Вложим наличные в эстетичное?

Что лучше делать: бизнес на красоте или красоту — бизнесом?

11 сентября 2006 в 00:00, просмотров: 261

— Вот вы каждый месяц пишете, что россиянам некуда вкладывать деньги, а я, между прочим, эту проблему решил, и очень успешно, — такой звонок в редакцию не на шутку растревожил наше любопытство. Еще бы, эксперты, аналитики изо дня в день сверяют цифры, корпят над биржевыми индексами, анализируют доходность тех или иных инвестиций — мы не могли не поинтересоваться: куда же именно, если не секрет?

— Никакого секрета нет, но рассказывать я вам не буду. Приезжайте, сами увидите.

Если бешеной собаке семь верст не крюк, то что нам стоит доехать на другой конец Москвы? Вот и поехали.


Сначала мы подумали, что позвонивший нам человек — художник из той категории умельцев, что малюют по пять экземпляров современного варианта “русалок на отдыхе” и “похищения черкешенок”, которыми пестрят все “художественные” развалы и “галереи” в подземных переходах столицы. Настолько была забита, что называется, под завязку скромная малогабаритная квартира в спальном районе всякого рода “Валькириями” в боевых латексных шортах (и без оных), суровыми (но справедливыми!) седыми старцами, которые то ли благословляли перстами, собранными в щепоть, то ли грозили выколоть ими глаза зрителю. И прочими котятами, щенятами и натюрмортами. Но из беседы с хозяином жилья, 35-летним “менеджером склада” Сергеем (как он представился), выяснилось, что это и есть главный объект инвестиций.

— Искусство, оно же вечно. И с каждым годом только растет в цене, — повторил он нам, наверное, уже в сотый раз, — лет через десять—двадцать, знаете, сколько это все будет стоить? Про “Кристис” и “Сотбис” слыхали? А про то, какие деньги там крутятся?

Слыхать-то мы слышали, но вот разубеждать Сергея в том, что его старцы когда-нибудь попадут на “Кристи”, оказалось делом явно бесперспективным.

Между тем традиционные способы инвестирования в банковские вклады уже не устраивают растущие аппетиты россиян, которые разочарованы тем, что доходы в лучшем случае компенсируют потери от инфляции, а чаще всего даже отстают от нее.

“МК” решил разобраться, насколько обоснованны такие вложения, куда еще “пристроить денежки” и какие подводные камни поджидают россиян на сложном маршруте в область инвестиций.

Надежда — забыть про инфляцию

Вложив средства в антиквариат и предметы искусства, можно сохранить капитал на века. Это, как ни крути, чрезвычайно стабильная стратегия: коллекции не страшна инфляция, угроза дефолта в стране и обвала финансового рынка. Коллекционирование предметов искусства издавна считается занятием не только престижным и почетным в обществе, но и прибыльным. И не важно, что вы коллекционируете: картины, скульптуры, марки, монеты или антикварные книги.

Ожидания разбогатеть периодически подкармливаются рассказами о том, как какая-нибудь почтовая марка, приобретенная за гроши, вдруг оказывалась чуть ли не уникальным раритетом. И за обладание ею другие асы коллекционного рынка были готовы не просто выложить не один десяток тысяч долларов, но разве что не поубивать друг друга. Или про книгу, купленную на барахолке в районном центре, увидев которую антиквары теряли сознание, перед этим успев выписать чек на сумму в долларах с пятью нулями после первой цифры.

И история вроде бы действительно подтверждает этот тезис. В XIX веке никто не мог предположить, что на собирательстве и последующей перепродаже марок можно будет неплохо зарабатывать. На филателию смотрели свысока и считали детским увлечением. Но капризной моде пришло в голову измениться: наступил золотой век марки, и их собирательство превратилось в серьезный бизнес. За последние сто лет их цена росла на 10 процентов в год. Некоторые экземпляры на родине марки — в Великобритании — продаются за десятки миллионов долларов. Причем число “вкладчиков” в филателию растет с каждым годом. Нашим филателистам до западного размаха пока далеко, но марочное направление и у нас считается крайне перспективным.

Но еще более инвестиционно привлекательны предметы искусства. Самый яркий инвестиционный пример — история с коллекцией Третьякова, которая умудрилась стать общенациональным достоянием за каких-то двадцать лет. Практически невозможно подсчитать, сколько бы это собрание стоило в наши дни, если бы и сегодня оставалось в частных руках! Ведь в последние годы русские художники прошлого стали котироваться чрезвычайно высоко.

В последнее время стал возрождаться подзабытый интерес к антикварной книге. Собирателя в антикварной книге интересует не содержание, а совокупность обстоятельств или легенд, с ней связанных. Чем они интереснее, тем она дороже. В зависимости от набора легенд одно и то же издание может стоить в одном магазине 100 долларов, а в другом — 1000. Конечно, в первую очередь на рыночную цену издания влияет возраст, тираж и количество сохранившихся к нашим дням экземпляров.

Словом, куда ни кинь взгляд, на первый взгляд от антиквариата до архивных материалов сплошное непаханое поле для того, чтобы вложить свои денежки и обеспечить себя на черный день. И проходящие не только в Европе и Америке, но и в нашей стране аукционы, казалось бы, лишь подтверждают это правило. То тут, то там миллионеры и миллиардеры выкладывают непредставимые для простого человека суммы, покупая скульптуру или предмет живописи, стоивший поначалу в сотни и тысячи раз дешевле конечной цены. На самом же деле в этой области все не так просто, и неподготовленного человека на этом поле поджидают сотни и тысячи не процентов дохода, а неприятностей, от которых он не только может потерять, что называется, кошелек, но и может распрощаться со свободой.

Результат — оплачь инвестиции

Но большинство новоявленных коллекционеров, как правило, оказываются у разбитого корыта. Не будем брать в расчет уже упомянутого Сергея, которого скорее можно отнести к разряду бизнес-курьезов. Вполне серьезные и адекватные люди вместо дивидендов подсчитывают убытки. Рисков в таком инвестировании “в красоту” на порядок больше, чем возможностей выиграть.

И первый камень, о который спотыкаются девять из десяти, — выбор объекта инвестирования. Речь идет даже не о том или ином секторе общего рынка антиквариата вроде живописи, филателии или букинистики, а о конкретных именах. Кого покупать — вот в чем вопрос. Кто мог предположить лет тридцать назад, что Кустодиев или Кончаловский, или тот же Бакст, которых вполне реально можно было увидеть в советских комиссионных магазинах, так взлетят в цене. Тогда для покупки шедевра вполне достаточно было чуть ли не трех-четырех зарплат инженера или научного сотрудника, а сейчас не хватит всех денег, которые тот же ученый получает едва не за всю свою жизнь.

Но это только первый из подводных камней, подстерегающих “культурного” инвестора. Второй — воры. Причем не абы какие дилетанты, которым не хватило на пиво, а настоящие высококлассные профессионалы-домушники. Для которых ни сейфы, ни сигнализации не представляют особой трудности. Так что, вернувшись после рабочего дня, вы рискуете в один отнюдь не прекрасный день обнаружить, что остались ни с чем.

Из криминальной составляющей вытекает и другой негатив. Кто может дать гарантию, что, покупая тот или иной предмет искусства или старины, вы не становитесь скупщиком краденого. Если вещь имеет криминальное прошлое и объявится ее настоящий владелец, то и с гордостью коллекции, и с деньгами можно попрощаться навеки. По действующему Гражданскому кодексу основанием для обретения права собственности, то есть признания человека добросовестным приобретателем, достаточно владения ею в течение 20 лет. Поэтому дата на договоре купли-продажи никогда не является лишней. Но на криминальные случаи это правило не распространяется. Классический и самый свежий тому пример — кража ценностей из Эрмитажа, прогремевшая на всю страну. Ведь купившие раритеты коллекционеры возвращали их государству совершенно безвозмездно. И никого не волновало, что о криминальной составляющей они даже не подозревали.

И наконец, не последний, но, пожалуй, наиболее часто встречающийся камень, на котором ломают себе зубы даже опытные коллекционеры. Мошенники, впаривающие фальсификат в качестве оригиналов. К сожалению, они встречаются гораздо чаще, чем принято считать. Буквально на днях сообщество коллекционеров всколыхнуло громкое продолжение дела группы арт-мошенников, которые продавали хорошо исполненные подделки под видом настоящих картин русских художников. Так, к примеру, картину Шишкина “Лесной пейзаж” они всучили за 85000 долларов, а скрупулезные эксперты, отметив высокий уровень исполнителя подделки, вынесли вердикт, что она стоит не более 3 тысяч… рублей. Сколько поделок такого рода осело в частных коллекциях, никто и не знает. Но явно не одна тысяча. Так что, если вы не эксперт Лувра или Русского музея, лучше в искусство наживать капитал на высоком искусстве не лезть.

Впрочем, если инвестиции в историко-культурное наследие и красоту предметов искусства столь рискованны, может, стоит попробовать вложить деньги в постоянный бизнес, который специализируется на том, что делает самих людей красивыми и привлекательными.

Инвестиции в красоту

Одним из удачных вариантов вложения денег эксперты называют создание салона красоты. Инвестиции в $120—180 тысяч могут окупиться за 1,5—2 года. Аналитики подсчитали: только за прошлый год россияне потратили на салоны красоты порядка $2,5 млрд., а ежегодно этот рынок прирастает на 15%. Так что при успешной работе салон может приносить по 10—20 тысяч долларов ежемесячно.

Места в этом бизнесе пока достаточно: например, в Москве насчитывается около 3 тысяч салонов, хотя в крупных европейских городах их бывает не менее десятка тысяч. Главное, подойти к делу грамотно и рассчитать все возможные варианты ведения дела и затраты.

Открыть салон с нуля — штука хлопотная: нужно найти подходящее помещение (не менее 100 кв. метров), выкупить его или оформить договор аренды, получить всю необходимую разрешительную и регистрационную документацию. Плюс закупить оборудование, нанять и обучить персонал. Возможно, поэтому с нуля начинают салонное дело те, кто уже в профессии, — те же косметологи или парикмахеры, которые хотя бы понимают, что закупать и как обучать.


А без сложностей — дороже

Вариант попроще — купить салон на вторичном рынке. При этом следует поинтересоваться, почему именно закрывается дело: если салон продается потому, что по соседству слишком успешные конкуренты, или туда не ходят, поскольку добираться до него слишком сложно, а местная клиентура попросту не может себе позволить тратить деньги на красоту, — в таком месте и вам делать совершенно нечего. Далее стоит оценить квалификацию персонала, срок, на который оформлена аренда, и обязательно уточнить все нюансы условий работы с поставщиками.

Можно также обратиться в компанию, которая занимается бизнесом “под ключ”. Как и в случае со вторичным рынком бизнес-предложений, вам предоставят уже готовое помещение с оценкой перспективности его местоположения, оборудование и персонал. Этим озаботятся сами специалисты компании. Они же составят необходимый бизнес-план и оформят нужные бумажки. Но за их услуги придется заплатить от 15 до 30 тысяч долларов. Естественно, все расходы на открытие салона пойдут тоже за ваш счет.

Еще один вариант — франчайзинг. Проще говоря, вы покупаете право у компании, владельца того или иного бренда, вести бизнес от ее имени. В таком случае дело ведется по правилам материнской компании, зато с использованием ее разработок и консультантов. Стоит такое право в среднем $25 тысяч плюс выплаты ежемесячные (около $600) или годовые (порядка $5000). К тому же наличие в договоре пункта о возможности консультаций вовсе не означает, что вас будут вести по дороге к процветанию за ручку. Более того, “материнская” компания может еще и открыть салон под своим именем хоть напротив вашего — деритесь тогда за клиентов с коллегой-конкурентом.


Кстати, бывает, что вполне успешный салон продается только потому, что так было задумано изначально. Его владелец, имеющий достаточный опыт в создании своего дела, открывает салон и через пару лет его работы продает бизнес. Наваривая на этом неплохой куш: продажная стоимость салона примерно равняется сумме его двухгодичной выручки. То есть, если он приносит по $100 тысяч в год, продадут его за $200—250 тысяч.

Впрочем, на выборе способа создания бизнеса работа отнюдь не заканчивается. А только начинается. Как и ваши собственные расходы. В затраты нужно заложить аренду помещения (если оно в собственности — проще, но дороже). В Первопрестольной ежемесячная плата за подходящие по размеру места составляет $300—600 за метр. Плюс расходы на получение лицензии, разрешений санэпидемстанции и пожарных: официальные платежи обойдутся в 15—50 тысяч рублей. А то и более. Плюс затраты на оборудование. А еще — закупка препаратов (порядка 7—10% от выручки) и зарплата сотрудников (20—30% от выручки). Эксперты подсчитали, что в среднем в дело требуется вложить $1 тыс. в квадратный метр помещения, не считая его стоимости.

Кроме этого стоит заранее продумать, какие именно услуги вы будете предлагать своим клиентом. Хотя стрижки и укладки считаются самыми популярными у нашего населения, открывать просто парикмахерскую — дело практически на 100% убыточное. Настоящий доход приносит косметология. Поэтому помимо соответствующего оборудования стоит обзавестись подсобными помещениями — для грязного и чистого белья, хранения расходных материалов — этого требует СЭС. Естественно, в современном салоне не обойтись и без кабинета маникюра и педикюра, массажа и солярия. Все это требует как нужных инструментов, так и квадратных метров.

Делу — время

Помимо прочего при создании салона стоит учитывать фактор сезонности. “У нас самое вялое время — август и начало сентября”, — поделилась с корреспондентом “МК” владелица одной из “точек красоты”. Эксперты к этому времени добавляют еще январь и ноябрь. Так что считается, что салон следует открывать ранней весной, чтобы подзаработать до начала “мертвого сезона”. Заодно нелишним будет продумать, какие услуги салона в затишье станут наименее востребованы и на чем, соответственно, можно сэкономить.

Но, начав и успешно ведя бизнес, тоже успокаиваться не стоит. Кажется, чего надо — бизнес уже не просто создан, он укрепился и начал приносить доход. Сиди себе и стриги волосы. И купоны. Ан нет, не все так просто в салонном деле. Иначе это районная парикмахерская, а не салон красоты. Причем такая, что держится исключительно на старой клиентской базе. Найдут что-то лучшее — и до свидания! А если еще и популярный мастер, недовольный условиями работы, уйдет — уведет с собой и остальных. И будет дело потихоньку загибаться, пока не помрет своей смертью. Естественно, приличный салон красоты в наше время должен не только предоставлять парикмахерские услуги и маникюр с солярием — нужен кабинет косметолога, массаж, а то и сауна. Или вовсе новомодные и иногда трудновыговариваемые пилатес, мануальная терапия и даже йога. Но это, пожалуй, точка зрения клиента салонов красоты. А вот по какому принципу подбираются новинки с точки зрения его владельца:

— Человек делает то, что ему интересно, даже если интерес обусловлен тем же бизнесом, — объясняет знакомая хозяйка подобного заведения, которая ведет свое дело уже четвертый год. — А с новинками — по-разному, иногда сначала появляется мастер, и под него открывается направление, а порой — процедура, под которую ищешь специалиста. При этом все новинки для начала пробую на себе. Вообще салон — он как ребенок, если хочешь, чтобы он был развитым, делаешь для него что-то не потому, что должен, а потому, что это тебе нравится. Сейчас у меня, наверное, хорошая возможность сравнить: есть “старшенький” салон, и ожидается “младшенький”.

Кстати, новинка последнего времени — СПА, то есть комплекс услуг, помогающих клиенту расслабиться, связанных с нагреваниями, пилингом, водой и особым массажем — может увеличить прибыль до 70%, но и компоненты для ее создания тоже не всякий может себе позволить. Например, если вам досталось подвальное помещение, в нем никак не поставишь необходимую для СПА ванну.

Выход из бизнеса тоже не так прост, как кажется на первый взгляд. Недостаточно просто продать салон. Чтобы сделать это максимально прибыльно, а не просто вернуть свои, в последний год стоит выводить салон на уровень загрузки в 40—50%. Кстати, эксперты прогнозируют, что активный рост числа салонов красоты продлится еще лет пять. Затем на рынке начнется укрупнение бизнеса, появление сетевых салонов, с которыми одиночкам конкурировать будет достаточно сложно.

Цена вопроса по минимуму

Исходя из арендных ставок в 300 долларов за квадратный метр в год, аренда 100-метрового помещения под салон обойдется в 30 тысяч “зеленых” в год. И это ну в очень отдаленных от центра районах. По нынешнему курсу (26,7 рубля за бакс) — 801000 рублей. За два года аренды (к концу этого срока предприятие должно окупиться) “плата за квадраты” составит 1 млн. 602 тысячи “деревянных”. Еще 253 тысячи потребует оборудование. Общая цена вопроса на 2 года —1 млн 855 тысяч рублей. То есть после выплат зарплат и поборов инспекторам всяческих “охран” и “надзоров” ежедневная выручка, для того чтобы начинание окупилось, должна составлять как минимум 2140 рублей. Без выходных и праздничных дней. Если есть деньги и смелость — впору дерзать.

В конце концов, для человека, не имеющего искусствоведческого образования, это все же более надежный вариант, чем вкладывать деньги в красоту другого рода: те же марки, картины и прочий антиквариат.




    Партнеры