Закодированный на смерть

26 октября 2004 в 00:00, просмотров: 585

Армия “оборотней в погонах” растет с каждым днем. Нетрезвые милиционеры стреляют в сотрудников Федеральной службы охраны, в коллег из других подразделений, в простых граждан. То, что произошло в воскресенье в подмосковном поселке Алексеевка (под Наро-Фоминском), просто не укладывается в голове. Пьяный в хлам сержант милиции без всякой причины расстрелял трех человек! Один из пострадавших скончался, двое других в тяжелом состоянии госпитализированы.

“Мы уже боимся людей в форме, — шепотом признавались корреспонденту “МК” свидетели воскресной трагедии. — Никогда не знаешь, чего от них ждать”. С этим грустным выводом, похоже, согласны и сами милиционеры.

39-летний старший сержант милиции, сотрудник УВД Наро-Фоминска Иван Глушенков, последнее время практически не пил. Раньше — да, выпивал крепко. Иногда — с сослуживцами, чаще — с соседями. А потом — как отрезало.

“Год назад он закодировался, — рассказывают сослуживцы. — И почему снова взялся за бутылку, мы не знаем”.

Окончание дежурства страж порядка отметил в гордом одиночестве. Оперативники потом установят, что будущий убийца осушил в одиночку больше бутылки, причем практически без закуски.

Кстати, начал “накачиваться” алкоголем старший сержант еще до окончания смены. Сакраментальную фразу “пост сдал” (он охранял шлагбаум при въезде на территорию отдела милиции) он произнес, уже будучи подшофе. Пост-то Глушенков сдал, а вот табельное оружие сдать забыл. Или не захотел. Следователям местной прокуратуры еще предстоит выяснить, почему начальство отпустило пьяного сержанта домой вооруженным. А пока руководство Наро-Фоминского УВД заявляет, что, перед тем как совершить убийство, Глушенков “самовольно покинул” свое рабочее место. В 9.20 его начали искать.

У ворот УВД милиционер поймал “Запорожец” и попросил отвезти в деревню Алексеевка. Впрочем, есть и другая версия. Якобы Глушенков остановил ветхий драндулет, чтобы... броситься в погоню за своим должником. Разомлевший от водки кредитор в погонах случайно увидел за рулем проезжавшего мимо авто приятеля, занявшего в свое время довольно крупную сумму денег, и помчался за ним.

Тихоходный “Запорожец” не смог догнать машину должника, и милиционер совсем закручинился. Он решил взять еще водки и приказал водителю остановиться возле ближайшего продуктового магазина у остановки общественного транспорта. Владелец машины уже понял, что имеет дело с абсолютно невменяемым, и наотрез отказался бежать за водкой.

Когда разъяренный сержант выхватил из кобуры пистолет, водитель выпрыгнул из салона и бросился к ближайшему укрытию — к дверям магазина. Взбешенный Глушенков сначала выстрелил в пол, а потом открыл огонь по беглецу прямо через лобовое стекло. На свою беду, на линии огня оказалась супружеская пара москвичей Чугаевых. Муж с женой выходные провели на даче и ждали на остановке автобус, чтобы вернуться домой. Выстрелом в сердце милиционер убил наповал 38-летнюю Елену Чугаеву. А ее супруга Андрея тяжело ранил. Очевидцы, которых вокруг было немало, позже рассказывали, как раненный в грудь Андрей Анатольевич пытался приподнять уже мертвое тело жены и кричал прохожим: “Помогите же ей!”.

А старший сержант все палил и палил из салона машины, пока у него не кончились патроны. Последняя пуля досталась Валерию Соловью, бывшему сторожу дачного кооператива “Березки” — того самого, где была дача у Чугаевых. 46-летний мужчина, спасаясь от дебошира, успел забежать за остановку, но потом, на свою беду, выглянул из укрытия и “заработал” пулю в руку.

Наконец стрельба прекратилась, и Глушенков решил убраться с места преступления. Приметную машину с простреленным лобовым стеклом следовало поменять на другой транспорт. Такая возможность представилась, когда убийца обогнал “пазик” без пассажиров, с одним только водителем. Именно водитель Владимир Францев и стал настоящим героем этой страшной истории.

...Францев только недавно обзавелся личным автобусом. Он много лет отработал на наро-фоминском ПАТП, пока наконец не выкупил “пазик” в собственность, и теперь подрабатывал, как рассказывают бывшие сослуживцы, “коллективным частным извозом”.

Требованию милиционера в форме и при оружии остановиться Францев подчинился сразу. Глушенков ввалился в автобус и, размахивая пистолетом, закричал: “Гони!”.

На вопрос, куда его везти, милиционер лишь кричал: “Наддай газу!”. Для большей убедительности Глушенков приставил ствол к голове Францева. Но тот не растерялся. Выбрав момент, водитель на мгновение оторвал одну руку от руля и прямо на ходу ударил милиционера по пальцам, сжимавшим ствол. Грянул выстрел, но пистолет вслед за пулей вылетел в разбитое окно. Тут Владимир скрутил убийцу.

— Я удерживал его на “болевом приеме”. Долго? До тех пор, пока мимо наряд не проехал.

Ни начальство Глушенкова, ни он сам пока не могут объяснить причин такого буйного помешательства. На службе старший сержант ничем не отличился, не имел ни поощрений, ни взысканий. Он женат, двое детей. Некоторую склонность к агрессии и насилию супруга Глушенкова, по ее словам, начала замечать за мужем после того, как тот вернулся из двухмесячной командировки в Чечню. Недавно Иван прошел переподготовку, собирался стать участковым.

— Обычный он какой-то, — комментируют сослуживцы. — Ему даже машину не доверили (по специальности Глушенков — водитель). Только и разрешили стоять “привратником”. Кто ж знал, что так все получится...




Партнеры