Тайна плоскостопого невидимки

29 сентября 2004 в 00:00, просмотров: 2071

Множество родителей мечтают освободить своих деток от службы в армии. Они готовы платить любые деньги — или почти любые, — лишь бы мальчик получил отсрочку. Но не знают, кому платить и куда.

Мы тоже не знаем. Но, судя по документам, которые оказались в распоряжении “МК”, одна из искомых точек находится не так далеко от Москвы — в закрытом городе Сарове, где сначала Серафим Саровский тысячу дней молился, не сходя с камня, а потом академик Сахаров создавал термоядерную бомбу.

Жизнь не стоит на месте. Нынче чудеса в Сарове творятся в городском военкомате, которым умело руководит военный комиссар полковник Евгений Васильевич Шкурда, уважаемый горожанин, достойный во всех отношениях.


Город Саров — это ЗАТО, закрытое административно-территориальное образование, которое финансируется отдельной строкой федерального бюджета.

Закрытых городов не так много — порядка десяти. Все они были выстроены в советское время вокруг предприятий, разрабатывающих и производящих ядерное оружие.

Закрытость их состоит в том, что в эти города можно въехать только по специальному пропуску. Те, кто прописан, имеют постоянный пропуск, а гостям его выдает местный отдел ФСБ — по предварительному запросу и после долгих и тщательных проверок. Посторонним туда хода нет. Города обнесены по периметру рядами колючей проволоки и контрольно-следовой полосой и охраняются военными, а все въезды-выезды осуществляются через укрепленные КПП со строгим соблюдением правил досмотра.

Все это очень хорошо для безопасной жизни. Если бы Москву можно было сделать таким же закрытым городом, у террористов сразу возникло бы множество проблем с осуществлением их планов, а у москвичей стало бы гораздо спокойнее на душе.

Другой плюс закрытости в том, что местные структуры государственного управления оказываются тоже в большой степени закрытыми. Их гораздо реже проверяют, и они варятся в собственном соку. Ни одна комиссия не может приехать к ним без согласования с ФСБ, и ни одного начальника сюда не пустят, если его подчиненный из местных не закажет ему заранее пропуск. А если этот подчиненный не хочет, чтоб его проверяли, и к тому же дружит с руководством местного ФСБ (а с кем дружить отцам города, как не друг с другом?), он ведь может и так сделать, что пропуск не выдадут. У органов безопасности возникли подозрения, имеют право не пускать.

Короче, мороки с проверками много, проводят их редко, поэтому на местах при желании можно творить что угодно. Секретность и закрытость располагают к экспериментам, махинациям и комбинациям. Поэтому деньги здесь изымаются из служебного положения и отпущенных государством средств с непосредственностью, которая в открытом городе немедленно привлекла бы внимание прокуратуры.

* * *

Впрочем, иногда проверки все-таки проводятся, и тогда на свет выплывают “саровские” чудеса.

У меня в руках докладная записка. Военный комиссар Нижегородской области генерал-майор Волков (непосредственный начальник военкома Сарова) докладывает своему руководителю — начальнику оргмобуправления штаба Московского военного округа:

“Докладываю результаты расследования по факту выдачи военных билетов Казьмину А.О. в военкомате (ВК) города Сарова Нижегородской области.

Казьмин Александр Олегович, 1983 г.р., прибыл в ВК г. Сарова для постановки на воинский учет из ОВК Кунцевского района г. Москвы 1 ноября 2001 года. (Интересно, что в службе режима и ФСБ города Сарова никаких следов Казьмин не оставил, пропуска на него не было, и как въехавший в город он не зафиксирован.) 27 декабря 2001 г. освидетельствован медицинской комиссией и признан ограниченно годным к военной службе по статье 69-в графы 1 расписания болезней. (Нашли у него четвертую степень плоскостопия, которой, вообще говоря, не бывает.)

Призывной комиссией г. Сарова Казьмин А.О. освобожден от призыва на военную службу по статье 23, пункт 1, подпункт “а” ФЗ “О воинской обязанности и военной службе” (протокол №23 от 27.12.2001 г.)

23 января 2002 г. Казьмин А.О. получил военный билет и в тот же день снялся с воинского учета в город Москву. (Как он уезжал из Сарова, тоже никто не видел. Военная прокуратура потом его нашла в Москве, допрашивала, но он объяснил, что у него что-то с головой случилось, поэтому ничего не помнит, возможно, проник в закрытый город, минуя КПП, через дырки в “колючке”. Неясно, доводилась ли эта информация до ФСБ. Так ведь и террористы могут пролезть, захватить ядерный объект, и шпиёны, опять-таки. А Казьмин, наоборот, получается, ценный кадр для военной разведки, если он такие штуки умеет проделывать, несмотря даже на плоские стопы.)

В ходе комплексной проверки ВК г. Сарова в ноябре 2003 года вскрыт факт отсутствия в картотеке архива военного комиссариата личного дела Казьмина. Проведенным расследованием установлена вина в пропаже личного дела начальника 2-го отделения ВК Сарова подполковника Петрова А.В. Офицер представлен к увольнению в запас по болезни. (Разумеется, по болезни, не за подлог же его увольнять.) Материал находится в УК МВО.

В ходе расследования вскрыт факт выдачи дубликата военного билета гражданину Казьмину А.О. 30 августа 2002 г. По указанию начальника 4-го отделения ВКГ Сарова подполковника Худякова В.Б. дубликат выдан взамен испорченного, несмотря на то, что гражданин Казьмин А.О. на учете в ВК не состоял (ранее выданный военный билет уничтожен установленным порядком). Незаконная выдача обусловлена халатностью в службе подполковника Худякова В.Б. Уволен в запас приказом командующего МВО 25 ноября 2003 г. (Дубликат, по всей видимости, выдавался, чтоб следы замести — чтоб в нем сослаться на уже уничтоженный билет, где как раз имелись подозрительные для прокуратуры записи.)

В связи с увольнением в запас непосредственных виновных привлечение их к ответственности невозможно. (Хорошо у военных дело поставлено: уволился — и все, уже никто не привлечет тебя к ответственности.) Военный комиссар г. Сарова полковник Шкурда Е.В. за необеспечение контроля должной работы подчиненных привлекается к дисциплинарной ответственности. (Потому что мошенники-подчиненные, конечно, без его ведома колдовали с Казьминым, а он просто не обеспечил за ними контроль.)



* * *

Схема, короче говоря, такая. Саровский военкомат запрашивает в Московском районном военкомате (в случае с Казьминым это был Кунцевский РВК) личное дело призывника — мол, призывник этот переехал в Саров и теперь должен у нас стоять на воинском учете.

Дело пересылается, в Сарове призывная комиссия — то ли видя в упор призывника, то ли не видя — обнаруживает у него заболевание, позволяющее дать ему отсрочку от службы в армии. В протоколе заседания призывной комиссии делается соответствующая запись, которая копируется в личное дело и учетную карточку призывника. Теперь ему с полным основанием выписывается военный билет с вожделенной записью “ограниченно годен” — и все, он свободен от армии на три года, а через три года всю операцию нетрудно будет повторить.

Конечно, если такое “дело” будут проверять квалифицированные проверяльщики, они увидят, что там не все чисто. Но если “потерять” личное дело, уничтожить военный билет и выдать “откосившему” призывнику дубликат, исчезнут юридические основания для возбуждения уголовного дела. Да, потеряли документы, виноваты, не обеспечили контроль. Но подлога, махинаций с документами призывников — нет, не было. Во всяком случае, ни один следователь не докажет, что это не так.

После случая с человеком-невидимкой Казьминым Саровский горвоенкомат приехала проверять комиссия из области. За две недели она успела проверить выборочно документы двух последних лет.

В многостраничном отчете о проделанной работе перечисляется такое множество нарушений в предоставлении отсрочек и освобождении от призыва, что диву даешься. Остается гадать, какие деньги стоят за сухими строчками итогов.

Вот лишь несколько примеров. Незаконно пользуются отсрочками:

Межанов А.Н., 1982 г.р., по уходу за родителями-пенсионерами при наличии сестры 1962 г.р.; Деменко С.В., 1978 г.р., не зарегистрировавший установление отцовства дочери; Филатов К.В., 1978 г.р., не зарегистрировавший установление отцовства обоих детей; Волгин Д.Н., 1982 г.р., сотрудник УВД, не представивший диплом о высшем образовании; Воробьев В.П., 1983 г.р., слушатель заочной академии МВД, состоящий на службе в УВД.

Учащиеся вечерней школы, обучающиеся не по очной форме обучения, — шесть человек, не будем перечислять по фамилиям.

Даются отсрочки студентам без проверки наличия аккредитации негосударственных вузов — хотя проверять его надо обязательно.

Молодым специалистам, которые трудятся в Сарове во Всероссийском научно-исследовательском институте экспериментальной физики, предоставляется бронь. В ходе проверки комиссия обнаружила по крайней мере восемь призывников, которые получили отсрочки на этом основании, однако свое поступление на работу в институт никак не подтвердили — ни справкой, ни выпиской из трудовой книжки.

Приводится длинный список граждан, пользующихся отсрочками от призыва, но не подтвердивших своего права предоставлением справок о семейном положении, справок из вузов, копий документов и пр.

Что касается военно-учетных документов по снятию с воинского учета и освобождению от призыва — здесь и вовсе полный бардак.

Один пример: в военкомат соседнего Дивеевского района из Саровского военкомата почему-то вдруг высылаются личные дела призывников Борисова В.Б., 1984 г.р., и Лупова Е.В., 1984 г.р. По инструкции, утвержденной приказом министра обороны, личные дела должны высылаться в другой военкомат только по запросу. Но Дивеевский военкомат ни о чем таком не просил. Зачем же ему их прислали?

“Книга выдачи бланков строгой отчетности установленным порядком не ведется”, “чистые бланки военных билетов, оставшиеся после завершения призыва, на хранение военному комиссару не истребуются”, “при проверке ведомостей на выдачу военных билетов за осенний 2003 года призыв установлено, что все подписи на 54 гражданина, призванных осенью, являются фиктивными”, “…выборочно проверено наличие личных дел граждан, переданных в запас по состоянию здоровья за осенний 2001 г. призыв. Выявлено отсутствие 18 личных дел”.

Восемнадцать личных дел призывников, освобожденных от службы в армии по состоянию здоровья, потеряно — всего за один призыв (кстати, судя по учетным карточкам, многие из “потерянных” — москвичи). Вероятно, что это восемнадцать “косяков”, провернутых по той же схеме, по какой “откосили” А.О.Казьмина. Неплохой процент для скромного Саровского военкомата, который за целый год призывает хорошо если пятьдесят человек.



* * *

Сразу надо сказать: проведенные проверки закончились ничем. По Казьмину в самом Саровском военкомате было проведено внутреннее разбирательство. Проводил его и.о. начальника третьего отделения военного комиссариата капитан А.Кручинин. Исходя из результатов служебного расследования, он предложил: “В связи с невозможностью наказать в дисциплинарном порядке работников второго и четвертого отделений за халатное отношение к хранению документов и их оформлению провести с ними соответствующее занятие и предупредить об ответственности”.

Военный комиссар Сарова полковник Шкурда с выводами капитана согласился. Остается догадываться, каким навыкам он обучал работников на “соответствующем занятии”.

Военный комиссар Нижегородской области генерал-майор Волков поступил жестче: за самоустранение от контроля служебной деятельности должностных лиц второго отделения военного комиссариата, приведшее к грубым нарушениям в учетно-призывной работе военного комиссариата Сарова, Шкурду Е.В. предупредить о неполном служебном соответствии.

...А если уволить? Нет, для увольнения оснований не нашлось.



* * *

Каждое из выявленных нарушений в работе военкомата можно объяснить небрежностью, непрофессионализмом работников, отсутствием контроля: там недописали, здесь недоглядели, не туда положили…

Каждое по отдельности — можно. А все вместе — уже нельзя.

Количество нарушений превышает допустимую норму небрежности. Если нарушения подобного рода совершаются в столь массовом порядке — значит, это система. Пускай юридически этого доказать нельзя, но элементарный здравый смысл говорит: это не случайность. Слишком явственно пахнут деньгами эти “небрежности”, благодаря которым люди получают отсрочки от армии.

Интересно, что за военным комиссаром Шкурдой помимо вышеупомянутых неприятностей числятся и иные некрасивые проступки, за которые кого-то другого, наверно, уже наказали бы сто раз по всей строгости.

Например, в июле 2002 года он продал собственность военного комиссариата — автомашину “Волга” — за 94000 рублей. Машина проездила всего два года, но военком дал указание снять ее с учета и продать. И только в мае 2003-го, когда прокуратура “наехала” на военкома, он купил, добавив собственные деньги, новую “Волгу” для военкомата взамен проданной.

Что можно сказать о правовой грамотности и моральных качествах военного комиссара, распродающего по собственному желанию государственную собственность? Слава богу, он еще здание военкомата никому не продал.

Вообще бюджетные средства, выделяемые военкомату, расходуются весьма причудливыми способами. Например, в обязанности военкоматов входят похороны ветеранов, офицеров, военнослужащих, погибших при исполнении. На услуги ритуальной конторы положена определенная сумма.

Чтобы не отдавать деньги в чужие руки, Саровский военкомат сам организовал свою ритуальную контору — военно-мемориальную компанию “Обелиск”. Сначала ее официально возглавлял подчиненный Шкурды подполковник Худяков, но когда его вызвали в прокуратуру и объяснили, что он занимается коммерческой деятельностью незаконно, “Обелиск” был перерегистрирован на его подчиненную Барсукову Наталью Петровну. Которая, как говорится в письме совета ветеранов, в самом военкомате “в рабочем кабинете создала ООО “Военно-мемориальная компания “Обелиск”, состоящее из нее одной, и занялась деятельностью по организации похорон и услугами по изготовлению памятников”.

...Ну да, на экономии похоронных средств “Обелиску”, наверно, удается зарабатывать не самые большие деньги. Но, как говорится, с паршивой овцы хоть шерсти клок.

Такое время на дворе. Деньги делаются на всем — и на похоронах, и на отсрочках.

Министерство обороны собирается резко сокращать количество отсрочек, поскольку сейчас получается, что только пять процентов призывников идут в армию, а у всех остальных находятся законные причины туда не ходить.

“Саровское” чудо показывает: сократив количество оснований для отсрочек, проблему не решишь. Эта кривая дорожка не приведет нас к победе.

Даже если отсрочки будут давать только тем, у кого растет член на лбу, найдутся военкоматы, готовые документально зафиксировать это обстоятельство, и высокие начальники в округах, готовые в него поверить. Соответственно, и родители, готовые отдать любые деньги, чтоб освободить сыновей от армии, всегда найдут куда их отдать — даже если это заветное местечко будет находиться в самом закрытом городе страны.





Партнеры