“Вот” — полный разворот!

Эрика Булатова определили в лидеры

22 сентября 2006 в 00:00, просмотров: 339

“В российском искусстве уже давно нет лидеров. Когда Путин едет на “восьмерку”, он везет с собой выставку кого? Пластова. Потому что прошло 40—50 лет после Пластова, а у нас больше никого выдающимся назвать нельзя”.


Андрей Ерофеев, известный искусствовед, собравший самую большую коллекцию современного искусства в нашей стране, готов отдать знамя лидерства и приставку “выдающийся” (если не великий) художнику Эрику Булатову. А российская публика может впервые оценить вклад этого мастера в мировую культуру на первой полной ретроспективе его работ в Третьяковской галерее на Крымском Валу. Чтобы ее осуществить, кураторы Третьяковки и культурный фонд “Екатерина” собирали произведения живописца почти по 30 музеям и частным коллекциям мира. Потому что в России его картины можно пересчитать по пальцам — пара-тройка в Русском музее и 1 (одна) в Третьяковской галерее.

К слову о знаменах. У Булатова флаги на картинах если и есть, то на гербе СССР, который этаким солнцем закатывается за горизонт. “Это фиктивное солнце, которое делает вид, что освещает, на самом деле, конечно, не освещает ничего. Тем не менее это конец той эпохи, которая казалась бесконечной. Никто из нас не думал, что она когда-нибудь кончится”.

Это большое полотно — “Заход или восход солнца” — написано в 1989 году, в самый расцвет перестройки. На выставке перестроечных картин большинство. Огромные красные буквы “Слава КПСС”, как тюремная решетка, отгораживают от нас бескрайнее голубое небо. У Булатова на многих картинах голубой цвет — символ свободы, красный — запрет, опасность. Излюбленный прием художника — прорваться как бы сквозь поверхность в глубину полотна, туда, где “вольно дышит человек”. Казалось бы, плакатные слова и буквы становятся на его картинах овеществленными. Они могут ощетиниться заградительными “ежами”, течь как вода, лететь стаями. На картинах серии “Вот”, именем которой названа и вся выставка, слова неслучайны — они взяты художником из стихов поэтов Всеволода Некрасова и Александра Блока. А название “Вот” — собственное изобретение: “Вот” — это универсальное слово. С этим возгласом можно как развести руками, так и показать на что-то очень далекое. А еще у Булатова перестроечных времен на полотнах много тумана. Замечательная работа “Весна в доме отдыха” (1988 год): среди побеленных известкой деревьев стоят, как призраки, белые памятники вождям. “Снежные бабы”, которые вот-вот растают. А это чем не программное полотно? На огромном черном квадрате (почти по Малевичу), где краска положена так, что поверхность кажется плюшевой, в центре ютится малюсенькая белая точка. Работа так и называется “Точка”. Вот точка чему? На вернисаже Булатов признался, что, живя рядом с Центром Помпиду (где и его работы висят), он туда, конечно, ходит. Но Лувр ему больше нравится. Это к вопросу о живописи в современном искусстве.

150 работ на выставке, если считать графику, эскизы к большим полотнам и иллюстрации к книгам, которые теперь тоже как открытие. 30 лет Эрик Булатов работал в издательстве “Малыш”, где совместно с художником Олегом Васильевым проиллюстрировал огромное количество детских книг, в том числе хрестоматийные издания сказок братьев Гримм. Смотришь и попадаешь в свое детство, когда именно так представляла Золушку или Спящую красавицу, как нарисовал их художник Булатов. И хорошо, что теперь мы будем знать, кто это.

Ретроспектива “Эрик Булатов. Вот” будет открыта по 19 ноября.


СПРАВКА "МК"

Эрик Владимирович Булатов входит в пятерку самых известных российских художников на Западе, где на слуху Кандинский, Шагал, Малевич, а из ныне живущих — Илья Кабаков и Булатов. Сам себя называет представителем соц-арта и московского концептуализма. Ученик Фалька и Фаворского. Родился в 1933 году в Свердловске. Закончил Суриковский институт. В 1965 году его совместная с Вячеславом Калининым выставка в Московском институте ядерной физики была закрыта ровно через час. А спустя 12 лет его работы были показаны на Венецианской биеннале на выставке “Новое советское искусство: неофициальная перспектива”. В 1989 году, после успешных персональных выставок в Швейцарии и парижском Центре Помпиду, уехал работать (не в эмиграцию, как подчеркивает сам художник) сначала в США, затем во Францию. Живет в Париже. Его картины находятся в крупнейших собраниях современного искусства Запада — в Центре Помпиду, Музее Людвига, Музее Майоля — фонде Дины Верни…




Партнеры