Садовая гоморра

Что депутаты делают из “дачной амнистии”

8 июня 2006 в 00:00, просмотров: 368

Больше года назад президент в своем Послании поручил легализовать, т.е. передать в частную собственность граждан, их сады, огороды, гаражи. При этом было обещано не создавать проблем для людей и избавить их от поборов и волокиты. 13 месяцев правительство и Дума телились с законом. Завтра депутаты Госдумы наконец сядут обсуждать злосчастный законопроект во втором чтении. Но ждать хорошего не приходится: выше, чем на “тройку” с минусом, закон не тянет.

Остался кадастровый план — сердцевина всей процедуры приватизации, которую сам Фрадков назвал “кошмарной”. Кадастровому ведомству, возглавляемому Мишустиным, поручили измерить и оценить земельные угодья страны. И не только выделили из бюджета громадные деньги, но и взяли кредит на Западе. Однако Мишустин решил всю тяжесть работы переложить на “измеряемых” граждан. Добро бы им доверили самим обмерить свои шесть соток. Но надо обязательно вызвать “лицензированных”, то есть связанных с кадастровиками геодезистов, и заплатить им за пустяковую работу до 10 тысяч рублей. В законе Дума при всех оговорках и послаблениях это безобразие оставила и лишь переложила проблему на местные органы, которые должны обуздать аппетиты землемеров предельными ставками. В кулуарах ссылаются на “передовой опыт” орловского губернатора Строева, который велел не брать больше двух тысяч с участка. Но, во-первых, для многих дачников это и без того полная пенсия за месяц. А во-вторых, нет гарантий, что в Подмосковье, например, не возьмут в разы больше. И за что?

Несколько членов Совета Федерации предлагали заменить кадастровый план просто планом участка... Но Комитет ГД по законодательству под руководством депутата Крашенинникова эту поправку отклонил, как и другие предложения в пользу дачников.

А что происходит с приватизацией земли? В старом Законе о садоводах и огородниках было записано, что им “не может быть отказано в приватизации участков”. Независимо от того, в какое пользование они получали землю: в бессрочное, в пожизненное наследуемое, в срочное или в аренду. А парой абзацев ниже — за исключением “пожизненников”, платной или бесплатной быть земельной приватизации — решают “субъекты РФ”. Двуликая норма, с лазеечкой размером в ворота. Не надо объяснять, какой путь выбирают чиновники. И примеров таких уже не счесть. В Клязьме Химкинского района установили сумму выкупа в 509 рублей за квадратный метр, в Куркине — анклаве Москвы на бывшей подмосковной земле — еще выше: 1553 рубля. Кто выкупит, кроме олигархов? Остальным не по карману, да и просто оскорбительно платить за землю, которую ты сделал плодородной, 30 лет поливая собственным потом. В нынешнем законопроекте станет еще хуже. Ту часть, которая “за здравие” (“не может быть отказано”), депутаты выбросили. А которая “за упокой” (выкупай) — оставили. Предложение убрать плату — отклонили.

Таким образом обрекли на дальнейшее бесправие 4 миллиона 300 тысяч семей огородников-арендаторов. (С учетом членов семей — более 10 миллионов россиян.) И подчеркнем: в отчет вошли только законные товарищества, многим из которых по 30—40 лет, от садоводов отличающиеся только тем, что чиновники не дали им переоформиться в садовые товарищества. Почему президент и предложил именно легализовать огороды, которые приносят “значительный доход в бюджет российских граждан”, а отнюдь не продавать эти огороды гражданам по новой.

Не везет и автомобилистам. В стране 21 тысяча ГСК, арендующих землю. В каждом минимум человек по 300. Президент в своем Послании 2005 года специально упомянул эту категорию. И ряд депутатов предложили вставить автомобилистов в закон о “дачной амнистии”. Но люди Крашенинникова и эту поправку отклонили. Еще миллионов шесть бесправных россиян...

Одна надежда — закон будет утверждать президент. Может, хоть он исправит его. Или, может, первый вице-премьер Дмитрий Медведев, который курирует нацпроекты по жилью и АПК? Ведь нас, мелких землепользователей, не меньше 115 миллионов. Имея 14 процентов от посевных площадей (часто никакие не посевные, а болота, свалки, неудобья), мы даем стране около 60 процентов сельхозпродукции: около 90% картофеля, 80% овощей и 40% продукции животноводства. По сводкам Росстата, с 1992 года число садоводов уменьшилось почти вдвое. Если чиновники и парламентарии сумеют окончательно обкорнать и изуродовать идею президента, то вскоре мы можем вообще исчезнуть.




Партнеры