Рожденная смертью

Наш спецкор Марина Гриднева передает из эпицентра землетрясения в Пакистане

13 октября 2005 в 00:00, просмотров: 236

“Мир, вероятно, спасти уже не удастся, но отдельного человека — всегда можно”. Эта фраза Бродского как никогда подходит случаю. Вчера российские спасатели нашли под завалами живого человека. Пожилая женщина пролежала 5 суток под бетоном без еды и воды. Когда ее вытащили, она заплакала от счастья и беспрестанно что-то говорила на своем языке нашим спасателям…

Спецкор “МК” стал непосредственным очевидцем счастливого события.

— Сюда, сюда, — тыкал пальцем пакистанский мальчик, указывая дорогу к разрушенному дому, где местные жители услышали голоса из-под пола. Лагерь наших спасателей — в 700 метрах от него. Бежим…

Трехэтажный дом полуразрушен. Верхний этаж более-менее цел. Основные разрушения — внизу. В подполе зияет дыра — именно через нее местные жители услышали слабый голос, которого вроде бы раньше никто не слышал, — говорят, это место ранее обследовали турецкие спасатели. Возможно, женщина, оказавшаяся в бетонной ловушке, была без сознания.

— Воды, быстро, — командует Владимир Легошин, командир группы наших спасателей. — Потихоньку, пусть трубочку сжимает пальцами, чтобы не захлебнулась, — один из наших ребят смог протиснуться в дырку, где лежит женщина. Он, по всей видимости, может дотянуться до нее и теперь оказывает первую помощь — потихонечку поит водой.

Все остальные выстраиваются в цепочку и начинают разбирать завал, чтобы освободить пострадавшую. Ей, к слову сказать, повезло. Конечности ничем не зажаты — она оказалась в воздушной подушке под плитой. Так что тяжелой техники для ее освобождения не требуется. Да здесь, в пострадавшем городе, вообще нет никакой тяжелой техники. Из-за труднодоступности района она сюда придет не скоро. Так что разбирать завалы приходится вручную.

Камень за камнем, из рук в руки... Специальными клещами Легошин режет железные пруты, торчащие из бетона, чтобы освободить максимум пространства. Слышно, что женщина что-то говорит. Она просит платок и какую-нибудь накидку. Вещи тут же передают ее земляки.

— Носилки, быстро! — командует Владимир Легошин, который успевает пообщаться и с немецкими, и с южнокорейскими спасателями, тоже прибежавшими на помощь. — Руки у нее должны быть вместе, — говорит он коллеге внизу. — Давай, теперь протащим!

— Аллах, Аллах! — вскинули руки к небу несколько местных жителей, окруживших спасателей. В это время голова женщины показалась над дырой. Она была в полном сознании и все время что-то говорила.

Толпа ахнула, когда ее выносили из дома. Женщина заплакала. На вид ей 70 или даже 80 лет. Мужчины, прежде чем отнести в карету “скорой помощи”, сначала кладут ее в тенек во дворе дома — для первоначального осмотра. Видимых повреждений у нее нет. Ставят капельницу, измеряют давление…

В это время дом обследует наш кинолог — возможно, под полом есть еще люди. Лабрадор Тоник деловито обходит дом — хозяин даже не дает ему никаких команд, Тоник сам знает, что делать. Но людей здесь больше нет — ни живых, ни мертвых.

Спасенную зовут Зис Фатма. Об этом нам рассказывает ее пожилой сосед Сияд.

— У нее сын и две дочери, — говорит старик. — Все они были на верхнем этаже, когда началось землетрясение, а Зис была внизу. Они спаслись, а ее долго не могли найти. И начали долбить подпол…

О счастливом спасении Зис будут долго говорить — такое чудо здесь случается нечасто. Если учесть, что с момента катастрофы прошло уже много времени, найти живых здесь уже и не мечтают. Мертвых бы откопать. Да добро хоть какое-нибудь. Поэтому местные жители частенько идут на обман.

— Приходят, говорят: мол, слышим голоса, — рассказывают наши спасатели. — Даже иногда подробности, что, дескать, здесь школа была, может быть до 150 погибших. Начинаешь откапывать — никого или максимум 1—2 человека. Трупы. А нам-то надо пока живых искать. Пока еще есть время.

Время есть — до субботы. После этого искать живых совсем станет без толку. Тогда завалы можно и техникой аккуратно разгребать. И тогда погибших действительно будут доставать десятками. Но точно сказать, сколько людей погибло, не может никто. Местные власти даже путаются, сколько жителей было в Музаффарабаде до землетрясения. Называются цифры от 130 до 150 тысяч. Соответственно число погибших у разных источников отличается в разы.

— Говорят, что здесь жил Усама бен Ладен и погиб во время землетрясения, — повторяю я слухи с “большой земли”. Над этой байкой все долго смеются.

— Какой бен Ладен? Стал бы он жить в этой дыре! Ты вокруг посмотри…

Вокруг и правда сплошная нищета. Даже до землетрясения этот город не блистал особыми архитектурными изысками. Дома чуть ли не из глины — потому так дружно развалились. Многоэтажные постройки тоже не предел мечтаний. Да и построены со всеми возможными нарушениями требований сейсмостойкости.

Музаффарабаду всего несколько десятилетий. Ничего подобного здесь раньше не было, но местные жители, видно, предчувствовали возможную трагедию. Говорят, что здесь каждому школьнику делают что-то типа “капсулы смерти” — как у солдат. Внутри находится чип с полными данными ребенка, чтобы в случае чего его можно было опознать без всяких экспертиз.

Такой случай настал в прошлую субботу. Спасатели МЧС России на раскопках одной школы нашли часы, которые показывали 7.55 — время, когда произошло землетрясение.

И хотя помощь свою Пакистану оказывает сейчас весь мир, наши в числе первых прибыли в Музаффарабад. Сейчас здесь помимо России работают спасатели из шести стран: Турции, Германии, Франции, Южной Кореи и Англии. Впрочем, спасатели уже и не так нужны, как медики. В среду сюда наконец-то добрался наш аэромобильный госпиталь, в котором можно делать хирургические операции любой сложности. До этого пострадавших на вертолетах вывозили в Исламабад. Но авиаторы явно не справлялись с наплывом людей, которым требовалась помощь. Здешние же три больницы разрушились.

Дело осложняется еще и тем, что в городе нет никакой воды вообще (ее привозят в цистернах, но достается не всем). И электричества тоже. А обездоленные люди ходят буквально с протянутой рукой. Мужчины, женщины, дети — парами и по одному бродят вокруг баз спасателей разных стран (они расположены рядом) и просят даже не денег, а просто поесть. Помочь всем мы не в состоянии, поскольку сами ограничены в еде и особенно питье. Как и им, ночевать спасателям и журналистам приходится в палатках, а то и на голой земле.

В среду в Музаффарабад прилетал премьер-министр страны. Теперь для него один из главных вопросов — не допустить распространения возможных эпидемий. Решение этой задачи как раз и лежит на плечах наших медиков. Запах в разрушенном городе, особенно в центре, уже настораживает.

...Пакистан — одна из немногих стран, где сильны мусульманские традиции. В священный месяц рамадан здесь строго соблюдают все религиозные каноны. И появление женщин без платков и мужчин с голыми торсами (здесь сейчас сильная жара) в любое другое время вызвало бы волну негодования и даже ненависти со стороны местных жителей. Но на спасателей из Европы не смотрят косо. Спрашивают: “Из какой вы страны?” — и потом обязательно добавляют: “Спасибо за помощь”...




Партнеры