Фамильная тайна президента

Франко Путин: “Когда я вижу Владимира по телевизору, узнаю в нем себя”

6 декабря 2005 в 00:00, просмотров: 598

— Я — счастливый человек, у меня дружная семья, прекрасная работа, — признается мне Путин. — Мои дети ни в чем не нуждаются, да ты и сама видела: дома, в которых они живут, стоят по несколько сотен тысяч евро... Единственная проблема на сегодня — лишний вес. Набрал несколько кило, а скинуть никак не могу.

— Может, стоит спортом заняться?

— Cпорт я не люблю. Лучше поработаю побольше. Все мои родные — большие трудяги.

— А вот Владимир Владимирович на лыжах катается, восточными единоборствами увлекается...

— Знаю, знаю, в этом мы с ним не похожи, зато во многом остальном у нас много общего.

Этот разговор происходит в итальянском городке Виченца, о существовании которого российский президент скорее всего и не подозревает. А зря! Очень может быть, что именно отсюда произрастает генеалогическое древо нашего гаранта. По крайней мере, мой собеседник — 60-летний Франко Путин — в этом абсолютно уверен. Еще бы! Как выяснил репортер “МК”, в провинции Венето фамилия Путин — далеко не редкость.


Вы никогда не задумывались, отчего Владимир Путин испытывает непреодолимую тягу к Италии? Его отношения с Сильвио Берлускони уже давно вышли за протокольные рамки и напоминают скорее дружеский альянс. Лидеры двух государств ведут себя как два бывших закадычных друга-однокашника, которые давно выросли и стали редко видеться, но всегда рады возможности устроить очередной мальчишник. Да что там: дочери друга Владимира ездят проводить летние каникулы на частную виллу друга Сильвио на Сардинию — совсем по-семейному. А вдруг любовь Владимира Владимировича к родине Микеланджело и впрямь заложена на генном уровне?

— А почему бы и нет? — на полном серьезе рассуждает в просторной гостиной своего дома за чашечкой кофе Франко Путин. — С большой долей вероятности может оказаться, что у нашей семьи и у вашего президента общие предки. Часть моих предков три столетия назад перебралась из Италии в Россию — строить Транссибирскую магистраль... Да и внешнее сходство очевидно.

Я внимательно разглядываю собеседника, пытаясь отыскать десять отличий между синьором Франко и господином Путиным. Как мне кажется, они и вправду похожи: тот же цепкий взгляд холодных голубых глаз, тот же хитрый прищур, та же немного мальчишеская улыбка и те же морщинки-лучики, сопровождающие ее появление на лице...

— Да ты посмотри на его походку! — начинает убеждать меня жена Франко Клара. — Он даже ходит, как ваш Владимир!

Путин вскакивает со стула и начинает прогуливаться взад-вперед по гостиному залу, старательно копируя походку знаменитого однофамильца. Через каждые три шага Франко бросает в мою сторону торжествующий взгляд: ну что, мол, убедилась?

— У вас неплохо получается, — улыбаюсь я, наблюдая, как вразвалочку, выкидывая при ходьбе колени в сторону, Франко выписывает по комнате незамысловатые траектории.

— Я не пытаюсь подражать Владимиру! — обижается Путин. — Я всегда так хожу!

— Знаешь, как Франко расстроился, когда в одной итальянской газете как-то подшутили над походкой вашего президента? — заступается за мужа Клара. — Переживал ужасно, как будто это про него написали.

Чтобы окончательно сломить мое недоверие, Франко пускает в ход другие аргументы:

— Когда Владимира показывают по телевизору, я всегда внимательно за ним наблюдаю и часто узнаю в нем себя: взгляд, жесты, да у него даже мимика такая же, как у меня! А вот это — посмотри! — Франко с гордостью демонстрирует две большие родинки на левой щеке — “фирменную” примету Владимира Владимировича. — У него есть такие же!

* * *

В итальянской провинции Венето живет около пятидесяти граждан по фамилии Путин. Все они — родственники, близкие и дальние. Многие знают о существовании друг друга, но при этом ни разу не виделись или встречались друг с другом всего пару раз и очень давно. Мое появление в Виченце (второй после Венеции крупный город в провинции Венето) помогло родственникам, живущим в соседних деревнях, наконец-то обрести друг друга.

— Приезжай к нам домой! Мы будем очень рады! — приглашал меня по телефону в гости Сильвио Путин. — Так ты сейчас с Франко? Боже мой! Мы с ним не виделись уже пару десятков лет — конечно, мы ждем вас вместе!

Сильвио Путин — сын двоюродного брата Франко, когда-то работал на его фабрике по выпуску станков для производства кирпичей. Теперь вышел на пенсию и живет с женой и сыном в просторном доме на окраине Виченцы. Он, как и Франко, уверен, что состоит в родстве с Владимиром Владимировичем.

— Мне бы очень хотелось составить свое генеалогическое древо, — мечтает Сильвио. Франко при этом согласно кивает. — Почему-то не сомневаюсь, что Президент России — из наших. Кстати, я персона в некотором роде уникальная — можно сказать, Путин и Берлускони в одном лице (премьер-министра Италии зовут Сильвио. — Прим. авт.). Друзьям всегда говорю: там, где ступает моя нога, должна быть расстелена красная ковровая дорожка!

Друзья на такие шутки реагируют адекватно и, по словам Сильвио, периодически называют его “Владимиром Берлускони”.

Житьем-бытьем нашего президента интересуется и родной старший брат Франко, 78-летний Энрико Путин. Он живет в огромном старинном дворце в Костабиссаре (пригород Виченцы), в пустынных, по-музейному величественных и прохладных покоях, среди шикарной антикварной мебели, которой мягкое освещение средневековых люстр из цветного венецианского стекла придает еще больший шик. С тех пор как умерла его жена, а дети разъехались кто куда, Энрико Путин обитает в своих трехэтажных владениях затворником, общаясь лишь с двумя слугами, шри-ланкийцами, и изредка — с родственниками. В этих краях Энрико Путин — человек очень уважаемый. Именно благодаря его стараниям и организаторскому таланту Костабиссара в прошлом веке превратилась из маленькой деревушки в элитный пригород.

— Расскажи мне, как у вас там сейчас жизнь в России? В местной прессе ведь пишут немного, а я хочу знать мнение человека оттуда, — интересовался Энрико Путин. Сидевший рядом Франко переводит: Энрико полупарализован, и разобрать его речь очень сложно.

Я честно призналась, что за всю Россию ответить не могу, а в Москве очень даже можно жить.

— Мы знали! — обрадовались братья. — Мы так и думали, что с Владимиром вам будет хорошо! Ведь человек по фамилии Путин не может быть плохим!

“...Сколько же их”, — думала я, чаевничая со старшей сестрой Франко Марией, болтая за аперитивом в семейной кофейне с его младшей сестрой Мадаленой, мечтая у камина за дружеской беседой с дочерью Кьярой, пробуя алкогольные коктейли в чудном баре у сына Джузеппе... Черт побери, приятно, когда горячительную смесь готовит для тебя сам Путин.

Но не все итальянские Putin поддерживают версию о своем родстве с Президентом России. Племянник Франко, синьор Лоренцо Путин, заявил мне по телефону, что “фамилия наша — венецианского происхождения”. Примерно такого же мнения придерживается и его родная сестра Мария-Кристина.

— Я рада, что я Путин, а не Распутин, — несколько натужно, как мне показалось, шутила она. По голосу в трубке было слышно, что синьора взволнована, видимо, разговор на столь щепетильную тему был ей не очень по душе. — Кстати, наша фамилия читается как ПутИн, а не ПУтин, с ударением на второй слог. На местном диалекте “putin” означает “малыш”. Но после того, как Владимир Путин стал вашим президентом, даже тут, в Италии, все стали называть меня “синьора ПУтин”, — посетовала в конце беседы Мария-Кристина.

Впрочем, Франко Путин искренне надеется доказать возможное родство с Владимиром Владимировичем:

— Я даже заказал в Генеалогическом поисковом центре в Париже историю нашей фамилии. Вот, полюбопытствуй, — показывал мне Франко листок, заверенный кучей гербовых печатей. — Вообще-то наша фамилия даже не венецианского, а французского происхождения, но разве разница в ударениях исключает наличие общих предков с Владимиром?..

В важной геральдической бумаге было написано, что фамилия Putin имеет несколько различных вариантов написания, например Putegnat, Putier, Putrel, Putinier и Putignier, а сам род берет начало с конца XVIII столетия — от Доминика Путинье, подданного первой Французской Республики.

* * *

Так же как Владимир Владимирович питает слабость ко всему итальянскому, его однофамильцы с Апеннин неравнодушны к России и всему русскому, а точнее, советскому.

— Раньше по работе я очень часто бывал в СССР — и в Москве, и в Киеве... Я очень люблю русских и украинцев, — рассказывает Франко Путин. И, задумавшись, неожиданно добавляет: — Последних даже чуточку больше.

— Почему? — искренне удивиляюсь я.

— Мне они кажутся более душевными. Вот взять хотя бы нашу Лину, я тебя с ней обязательно познакомлю.

Домработница семьи Putin Галина — родом из Хмельницкой области. Милая, тихая женщина с непростой судьбой. У Путиных Галина стала Линой, потому как ее родное имя в переводе с итальянского означает “курица”. От хронического безденежья Лина, талантливый музыкант и персона во всех смыслах высокодуховная, несколько лет назад перебралась в Италию в поисках заработка. Долго мыкалась за копейки сиделкой у немощных итальянских стариков. В один прекрасный день к ней наконец-то прилетела “синяя птица” в облике синьора Путина.

— Ты не представляешь, какие это люди! — из глаз Галины едва ли не лились слезы благодарности Франко и его домашним. — Они сделали мне разрешение на жительство, которое помогло легально перевезти в Италию с Украины мужа и сына. Супруга устроили на работу, помогают ухаживать за ребенком, ищут врачей... Я не знаю, как бы сложилась моя жизнь, если бы я не встретила Франко, до этого думала — хоть в петлю...

Линин 18-летний сын — инвалид, прикованный к коляске, с диагнозом “мышечная дистрофия”. Медики говорят, эту болезнь нельзя вылечить, можно лишь приостановить ее развитие.

В последние годы у фирмы Франко (сейчас она занимается производством каменных печей и каминов) практически нет деловых контактов со странами экс-СССР, что его сильно огорчает.

— Что же мешает вам их наладить? — поинтересовалась я.

— Раньше ведь как было — договорился с нужными людьми, материально их заинтересовал — и контракт готов, — объяснил мне тонкости ведения совместного итало-советского бизнеса синьор Путин. — Но самое главное — была гарантия государства. А сейчас? Можно и людей найти, и денег дать, и контракт заключить, но нет уверенности, что партнеры тебя не обманут. Что поделаешь: у вас теперь рыночная экономика. Слишком большой риск для частного бизнеса.

— А как же предпринимательский интерес? Опять же ВВП? — не унималась я за званым ужином, организованным семьей Путин в честь моего приезда. — Неужели для вас это не имеет значения?

— Знаешь, я знаю совершенно точно: деньги — это далеко не самое главное в жизни, — изрек синьор Франко Путин. — У меня есть брат-миллионер, так у него постоянная депрессия. Деньги есть, а радости от них нет. Мой главный капитал — это мое окружение. Я вообще всегда стараюсь помогать людям, если это в моих силах. Ведь когда-нибудь и мне может пригодиться их поддержка.

Помолчав, Франко добавил: “Мне почему-то кажется, что Владимир тоже так думает, я это чувствую, все-таки мы с ним во многом похожи”.


Комментарий генеалога Владимира Могильникова, одного из соавторов исследования родословной президента:

— На мой взгляд, маловероятно, что Владимир Путин имеет какое-то отношение к своим итальянским однофамильцам. Собственно Путиными его предки стали только в конце XIX века, а раньше носили лишь прозвища, типа Якимко Никитин, Ромашко Гурьев и т.д. Они были крепостными крестьянами. Есть, кстати, и более древние российские роды с такой фамилией, но и они не имеют отношения к Владимиру Владимировичу.

Версий, почему предки президента стали именно Путиными, много. По одной — фамилия эта пошла от старославянских имен Путислав, Путимир, Путяй, Путята или Путило. Есть “карело-финская гипотеза” происхождения фамилии от имени Путя и “молдавская” — от слова “путянэ” (бочка). Служил якобы у Петра I в Преображенском полку некий смельчак Влад Путянэ, который впоследствии стал Путиным. Но это, как вы понимаете, всего лишь версии.



    Партнеры