У единороссов нет вопросов

Глава исполкома “Медведя” Андрей Воробьев: “Мы пытаемся вылечить наших оппозиционеров… Ведь когда кусаешь монолит, зубы ломаются”

30 сентября 2005 в 00:00, просмотров: 926

Новое лицо появилось недавно в когорте “медвежьих” вождей. Этой весной председателем исполкома “Единой России” стал 35-летний бывший бизнесмен и депутат Госдумы Андрей Воробьев.

Сын первого заместителя Шойгу по МЧС Воробьев-младший пока не относится к числу людей, принимающих ключевые решения. Зато его можно назвать идеальным “солдатом партии”. Суждения шефа “медвежьего” исполкома могут вызвать у беспартийной публики состояние ступора. Вы считали, что власть беспардонно давит оппозицию? Очнитесь, на самом деле она ее лечит! Вы уверены, что новым мэром столицы обязательно должен быть москвич? Как вам не стыдно?! Ведь так могут считать лишь враги России и ее суверенитета!

Но так же, как Воробьев, думает огромное количество самых влиятельных российских чиновников. Как это ни грустно, именно таким представляется мир

с высоты кремлевских башен.

Битва за Москву

— Андрей, бывший председатель Центризбиркома Александр Иванченко назвал установленный на выборах в Мосгордуму 10%-ный барьер “феодальным, который одна партия устанавливает под себя”...

— Мнение Иванченко основано только на эмоциях. Встал человек с утра в плохом настроении и пошел “костерить” “Единую Россию”! Да, для победы на выборах в Мосгордуму мы приложим максимум усилий. В этом и есть суть политической борьбы. Но мы категорически против монополизации власти. Потеряется весь смысл политической конкуренции. Мы не сможем быть первыми, потому что за нами не будет ни вторых, ни третьих.

Проблема не в нас, а в оппозиции. Сегодня противников власти поразила импортированная “оранжевая” лихорадка. Некоторые политики не хотят упустить свой последний шанс и прийти в политику любой ценой — не демократическим, так революционным путем. Мы пытаемся вылечить наших оппозиционеров, привить им навыки консолидации, корректного конструктивного диалога при решении злободневных спорных вопросов.

— Как обвинения Иванченко можно назвать неаргументированными? Ведь из всех цивилизованных стран 10%-ный барьер есть только в Турции!

— Согласен, что, может быть, для выборов в Мосгордуму 7%-ный барьер был бы лучше. Возможно, в будущем имеет смысл вернуться к 5%-ному барьеру. Но разве можно отрицать, что 10%-ный барьер не сыграл свою положительную роль? Впервые за долгие годы две ведущие правые партии объединили свои усилия! Этому есть и простое арифметическое объяснение. Давайте посчитаем. Если у нас 20 человек идет по спискам из 35 депутатских мест — преодоление 10%-ного барьера дает двух полноценных депутатов. 7% означает 1,7 депутата. Согласитесь, это нелепо.

— Согласно федеральному закону, с 1 января 2006 года барьер выше 7% является недопустимым. Разве использование лазеек достойно организации, которая считает себя партией власти?

— Что значит “использование лазеек”?! Лазейка — это когда идешь в обход законодательства. А мы четко выполнили все требования закона!

— Да, букву закона вы не нарушили. Но как насчет его духа?

— Я уверен, что мы можем открыто смотреть нашим конкурентам в глаза. Как я уже сказал раньше, такое регулирование только помогло им! Мы за возможность участвовать в игре на равных. Сильные против сильных!

— Интересный способ помощи: не умеющего плавать человека бьют веслом по голове!

— Никакого весла нет. Как родители учат детей плавать? Бросают их в воду, но при этом стоят рядом.

— Извините, но вы ведь для оппозиции не родители, а конкуренты.

— Конечно, наши основные политические противники далеко не дети, а конкуренты, имеющие опыт и навыки политической и предвыборной борьбы. Конкурентная борьба должна быть жесткой и по-здоровому агрессивной. Но мы искренне заинтересованы в том, чтобы оппозиция была ответственной и конструктивной. Ведь, как я уже сказал, мы против монополии на политарене. Только здоровая конкуренция определяет лучших.

— Но ведь на деле вы именно эту монополию и создаете.

— Конечно, нет! Смысл совсем в другом. “Единая Россия” — доминирующая политическая сила. Это факт. Он многих не устраивает. Ведь когда пытаешься укусить монолит, зубы ломаются.

— Многие боятся, что фракция “Единая Россия” в новой МГД станет инструментом, с помощью которого москвичам навяжут мэра-варяга. Что вы можете на это ответить?

— Вопрос надо ставить по-другому: согласимся ли мы с тем, чтобы мэром столицы стал нерадивый чиновник, лентяй и казнокрад? Абсолютно исключено! Ведь мы будем нести ответственность за работу нового градоначальника перед теми, кто доверяет нам. Перед нашими избирателями. А у нас впереди будут еще одни выборы. И вновь мы обязаны оправдать оказанное нам народное доверие. В этом смысл всей нашей работы.

Что касается варягов… Возьмем, например, назначение Валерия Шанцева и Георгия Бооса. Наверное, их можно назвать варягами. Но это прежде всего квалифицированные менеджеры, обладающие огромным опытом государственного управления. В политике правило “где родился, там и пригодился” не может быть решающим.

— То есть нет никакой гарантии, что новым мэром столицы не станет человек из другого региона, например, Санкт-Петербурга?

— Мэр Москвы — человек, оправдывающий доверие миллионов людей. И сегодня это — Юрий Михайлович Лужков. Мы живем в единой и неделимой России, и попытки делить ее на княжества — прямая угроза ее суверенитету. Любые подобные проявления наносят вред России и будут нами пресекаться.

О бандах и жуликах

— В следующей Думе больше не будет представителей одномандатных округов. Не приведет ли это к еще большей оторванности населения от власти?

— Наоборот, это приведет к большей ответственности депутатов, к повышению их морального долга перед избирателями. Как было раньше? Любой жулик, имеющий возможность получить достаточное количество необходимых инвестиций — будь то его собственный капитал или деньги заинтересованных лиц, — выходит на политическую арену. Если он человек неглупый и умеет работать с аудиторией — депутатский мандат у него в кармане. И он мог в полной мере осуществить собственные цели. Он начинает принимать те законы, которые отвечают его личным интересам, не думая о нуждах страны. И никто не мог его одернуть. За ним депутатская неприкосновенность.

Партийная же дисциплина не позволит уйти “в дебри”. Партийный депутат представляет интересы десятков тысяч людей, своих единомышленников, а не свое личное мнение по тому или иному государственному вопросу.

— Но разве нынешнее думское большинство не затерялось в политических дебрях? Сами вы ничего судьбоносного не предлагаете, а правительству, которое тоже ничего судьбоносного не предлагает, вотум недоверия не объявляете.

— Да, действительно, единственное, что мы не делаем, — мы не объявляем правительству вотум недоверия. Но в остальном мы заняли по отношению к Белому дому очень жесткую позицию. Министр финансов Кудрин летом пытался приукрасить сложившуюся ситуацию, выдавая желаемое за действительное. Но мы не пошли у него на поводу. Твердо оценив реалии, мы отказались от иллюзий. Нас не испугало то, что реальная картина современного состояния экономики, представленная в бюджете страны, возможно, вызовет неоднозначную реакцию у граждан страны.

Результат нашей работы — бюджет-2006 в его нынешнем виде. Он совсем не похож на тот вариант, который первоначально предлагало правительство. Конечно, в последнее время у нас наметился некий положительный прогресс в отношениях с правительством. Но до любви еще далеко. Да любовь здесь и не нужна.

— Любовь не нужна только к правительству или к президенту тоже?

— У меня к вам встречный вопрос. Скажите, а вы гордитесь, что у нас такой президент?

— Не горжусь.

— А я горжусь. Я на самом деле горжусь нашим президентом! В 1999 году мы были подвешены за ноги и болтались над пропастью. Один бывший высокопоставленный чиновник совсем недавно в интервью высказал мнение, что при Ельцине было гораздо лучше. Интересно, что он имел в виду? Огромный внешний долг? Или то, что учителя, пенсионеры и шахтеры годами не получали от государства собственных заработанных денег? Вы, кстати, все это помните?

— Я помню и о том, что при Ельцине были очень низкие цены на нефть.

— Дело не только и не столько в низких ценах на нефть. Путин — это человек, который добился стабилизации политической ситуации и шестипроцентного роста в экономике. Сделало ли это 147 миллионов граждан России счастливыми? Пока еще нет. Но не все сразу.

Нам нужна качественно новая фаза: фаза развития. А как этого можно достичь? Как заставить такую махину, как наша страна, сдвинуться с места и задать ей мощный динамичный ход? Только с помощью консолидации общества! Результат возможен, только если мы все возьмемся за решение проблемы сообща. И оппозиция просто обязана наконец это осознать. Нельзя использовать политику только для того, чтобы о вас писали в газетах или показывали по телевидению. Увлечение оппозиции уличными митингами и “активностью подворотен” приводит только к нагнетанию массовой истерии, к подрыву стабильности. А это нас категорически не устраивает.

— Почему на Западе митинги и “уличная активность” развитию никогда не мешали, а у нас мешают?

— Я выступаю только против радикальных митингов, а вовсе не против митингов вообще. Есть достойные примеры, когда митинги действительно объединяли сердца и думы вышедших на улицы людей. Так, например, недавно проведенный митинг памяти жертв Беслана.

Дело в том, что люди, пришедшие на митинг, — это прежде всего молодежь, а молодежь романтична. Для нее важно присутствие драйва, возможность выразить себя, найти единомышленников. Замечательно, если это направлено на пользу обществу. Но если это происходит в угоду чьей-то нечестной политической интриге... Если кто-то просто манипулирует твоим сознанием, пользуясь твоим доверием, вводит в заблуждение. Это злодейство, которому нельзя давать ход.

— А кто определяет — идет ли это на пользу обществу или нет?

— Определяет народ. У России свой путь. Россия — это не Грузия и не Польша. У нас своя голова на плечах. Россия слишком крупная держава для того, чтобы ее судьбу была способна предопределить какая-то банда “оранжевых” революционеров.

Посмотрите, что сейчас происходит на Украине — это же трагедия, коллапс власти. Огромный шаг назад. Они вновь вернулись к тому, от чего мы, наша страна, давно ушли. Наша задача сегодня — обеспечить государству мощную динамику развития. Их задача — стабилизация политситуации. Есть ли смысл возвращаться?

— А когда “Наши” избивают пробравшихся в их ряды “демократических шпионов” — это не экстремизм?

— Стоп. А кто решил, что это “Наши”? Возможно, мы говорим о провокациях. Необходима прежде всего реакция правоохранительных органов. “Разборки в маленьком Токио” нам не нужны. Но есть понятие толпы. Я уже говорил, что молодежь чаще действует по велению сердца, а не разума. Любые проявления физического насилия незаконны и должны немедленно пресекаться.




Партнеры