Педагогика ужасной няни

Эмма Томпсон: “Я — домохозяйка. Получение “Оскара” ничего не изменило”

20 марта 2006 в 00:00, просмотров: 660

Одна из самых известных британских актрис, звезда и автор сценария фильма “Чувства и чувствительность”, участница саги о Гарри Потере Эмма Томпсон приехала в Москву специально, чтобы представить свой новый проект. В “Моей ужасной няне” ей принадлежит исполнение главной роли и написание сценария. В столицу Эмма привезла с собой накладной зуб и корявую палку, на которую опиралась ее героиня — ужасная няня МакФи.

Наше интервью состоялось на застекленной веранде шикарного номера Эммы, откуда открывался вид на Москву. “Мне предложили для интервью комнату без окон, вы представляете? Конечно, я решила пригласить вас сюда, здесь гораздо лучше”.


— Москва — не самый романтичный город, как вы решились приехать сюда?

— Вы не правы, для меня Москва — очень романтичный город. Это связано с русской историей и русской литературой. Москва мне кажется невероятно сложным, интересным, умным городом, где произошло множество важнейших событий. Важнейших для нашей цивилизации. Это место, где плотность культуры и культурных событий очень велика.

— Мне показалось, что фильм должен повеселить взрослых. Например, ваша роль: вы играете эту ужасную няню с огромным носом и бородавками.

— Если вы думаете, что детям будет непонятно, вы ошибаетесь. Конечно, в фильме много ироничных моментов для взрослых, но дети гораздо более восприимчивы к таким шуткам. Вы не смотрели фильм с детьми?

— Нет.

— А я смотрела и видела их реакцию. Дети очень эмоциональны, они легко включаются в игру и начинают воспринимать все происходящее на экране так, как дети-герои. И им совершенно необязательно понимать. Когда я писала сценарий, невозможно было сделать его только ироничным, или только правдивым, или только страшным. Это как сказки — в них смешано все, и чем более изобретательно с одной стороны и правдиво с другой, тем больше это увлекает детей. Это как соль и перец — вы не можете готовить без них.

— Вы как-то сказали, что сыграли в “Гарри Поттере”, чтобы удивить вашу дочь, этот сценарий вы писали из тех же соображений?

— О нет, когда я его писала, Гайи не было даже в моих планах. Но, возможно, я писала его для себя — думаю, это будет справедливым утверждением. И для чего-то детского, что есть во мне и в любом взрослом. Но она была на площадке фильма, и ей показалось там ужасно скучно, она мне потом заявила: “Я думала, что я там повеселюсь, а там такая скука! И всегда так бывает? У тебя всегда так скучно на работе?” Это, знаете, как готовить для ребенка. Иногда у меня бывает настроение, и я готовлю какое-нибудь изысканное блюдо, трачу на него массу сил, фантазии и времени, подаю его на стол с многозначительным выражением лица, а она мне говорит: “О, мама, а нельзя ли съесть куриный сэндвич?” А вместо моего шикарного пудинга она просит мороженое из супермаркета.

— Вы занятая женщина, у вас хватает времени на дочь или она у вас растет такой же, как дети мистера Брауна, совершенно неуправляемой?

— Нет, слава богу, нет, она у меня воспитанная девочка.

— Ангел?

— О нет, только не ангел. Но я уделяю ей достаточно времени. Я не работаю так много, как вам кажется. У меня был проект в Лондоне, когда ей было 9 месяцев, потом я почти год была с ней, потом примерно год работала, и она ездила со мной в Нью-Йорк. В прошлом году я снималась всего три месяца, в Чикаго. А все остальное время я провожу дома. Так что, я думаю, Гайя видит меня гораздо чаще, чем дети обычных работающих ежедневно родителей. Но, конечно, она очень скучает, когда я уезжаю.

— У вас был выбор, кем стать? Вы все-таки выросли в театрально-кинематографической семье...

— Я думаю, что выбор, конечно, был. Я ведь все-таки училась в Кэмбридже и подумывала об академической карьере. Лет в 16 я сыграла в студенческой пьесе, постановке Расина. И тогда я написала письмо своему отцу, где, можно сказать, сформулировала свои интересы. Я люблю людей, мне нравится играть, я чувствую слово. Но главное — актерская профессия несерьезна. И это мне очень нравится. Журналисты, адвокаты, доктора, политики — они просто вынуждены расти, расставаться с детством, взрослеть, они не могут совершить глупость. Это очень утомительно. И думаю, что в некотором смысле я все еще ребенок. Других же людей жизнь просто заставляет взрослеть.

— Вы в юности были совершенно другой — брили голову, носили мешковатую одежду. Но сейчас вы вовсе не похожи на бунтарку...

— Нет. Я думаю, что мое бунтарство касалось в основном политики, а не самого устройства жизни. Я очень консервативна: у меня свой дом, я домохозяйка, с удовольствием занимаюсь домашними делами, готовлю, занимаюсь с ребенком. Все это очень традиционно для женщины.

Честно говоря, я не очень понимаю, что значит быть бунтарем сегодня. Я не знаю, в какой области жизни осталось место для бунта. Наш век действительно ужасен. Ужасно то, во что он превратил женщин: манера одеваться, прически, образ жизни — все противоречит традициям. И мне кажется, что я была очень близка к таким женщинам в университете, я была абсолютно асексуальна. Хотя сейчас я, пожалуй, подстриглась бы налысо.

— Вы единственная представительница актерской профессии, у кого есть “Оскар” за актерскую работу и за сценарий. Вы чувствуете себя рекордсменкой, и вообще, насколько важны для британской актрисы американские награды?

— Конечно, очень приятно получить такую награду. Вообще, это очень сложный вопрос. Я была польщена, когда выходила на сцену. Но, положа руку на сердце, для меня эта награда не так важна, как для тех, кто живет в Лос-Анджелесе. Для меня, живущей в Лондоне, получение “Оскара” ничего не изменило. А вот те, кто живет в Голливуде и работает там, для них очень важно это признание. И оно может радикально изменить их жизнь.

Кроме того, мне кажется, что соревнование вообще несколько ущербно. В том смысле, что актер, получивший или не получивший “Оскара”, каждый раз думает: “Ага, я сыграю эту роль, потому что она может принести мне номинацию на “Оскар”.

— А правда, что вы храните ваши статуэтки в ванной?

— Да.

— Зачем же так?

— Да у меня очень маленький дом, просто некуда больше ставить.

— А ванная больше?

— Да нет, обычная ванная комната под лестницей. Ну, мне просто кажется нескромным выставлять их на видное место!


О ФИЛЬМЕ

“Моя ужасная няня” — самый верный вариант провести выходные с детьми. История поучительна, актеры великолепны, сказка весьма трогательна. Колин Ферт — в роли вдовца и отца семерых невыносимых детей, с трудом сводящего концы с концами после смерти обожаемой жены. Эмма Томпсон, изуродованная гримом, огромным носом и бородавками, — в роли няни МакФи, которая появляется сама собой, когда посчитает нужным, и при помощи колдовства учит детей вести себя прилично: говорить “спасибо”, ложиться спать вовремя и отвечать за свои поступки. Энджела Лэнсбери — в роли злой тетки, твердо решившей женить родственника-вдовца хоть на ком-нибудь, иначе она лишит его денежного довольствия. И за небольшой отрезок времени справедливость восторжествует, бородавки няни МакФи отвалятся именно в тот момент, когда дети совершат очередной благопристойный поступок. Но, несмотря на всю сюжетную простоту, эту сказку без малейшего намека на реальность посмотреть стоит.




Партнеры