Заговоры

18 августа 2004 в 00:00, просмотров: 1247

В августе 91-го история России сделала крутейший виток. Закрученные им вихри бушуют до сих пор. А многие детали тех событий до сих пор остаются в тайне — под грифом “Совершенно секретно”.

Гавриил Попов был одним из тех, кто в 1991 году делал историю. И сейчас он решил восстановить события для читателей “МК”. Где здесь документальность, где — предположения, порой не различишь. Но есть поистине сенсационные подробности...

О том, как:

— Горбачеву предложили остаться главой СССР, но за это заменить Павлова, Крючкова и Язова...

— Ельцину тоже сулили главенство в Союзе...

— Б.Н. не хотел действовать вместе с демократами...

— Поездка Горбачева в Форос была подстроена...

Старая площадь. Подъезд ЦК КПСС.
Сотрудники отделов ЦК идут на работу:

— А что сегодня завезут в распределитель?

— Пока не узнал. Но на покупки уходит все больше времени: надо покупать и себе, и детям, и родным, и врачам, и учителям...

— Может, Иван Иванович знает, что завезли?

— Иван Иванович получил повышение. Теперь у него другой распределитель. Не возле “Ударника”, а на улице Грановского.

— Грановского — это уже другое дело! А как ты оцениваешь наш распределитель? Вот я считал — у меня получилось, 30% к зарплате он дает. Это без путевок и оплаченного проезда на отдых.

— Сегодня, кстати, будут распределять путевки.

— А список на покупку автомобилей уже утвержден?

— Как будто да. Теперь увеличили сроки — только через три года можно покупать новый автомобиль. Зато разрешили старые продавать: раньше приходилось сначала дарить детям. Но купить “Волгу” за 5 тысяч и продать за 10, получить пять тысяч сверху — дело стоящее!

— Честно говоря, я уже устал. Уже много месяцев ничего не делаем. Наши докладные никому не нужны. Резолюций и речей тоже не пишем.

— Многие уже переходят из аппаратов ЦК и Совмина СССР в аппарат Белого дома, к Ельцину. Льгот там пока нет, зато есть перспектива...



Площадь в центре Москвы.
Виден угол автобуса с табличкой: “По ленинским местам столицы”.

Разговоры приехавших:

— Какие, к черту, музеи! У меня список покупок, заказы сослуживцев...

— Давай я — в очередь за мясом, ты — за маслом.

— Зачем? Тут местные бабушки скооперировались. Одна занимает очередь в мясном, другая — в молочном, третья — в рыбном. Каждая занимает на трех. Затем они продают свои очереди приезжим. Тем и живут.

— ...Москва ввела карточки покупателя. В дополнение к талонам. Якобы Москва передала часть фондов на мясо нашим областям. В нашем облцентре упрашивали Москву фонды им не передавать, а дать карточки покупателей. За последние годы у них исчезли не только специалисты по разделке туш, но даже топоры и колоды...



Депутатский зал аэропорта.

Депутаты из Литвы:


— Нам теперь ничего не остается, кроме выхода из СССР.

— Да, было наше предложение о хозрасчете республики. Если бы два года назад его Кремль принял — мы бы удержали за собой большинство литовцев. А нам отказали. И в глазах народа оказался прав Ландсбергис с идеей полной независимости. Он уверяет всех: сразу же — после выхода из СССР — Запад завалит нас помощью.


Депутаты из Грузии:


— Гамсахурдиа победил, и теперь лозунг полной независимости кажется большинству лучшим выходом.

— Но расчеты показывают, что Грузии выжить будет трудно.

— А помощь Запада?



Зал Моссовета. Перерыв.

— Выступаем за рынок, а вводим талон за талоном, карточки спецпитания и т.д.

— Кризис идет за кризисом — то сахар, то хлеб, то сигареты...

— Народ требует защиты. Вот мы решили установить верхний предел цен на мясо на рынках. Но ведь ясно, что это ничего не даст! На прилавке кости лежат по установленной цене, а из-под прилавка мясо идет по цене вдвое выше.

— Демократия в регионах отдает местные власти под контроль масс. Это логично. Но для Москвы эти перемены несут проблему за проблемой. Скажем, мусор область теперь не разрешает вывозить на ее территории.

— Зачем шли на выборы, если ничего не можем?

— В России такая же ситуация. Еще хуже. Закон за законом принимают, а все как в воду.

— Столкновение с Кремлем неизбежно...



Загородная дача мэрии Москвы.
Совещаются: Шеварднадзе, Яковлев, Руцкой, Собчак, Вольский, Попов и другие.

— Из кризиса есть один выход: установление прочной власти, способной вести реформы. А сама власть может возникнуть или на демократической основе, на базе новой партии, партии реформ. Или в каком-то авторитарном или полуавторитарном варианте.

— Нужна демократическая партия.

— Аппарат нужен. Но нужен и контроль за ним. Сам он себя обижать не будет. Так что и с этой точки зрения нужна партия.

— К тому же и новая администрация быстро перерождается. Смотрите, Белый дом набухает от бывших работников ЦК КПСС, Совмина, министерств. И снова спецдачи, спецбуфеты, спеццены, спецавтомобили и т.д.

— Опять партия? Народ не поймет.

— Партия — правящая, но не единственная. Демократическая партия. Партия реформ. Социал-демократическая.

— Решение о создании Движения демократических реформ (ДДР) нами принято. Учредительный Съезд — в декабре.

— А что думает о ДДР Ельцин?

— Партии он не хочет — даже под своим руководством. Ему любой контроль поперек горла.

— Или он примет ДДР, или потеряет роль лидера реформ.

— Да, выходит, так.

— Но пока, до нового Союзного договора, надо подождать. ДДР — это будет наш ответ на те опасности децентрализации Союза ССР, которые этот договор несет.

— А если консерваторы и после договора не сдадутся?

— Тогда придется применить силу. И такой силой может быть именно партия.

— Решаем: всю текущую работу по созданию партии вести по двум каналам: публично, официально и скрытно, создавая сильную организацию по всей стране сверху донизу.

— Получается фактически заговор.



Дача Президента СССР в Ново-Огареве.
Президент СССР и его жена.

— Сегодня очередная встреча по Союзному договору. Надоело до чертиков! Днем соглашаются, за ночь находят возражения.

— Больше тянуть нечего. Надо или рвать с лидерами республик, или напрямую спросить об их условиях.

— Рвать невозможно. На кого тогда опираться? Аппарат КПСС — против меня. Но армию и ГБ? Тогда диктатура. План создания ГКЧП уже давно готов. Но те, кто должен действовать, трусят. Хотят, чтобы я сам и ввел, и возглавил ГКЧП.

— Но это разрыв с народом и конец поддержки Запада.

— Получается так: или идти на соглашение с лидерами республик. Или как-то заставить лидеров консерваторов действовать. Второй путь — предпочтительнее.

— Но как их заставить?

— Есть один замысел...



Ельцин и Назарбаев.

— Больше обсуждать нечего. Надо или рвать с Горбачевым, или достигнуть согласия по договору.

— Дело не в договоре. Дело — в кадрах.

— Давай так ему и скажем.

— Я ему не верю.

— Но если правительство будет наше, то президентом можно будет управлять.

— Он опять начнет маневрировать.

— Но тогда надо будет вообще его заменить.

— Пока что это нереально. Поэтому давай выдвинем условия. Премьер правительства — от всех республик. А министра обороны и председателя КГБ предлагает Россия.

— Если он это примет — подписываем договор.



Те же и Горбачев.

— Договор можно подписывать, но надо договориться о персональном составе руководства нового СССР.

— Какие мнения у вас?

— Премьером сделать надо лидера одной из республик. Лучше всего Назарбаева.

— А России отдать посты министра обороны и председателя КГБ.

— А я?

— Вы — президент нового Союза.

— Как я понимаю, не только Павлов, но и Крючков, и Язов будут заменены?

— Да. Это минимум. Обязательный.

— Ну что же... Сразу после подписания договора на сессии Съезда народных депутатов президент меняет правительство. Это логично. Новый договор — новое правительство. Только все пока в секрете.

— Это будет наш заговор.



Президент СССР и его жена.

— Ну, что?

— Они предложили меня оставить, а сменить Павлова, Крючкова и Язова. Я согласился.

— Но ты тогда станешь никем, игрушкой в их руках!

— Я согласился, но, во-первых, провести перемены после начала сессии Съезда. Во-вторых, и это главное, наш с ними разговор — я уверен — дойдет до этой троицы. КГБ все слушает у нас. И если они, точно зная, что их после подписания договора сменят, не начнут действовать — тогда черт с ними.

— А если начнут? Ты же не можешь стать соучастником?

— А мы уедем отдыхать. И будем ждать.

— Какой отпуск до подписания договора? Логичнее: подписать договор — затем уже можно и отдохнуть.

— Сам понимаю. Но другого пути нет. Надо, чтобы сторонники ГКЧП оказались перед пропастью и наконец активизировались.



Кабинет председателя КГБ СССР.

Председатель КГБ и начальник охраны Горбачева.


— Я принес запись. Очень важную.

— Включи. (Слушают весь разговор Горбачева, Ельцина и Назарбаева.)

— Нас, стало быть, побоку?..

— Дело не в нас персонально. Если правительство Союза переходит под контроль республик, то Президент СССР станет декорацией — и тогда развал СССР. Если же правительство Союза не подчинится республикам и центр будет сохранен — тогда конфронтация с ними станет неизбежной.

— Если неизбежна, то зачем и чего ждать?


Входят премьер и министр обороны.


— Прослушайте запись.

— Нас, грубо говоря, собираются “кинуть”...

— Дело не лично в нас. Горбачев готов сдать Союз ССР в обмен на сохранение себя в качестве президента. Контроль над Союзом останется не за центром, а за республиками. Это конец СССР. Надо бороться не за себя, а за СССР.

— Что делать?

— Ввести давно согласованный с Горбачевым план особого правления — ГКЧП.

— Но в начале лета Горбачев не решился. Просили тогда особые полномочия у Верховного Совета. Он бросил нас. Тем более Горбачев не согласится участвовать в создании ГКЧП сейчас.

— Значит, надо воспользоваться тем, что президент уедет в отпуск. Без него ввести ГКЧП и поставить его перед фактом.

— Он согласится, если у нас все пройдет хорошо, и обвинит нас, если не получится.

— Не получиться может в том случае, если Ельцин выступит против нас — и выступит очень активно.

— Значит, надо нейтрализовать Ельцина. Давайте предложим ему пост Президента СССР. Горбачева он ненавидит.

— Ход хороший.

— (Председатель КГБ звонит Ельцину.) План ваш, Горбачева и Назарбаева, мы уже знаем. Ничего у вас не выйдет. Горбачев останется и будет мешать и вам, и новому правительству. Есть другой путь: Президентом СССР после подписания Союзного договора становитесь вы, Борис Николаевич.

— Давайте после обеда обсудим все в деталях. Надо очень ограничить круг посвященных.



Кабинет Президента РСФСР.
Президент размышляет.

— Что делать? Поступили надежные сведения о действиях по созданию партии Движения демократических реформ.

Повторяется то, что было при образовании Московской депутатской группы и Межрегиональной депутатской группы. Безоговорочно и беспрекословно признать меня лидером они явно не хотят.

Партию хотят создать именно из-за того, что считают меня недостаточно эффективным, не доверяют моей способности быть лидером, чтобы ограничить мою власть.

Это одна сторона дела. Другая состоит в том, что эти организаторы ДДР хотят стать реальной силой. Я убедился — и особенно после избирательных кампаний в СССР и в РСФСР, — что массы ни на что не способны, а интеллигенция, кроме споров, амбиций и склок, ничего не умеет.

Власть должна быть в руках тех, кто к ней готов. А готов только аппарат. Поэтому единственный выход и единственное будущее для меня — отказаться от союза с демократами.

Я не благодаря демократам, а только голосами аппарата был избран Председателем Верховного Совета РСФСР. И весь этот год шел процесс перехода аппарата КПСС и советской власти на мою сторону.

Пусть Силаев, Скоков и Коржаков продолжают переманивать на мою сторону аппарат, прежде всего в силовых структурах и в регионах.

Поэтому мне их партия ДДР не нужна.

Нашей с Назарбаевым договоренности с Горбачевым я не верю. Горбачев не хочет уходить, а при нем любые варианты устройства власти будут неработающими. Он меня не оценил, и я ему рано или поздно докажу обратное, отомщу.

Был телефонный звонок от Крючкова. Они явно хотят сохранить власть и остаться в Кремле. Даже если они изберут меня на съезде Президентом СССР вместо Горбачева — то реальной власти все равно не будет. К тому же никаких гарантий избрания меня Президентом СССР после устранения Горбачева они не предоставили.

Конечно, лидера страны у них нет. Но это не гарантия для меня. Во многом Горбачев им более приемлем, чем я. С их точки зрения, у меня перед Горбачевым один плюс: я могу защитить их от народа. Но и эта моя роль им нужна будет временно — пока они не овладеют ситуацией.

Можно, правда, став Президентом СССР, выдавить их из власти. Хотя, спрашивается, зачем мне их СССР? Тут мне и с Россией не удается управиться...

Так что надо переиграть Крючкова: толкнуть его и компанию на столкновение с Горбачевым и попытаться устранить и их, и Горбачева.

В общем, мне остается ждать и ждать. Верить в свою счастливую звезду, в свою удачу.





    Партнеры