейшая, профессиональная актриса. Просто у Антониони у нее другие функции. У него она не “играет в историях” — просто сами истории, в сущности, про нее. Похожее всю жизнь происходило и с Таней. В историях, рассказываемых в наших с ней картинах.






    Партнеры