Бояться рано насчет Ирана

“Удар США видится не очень реальным”

7 февраля 2006 в 00:00, просмотров: 420

Противостояние Ирана и Запада сегодня — главная международная тема. На днях усилиями России и Китая направление иранского ядерного досье в Совбез ООН было отложено еще на месяц, а значит, международные санкции в отношении Исламской Республики Иран пока применить нельзя. Затягивание ситуации на неопределенный срок вынудило Америку сделать резкое заявление: “США рассматривают все варианты решения иранской проблемы, включая военный”, — сказал министр обороны США Дональд Рамсфельд.


“МК” попросил прокомментировать разгорающийся конфликт Вячеслава НИКОНОВА, президента фонда “Политика”.

— Насколько реальна агрессия США в отношении Ирана?

— На мой взгляд, не очень реальна. Скорее всего речь идет об оказании психологического давления на Иран, нежели о реальной угрозе. США сейчас не в том положении, чтобы позволять себе односторонние акции, поскольку это, с одной стороны, может сильно осложнить для них жизнь в Ираке, на который они пытаются опереться и который является шиитским, как, собственно, и все население Ирана. С другой стороны, точечные удары не приведут к сворачиванию военной программы, потому что имеющие к этому отношение основные ядерные объекты хорошо защищены от возможных ударов с воздуха, а что касается полномасштабной интервенции, то на это у США просто нет никаких сил.

— На недавней пресс-конференции Владимир Путин высказался за право Ирана на мирный атом. Означает ли это, что мы будем поддерживать Иран в конфликте?

— У нас есть недовольство позицией Ирана, который неоднократно ставил нашу страну в не очень приятное положение, потому что то соглашался с российским планом обогащения урана на российской территории, то отказывался от него. Сейчас он опять то полуотказывается, то полупризнает его. Здесь со стороны Ирана идет игра, которая, безусловно, Москве не нравится. Кроме того, конечно, Россия не заинтересована в том, чтобы Иран стал ядерной страной — больше, чем, наверное, любая другая страна, поскольку все происходит все-таки на наших границах.

— Не кажется ли вам, что нынешний скандал с карикатурами — подготовка исламистов к защите Ирана? Как можно объяснить тот факт, что карикатуры были опубликованы в датском журнале в начале осени, а народные волнения начались только сейчас?

— Никто не обратил на публикацию внимания в сентябре, но затем привлекло внимание то, что правительство Саудовской Аравии отозвало своих послов из Дании, об этом вещал телеканал “Аль-Джазира”, откуда о скандале узнал весь остальной мусульманский мир. Так что здесь видны саудовские корни.

— Есть версия, что исламисты готовятся устроить в Европе бунты похлеще французских...

— Я не исключаю, что могут быть протесты в Европе. Если Европа будет провоцировать мусульман, то, конечно, это может привести к очень серьезным последствиям.

— Если у Ирана и ряда других стран исламского мира появится ядерное оружие, как оно может быть использовано?

— У одной исламской страны бомба уже есть. Это Пакистан. У других исламских стран бомба в ближайшее время не появится, потому что там нет ни соответствующих программ, ни возможностей. Но если все-таки предположить, что такое оружие появится, то скорее всего использоваться оно будет... никак. В мировой практике оно рассматривается как инструмент сдерживания, а не как применимый военно-политический ресурс. В то же время важен сам факт обладания этим оружием и возможный радиус его использования. Нас должно беспокоить то, что в стране с достаточно фундаменталистским режимом может появиться ядерная бомба, использование которой может быть не вполне просчитано.


ТЕГЕРАНСКАЯ ЦЕНТРИФУГА

— Наша страна, Россия, в этой ситуации оказалась в весьма щекотливом положении, — считает независимый эксперт физик-ядерщик Лев Максимов, — в США опять активно обсуждают сделку Гор—Черномырдин. В 1995 году Ирану была передана центрифуга по разработке “тяжелой воды”, благодаря которой Иран как будто бы мог начать производство ядерной бомбы. Сегодня мы расхлебываем легкомыслие тогдашних российских политиков. Теперь в один узел увязывается строительство атомной станции в Бушере (там трудится 4000 российских специалистов) и создание центрифуг для ядерного центра в Натанзе.

— Снова всплывает “иранский след” в деле Адамова, — говорит Лев Максимов, — он активно сотрудничал с иранскими атомщиками в 1996—1998 годах и даже успел передать кое-какую документацию на возведение реактора на “тяжелой воде”. Вот этого-то и опасаются американцы: Иран как будто бы заявляет только о своей мирной атомной программе, но тайком, по мнению американской стороны, возводит каскад центрифуг на своих подземных ядерных объектах.

Я не думаю, что у иранцев есть готовое ядерное оружие. А если они и ведут тайные разработки, то им нужно еще несколько лет для того, чтобы объявить миру о создании ядерной бомбы. Но они грозят нанести сокрушительный удар, если Израиль осмелится напасть на Иран. Что у них есть сегодня? Ракеты “Шехаб” с радиусом действия 1300 км и мобильные ракеты ВМ-25 с радиусом действия до 2,5 км. Но если дело дойдет до вооруженного конфликта, это будет катастрофа для всего Ближнего Востока.




Партнеры