Фрадков без сук

16 ноября 2004 в 00:00, просмотров: 734

“Ну что, мы с тобой остались двумя последними суками в департаменте!” — у чиновников некоторых российских госведомств с недавних пор вошло в обычай приветствовать друг друга подобными словами. Конечно, аппаратчики вовсе не стали считать себя собаками и не увлеклись мазохизмом. Просто на современном бюрократическом жаргоне аббревиатура “сука” расшифровывается так: случайно уцелевший квалифицированный аппаратчик.


“Путин тянет страну назад, в темное советское прошлое!” — захлебываются сегодня от негодования ультралибералы. Но прошедшие советскую аппаратную госслужащие тоже пребывают сейчас в состоянии ужаса.

Разделяй и властвуй — с помощью этой нехитрой формулы советские вожди успешно управляли спецслужбами. Сегодня все ключевые посты в госструктурах достаются не просто выходцам из одного чекистского ведомства. Преимущество отдается бывшим работникам только двух райотделов Ленинградского КГБ.

В советское время для того, чтобы попасть на высокий пост, нужно было (за редким исключением) сначала пройти по всем карьерным ступенькам. Сегодня под лозунгом “кадрового обновления” во властные кресла приходят совершенно неподготовленные люди.

Одним словом, нынешняя власть, воскресившая худшие аспекты совковой действительности, в то же самое время выбрасывает на помойку годами наработанные традиции советской госслужбы.

Неудивительно, что после назначения восемь месяцев назад нового правительства и запуска административной реформы наметившаяся уже до этого тенденция деградации госаппарата стремительно убыстрилась.

Есть ли жизнь в Белом доме?

“У проведенной после назначения Фрадкова премьером административной реформы есть один безусловно положительный результат. Она доказала, что Россия без всякого для себя ущерба в течение многих месяцев может жить без правительства!” — сказал мне один из апологетов реформы из числа ведущих российских либеральных экономистов. То, что в последние месяцы Правительство России как работоспособный институт по большому счету не функционировало, несомненно. Это в открытую признают даже самые высокие кремлевские чиновники. Но вот с тезисом об отсутствии ущерба для страны можно поспорить.

Сокрушительный удар по российскому госаппарату нанесла чудовищная растянутость административной реформы во времени. Наиболее наглядно это проявилось на примере МВД. О том, что их ждет грандиозная реорганизация, сопряженная с потерей многими начальниками своих мест, милиционерам объявили еще в начале этого года. Но новая структура ведомства появилась только в ноябре. Причем в состоянии неопределенности в течение многих месяцев жил не только центральный аппарат МВД на Житной, но и милицейские главки на местах. Никто не мог ведь точно сказать, сколько после реформы останется замов у начальников областных УВД.

Теперь вопрос на засыпку. Чем все это время занимались в МВД: работой типа предотвращения терактов или гаданиями о своей дальнейшей судьбе?

Еще одним достижением административной реформы ее сторонники считают “пусть временное, но все же разрушение коррупционных цепочек в госаппарате”. Мол, в результате реформы в Белом доме и министерствах воцарился такой хаос, что давать взятки стало просто экономически невыгодно.

К сожалению, сторонники этой точки зрения не очень хорошо информированы. “Первое время после назначения нового кабинета действительно было туговато, — пооткровенничал со мной бизнесмен, регулярно одаривающий чиновников долларовыми дарами. — Аппаратчики либо отказывались что-то делать вообще, либо брали деньги, а потом ничего не делали. Но сейчас все снова наладилось. Более того, появилось много инициативников — чиновников, которые сами активно предлагают свои услуги”.

А в том же МВД ситуация с коррупцией, по рассказам осведомленных источников, стала и вовсе напоминать сцены из забойных итальянских кинокомедий. Вскоре после объявления о грядущей реформе многим сотрудникам милицейского министерства стали предлагать заплатить за право возвыситься или хотя бы просто выжить в новой структуре. Например, за назначение на не связанную с большими левыми доходами полковничью должность просили 5 тысяч “зеленых”.

Как ни смешно это прозвучит, но по крайней мере часть из офицеров, принявших подобное предложение, оказались жертвами искусных мошенников. Вот, например, одна из использованных для этого схема. Хитроумные продолжатели дела Остапа Бендера узнавали, что на некую должность могут претендовать 5—7 человек. Каждому из них делалось предложение заплатить за протекцию. Поскольку недоверчивые милицейские чиновники не склонны отдавать кому-то деньги без получения твердых гарантий, мошенники предлагали им положить “зеленые” в ячейку в том или ином банке. Мол, если мы не сможем вам помочь — тут же заберете! Как только успокоенные взяткодатели клали деньги в сейф, включенные в комбинацию руководители банка их тут же забирали и пускали в оборот. Поскольку, как было сказано выше, кадровая неопределенность в МВД сильно затянулась, подобные трюки, видимо, дали жуликам очень неплохой навар.

Еще одним положительным результатом административной реформы, по мысли ее авторов, должно было стать “кадровое освежение” коридоров власти. Прожектеры доказывали, что российское правительство страдает от окостенелости. Мол, из года в год перетасовывается одна и та же колода. А притока свежей крови практически нет.

Рациональное зерно в этих рассуждениях, конечно, есть. Но вот примененное нашим нынешним правительством лекарство оказалось хуже самой болезни.

Как уже писал “МК”, благодаря прокатившимся по ведомствам чисткам и сокращению количества замминистров госслужбу покинуло множество квалифицированных кадров. А многие из чиновников “новой волны”, назначенные на должность руководителей федеральных служб, оказались откровенно неподготовленными для своих постов. В качестве особо некомпетентных деятелей в Кремле, например, называют руководителя агентства по строительству Аверченко и шефа агентства по здравоохранению Прохорова...

Большинство новых назначенцев полными дураками, конечно, не назовешь. Но у них есть одна большая проблема. “Представь, что ты всю жизнь блестяще управлял “Запорожцем”. И вдруг тебя сажают за штурвал огромного “БелАЗа”, — так мне объяснил ситуацию один выдавленный из госслужбы по сокращению штатов наиопытнейший замминистра.

Именно от этого по-прежнему страдает, например, и сам Михаил Фрадков. На протяжении последних месяцев Михаил Ефимович всячески пытается превратиться из зиц-премьера в реального руководителя правительства.

Фрадков сделал попытку создать некое подобие премьерской команды. Некоторое время назад в околобелодомовских кругах заговорили, что у Фрадкова появился собственный “экономический гуру”. Это очень талантливый, либерально настроенный, но при этом совершенно неспособный к командной работе экономист Андрей Белоусов. Привлечение в качестве своих помощников группы бывших касьяновских министров позволило Фрадкову более или менее успешно решить сразу две задачи. Создать такую аппаратную конструкцию, при которой вся вина за неудачи правительства ложится не на премьера, а на конкретных министров. А также укрепить свои позиции в схватках с постоянно интригующей против Фрадкова тройкой министров: Грефом, Кудриным и Зурабовым.

Но упор здесь все равно надо делать на слове “подобие”. Ясно также, что, сколько бы Михаил Ефимович ни общался с Белоусовым, это не сделает премьера идеологом реформ.



Горе от варягов

Любой визитер в здание ЦК КПСС во времена Брежнева видел на вахте странную картину. У тумбочки плечом к плечу стояли сержант внутренних войск и прапорщик КГБ. Система двойных караулов существовала и в штаб-квартире службы госбезопасности на Лубянке. Ночью милицейский караул выставлялся даже у знамени КГБ. Когда Андропов вдруг приезжал на работу раньше обычного, в его секретариате начиналась паника. Видя сотрудников конкурирующего ведомства у “своего” знамени, будущий генсек впадал в бешенство. Поэтому “ментовский” караул часто меняли в экстренном порядке.

Этот анекдотический пример иллюстрирует важную особенность жизни советского госаппарата. Мудрый генсек Брежнев считал, что только конкуренция различных спецслужб и система сдержек и противовесов способна обеспечить стабильную работу власти. При президенте Путине и премьере Фрадкове возобладал противоположный подход. Львиная доля важных постов отдается представителям только одной группы. Возьмем важные правительственные назначения за последние пару месяцев. На ключевой пост главы аппарата правительства назначается питерец Нарышкин. Его заместителем становится кадровый чекист Рыжков. В кресло распоряжающегося многомиллиардным бюджетом главы дорожной службы садится питерец Белозеров...

Засилье питерцев и чекистов еще более наглядно и в среднем звене госаппарата. Такого массового десанта гэбэшников, как сейчас в МВД, не было со времен министра Федорчука двадцать лет тому назад. Дело дошло до того, что многие традиционные посетители концерта в честь Дня милиции из числа культурной элиты на последнем подобном действе искренне изумлялись: “А что-то совсем не видно знакомых лиц!”.

Бывалые чиновники уверены: в перспективе подобная ситуация не только еще больше дезорганизует работу госаппарата, но и может оказаться опасной даже для президента.

Возьмем одно госведомство, имеющее стратегическое значение. Еще недавно его возглавлял генерал, прикомандированный из МВД. У него было два советника по безопасности, выполняющих одновременно функции надсмотрщиков: один из ФСБ, другой из ФСО. Некоторое время назад новым шефом ведомства стал человек с Лубянки. Первым делом он назначил своим первым советником по безопасности старого личного друга. Очень быстро еще один старинный приятель шефа стал и вторым советником.

Налаженная система перекрестного контроля оказалась разрушенной. Госконтора превратилась в частную лавочку трех друзей-чекистов. Результат не замедлил сказаться. Шеф каждый день напивается в своем кабинете до положения риз. Зато в ведомстве организован весьма доходный бизнес — такого рода, что его разоблачение вызовет грандиозный международный скандал.

Возможно, узнай об этом президент, он бы быстро прикрыл лавочку. Но только кто ему скажет?

Во многих госведомствах и компаниях с государственным участием все обстоит очень похоже. Отказ от системы сдержек и противовесов уже привел к тому, что ВВП постепенно оказывается в ситуации информационной изоляции. А есть ли гарантии, что через энное количество лет тесно спаянная группа сослуживцев ВВП вдруг не решит, что Владимир Владимирович их больше не устраивает? Подобная перспектива кажется фантастической только на первый взгляд. В политике между старой дружбой и корыстными интересами обычно выбирают второе.

Пока, конечно, до этого не дошло. Но вред от доминирования только одного клана уже вышел за пределы госаппарата. Еще недавно бизнесмен мог выбирать между различными видами “крыш”: милицейской, прокурорской, чекистской... Теперь, если речь идет о серьезных делах, “крыша”, по сути, осталась только одна. Последствия этой “монополизации крыш” очевидны. Есть, правда, среди них одно скорее положительное. Среди многих учредителей фирм, желающих избавиться от партнеров, стало немодно прибегать к услугам киллера. Зачем, если можно заказать возбуждение уголовного дела на ровном месте, и твоего экс-коллегу не убьют, а всего лишь посадят!

Разумеется, далеко не все представители питерско-чекистского воинства — коррупционеры. Но даже будь все они кристально чистыми людьми, массовый десант “варягов” в госведомства все равно объективно способствовал бы деградации госаппарата.

У чекистов, как и у представителей любой другой профессиональной касты, есть свои особенности. В течение последних десятилетий главной функцией гебистов был сбор информации. А вот принимать на ее основе решения им приходилось значительно реже. Придя на новые места работы, многие начальники из числа чекистов настолько погружаются в анализ противоречащих друг другу информационных потоков, что оказываются не в состоянии принимать хоть какие-то решения.

Еще одна замеченная в госаппарате особенность невско-лубянских пришельцев. В целях поддержания своего душевного комфорта некомпетентные начальники расставляют на посты в своих ведомствах послушных, но столь же некомпетентных людей. Те, естественно, делают на своем уровне то же самое. Цепочка некомпетентности разрастается все больше. А “сук” в нашем госаппарате становится все меньше и меньше.



* * *

“Начинается земля, как известно, от Кремля” — для описания ситуации в российских госведомствах этот старый советский стишок сегодня актуален как никогда. Обвинять в посыпавшихся на наш госаппарат злоключениях премьера Фрадкова было бы несправедливо. Михаила Ефимовича правильнее считать заложником ситуации. Увы, но вся ответственность за фактический провал административной реформы ложится на первое лицо страны — президента.

В советское время курсантов КГБ учили, что для успеха операции участвующие в ней офицеры ни в коем случае не должны знать конечной цели мероприятия. Очень похоже, что и в управлении страной Путин до сих пор руководствуется этим правилом. Я устроил своеобразный опрос экспертов, включая некоторых высших кремлевских чиновников: понимают ли они логику, которой руководствовался президент, назначая премьером именно Фрадкова? “Да” мне не ответил никто. Более того, высокопоставленные чиновники дружно жаловались, что они не понимают конечной цели ВВП и в каком направлении он собирается вести страну. Любопытно, что при этом обитатели Кремля божились, что некая суперцель и секретная стратегия у Путина есть. Другое дело, что пока он предпочитает не делиться этой информацией даже со своим ближайшим окружением.

В последнее время у президента проявилась еще одна особенность. Он наотрез отказывается следовать чьим-либо советам. Один из лидеров команды питерских чекистов, по данным информированных источников, доказывал ВВП, что столь демонстративно вмешиваться в украинские выборы и жестко поддерживать Януковича будет огромной стратегической ошибкой. Это замечание было проигнорировано. Большинство внешнеполитических советников Путина призывали его также отказаться от слишком горячих проявлений любви к Бушу и попытаться одновременно наладить хорошие отношения с демократами. Мол, в Америке двухпартийная политическая система. И уже ясно, что в 2008 году именно демократы придут к власти. ВВП и на этот раз заявил, что он сам знает что делать. Подобные примеры можно приводить до бесконечности.

Конечно, ВВП тоже достоин понимания и даже сочувствия. В выстроенной в России системе власти только он один способен принимать реальные решения. А через некоторое время президентская нагрузка еще больше возрастет. Помимо кадрового укомплектования федеральных структур ему придется назначать еще и региональное начальство. Ясно, что в таких условиях у президента просто нет времени для выслушивания аргументов советников.

Но сочувствие сочувствием, а общая психологическая атмосфера в российской политэлите в последнее время стала просто удручающе депрессивной. Даже после кризиса 1998 года в коридорах власти было несравненно больше оптимистов. Сегодня большинство чиновников страдает от чувства собственного бессилия, дезориентации и оторванности от реального центра принятия решений. Согласно словам ветеранов, в последний раз такой вопиющий разрыв между словами, делами и мыслями ощущался на закате эпохи “великих похорон” в середине 80-х.





Партнеры