Песня из блиндажа

7 июля 2004 в 00:00, просмотров: 389

“Как много света в нашем зале, в отличие от других съездов”, — с огромным облегчением в голосе произнес Дмитрий Рогозин, глядя на электрические лампы... Вчера Рогозина избрали на пост председателя партии “Родина”. Альтернатив ему не выдвигалось.


Съезд состоялся в роскошном здании Дома музыки. Ни Глазьев, ни Сергей Бабурин (лидер партии “Народная воля” — одно из трех вошедших в блок “Родина”) на съезд, естественно, не явились. Сегодня бывший блок “Родина” состоит из партии “Родина”, “Народная воля” и движения “За достойную жизнь” во главе с Глазьевым. Все три организации находятся друг с другом не в самых лучших отношениях. Впрочем, Рогозин пообещал, что объединяться в единую силу соратники все же будут. Сдается, однако, что этот процесс может закончиться, так и не начавшись: для того чтобы стать единой “Родиной”, Бабурину и Глазьеву придется распустить свои организации и раствориться в рогозинской партии. А пойдут ли они на это?

Съезд “Родины” не обошелся без исполнения гимна. Тут рогозинцы продемонстрировали, что не ищут легких путей: вместо банальной прокрутки записи они пригласили хор. Женщины в коричневых платьях с брошками на груди и мужчины в костюмах пели главную песню страны “живьем”. Во время пения, впрочем, заглядывали в бумаги, на которых был напечатан текст. Вообще, певцам уместнее было бы исполнять Гимн Советского Союза: за спиной у президиума висел огромный плакат с изображением карты СССР и надписью “Родина” вдоль нее. Неужели ошиблись и повесили не ту карту? Но нет... “Наша Родина — СССР!” — провозгласил с трибуны загорелый, в красном в черную полоску галстуке Рогозин. И заявил: “Непризнанные республики Абхазия и Осетия должны войти в состав России”. По мере выступления Дмитрий Олегович распалялся все больше и больше. На словах: “У нас в депутаты и губернаторы пошли шуты и скоморохи, и скоро мы дождемся, что “Парламентский час” у нас будет вести Регина Дубовицкая!” — он почему-то ткнул пальцем в зал. Делегаты съезда начали с подозрением оглядываться друг на друга. А после слов: “Мы и есть Россия!” — оратор изо всех сил ткнул пальцем в собственную грудь.

Касаясь судьбы расколовшихся коммунистов, Дмитрий Олегович произнес: “Их беда в том, что они привыкли быть в оппозиции и слишком долго сидели в блиндаже. А мы не должны там засиживаться”. “Как вы думаете, кого после раскола КПРФ Кремль назначит быть лидером оппозиции?” — спросила я у раскрасневшегося Рогозина. “Угадайте с двух раз”, — с хитрецой улыбнулся тот. “Вас?” — “Мы будем очень стараться”, — клятвенно заверил меня депутат. Таким образом, господин Рогозин уже по пояс высунулся из блиндажа, чтобы получить знамя вожака левых сил.




Партнеры