Заграница нас “обует”

Очередное “благодеяние Запада” оборачивается многомиллиардной аферой

26 октября 2006 в 00:00, просмотров: 413

Российская энергетика вновь в центре внимания всей мировой прессы. “Газпром” отказался от совместной с иностранными компаниями разработки Штокмановского месторождения газа, а гремевшие некогда чуть ли не как последняя надежда для отечественной экономики проекты “Сахалин” опять гремят, но на этот раз уже в масштабном международном скандале. Суть последних событий, как отмечают наиболее смелые эксперты, заключается в том, что государство решило отказаться от режима Соглашений о разделе продукции (СРП) и в очередной раз меняет правила игры на нефтегазовом поле. Если это действительно так, то действия российского правительства можно только приветствовать. Оставим в стороне экологию, посчитаем хотя бы деньги. Которых недосчитывается страна.

Мальчики — налево, девочки — направо

Закону об СРП отечественные парламентарии сопротивлялись долго и небезуспешно. Его ярым сторонникам из либерально-демократического крыла до 1995 года не удавалось доказать, что именно Соглашения о разделе продукции станут локомотивом загибающейся экономики. Но все же, в значительной степени благодаря усилиям Григория Явлинского и фракции “Яблоко”, закон родился на свет.

Времена тогда были лихие. Ведущие компании приватизировались по схеме залоговых аукционов. Контрольный пакет, к примеру, “Сибнефти”, образованной аккурат в том же году, господа Березовский и Абрамович прикупили всего-то за 100 с небольшим миллионов долларов. Нефтяные активы Тюменской нефтяной компании ушли тоже за несколько сотен миллионов “зеленых” (по некоторым сведениям, максимум за 400). Ненамного дороже обошелся своим прежним владельцам и ставший вскоре нефтяным монстром ЮКОС.

На фоне мгновенного не просто обогащения, а взлета “из грязи” (и не в князи, а в “короли и императоры”) людей, чьи имена еще вчера были широко известны только в очень узких кругах, СРП выглядели как вполне достойный вариант для развития экономики. К тому же в России с ее гиперинфляцией, больной разваливающейся экономикой и не менее больным президентом явно рассчитывали на мировых гигантов не только в плане денег. Но и через них — на улучшение в целом инвестиционного климата в стране.

А что? Вложений от государства — никаких. Иностранцы придут, все пробурят, будут качать нефть с газом, а нам платить за это звонкой монетой. В общем, как в рекламе: “Мы сидим, а денежки текут”. При этом один из основных акцентов делался на то, что к нашим “диким” нефтяникам придут “цивилизаторы” со своими новейшими технологиями, квалифицированными специалистами и высокопроизводительным оборудованием. К тому же наученные своими местными правозащитниками и всякими там “Гринписами” работать в полном соответствии с лозунгом: “Берегите природу, мать вашу!”. А там, смотришь, за нефтяниками и машиностроители потянутся и всякие зарубежные IT-технологии. Словом, роль зеленых человечков из летающих тарелок, которые должны были прилететь и все нам наладить, отвели мировым индустриальным гигантам.

Иностранцы долго упрашивать и ждать себя не заставили. Уже в декабре 1995 года было заключено первое соглашение о разделе продукции в нефтегазовой сфере. Правда, заработало оно лишь три с небольшим года спустя. Когда цены на “черное золото” поползли вверх. Но нашлись и другие охотники на СРП.

И вновь начинается бой

Долгие годы СРП если и появлялись в выпусках новостей, то исключительно в положительном аспекте. Там-де вложили в производство очередные миллионы баксов, там — получили первую нефть. Или завод какой построили. И вдруг, какой-то месяц тому назад — как гром с ясного неба: проверка на “Сахалин-1”, проверка на “Сахалин-2”, обещание Счетной палаты прошерстить в следующем году “Харьягу вдоль и поперек”. По “Сахалину-2” Министерство природных ресурсов России вообще отозвало экологическое разрешение на осуществление второго этапа проекта. А тут еще и “Газпром” решил разрабатывать Штокмановское месторождение в одиночку. Он, конечно, не отказывается совсем от иностранных компаний, но не намерен допускать их к активам. Максимум, на что они могут рассчитывать, — выполнять подрядные работы и поставлять оборудование.

В иностранной прессе вой и плач: русские не держат слова, они опять меняют правила игры. Еврокомиссар по энергетике Андрис Пибалгс пригрозил: “Я очень серьезно озабочен этим известием. Для того чтобы компании желали вкладывать деньги в многомиллиардные проекты энергетики, нужен безопасный, предсказуемый инвестиционный климат в России”.

Нам уже грозят серьезными дискриминационными мерами. Представитель Еврокомиссии Ферран Эспуни уже заявил, что если “Газпром” начнет выходить на местные рынки, его тут же проверят на соответствие антимонопольному законодательству. Естественно, с заранее просчитываемым результатом проверки. А председатель Еврокомиссии Жозе Мануэл Дуран Баррозу предложил “потребовать от России ратифицировать “Энергетическую хартию”. Смысл этого только в одном: допустить к уникальной трубопроводной системе России третьи стороны. Для непонятливых, чтобы туркменский газ или, к примеру, азербайджанскую нефть могли гнать в ущерб России в том числе и зарубежные корпорации.

Аргументация, безусловно, такая, что логику можно не искать. С той же степенью здравого смысла можно, например, рассмотреть вопрос о монополизме Норвегии в вопросах поставки сельди, французов обвинить в монополизации рынка парфюма и косметики, а итальянцев в том, что “приватизировали” спагетти. Кстати, позиция Украины, которая не хочет пускать “Газпром” в свои трубопроводы, строившиеся всем СССР, в Европе понимание находит. А ведь Россия не раз и не два заявляла, что тот же Штокман готова разрабатывать на паритетных условиях в обмен на предоставление равнозначных активов. Но активов, в том числе и взаимного доступа к своим сетям и местным газовым компаниям, страны Европы как раз и не дают. И не предлагают взамен ничего, кроме денег. Причем зачастую, финансовых миражей, которыми Россия уже устала обманываться.

Первый среди прочих

Штокмановское месторождение газа, расположенное на шельфе Баренцева моря, на сегодняшний день является в мире крупнейшим из разведанных. Его запасы оценивались в 3,7 трлн. кубометров. Проект освоения месторождения потребует инвестирования порядка 20 млрд. долларов. Для сравнения: в 2004 году весь экспорт российского газа в страны Западной Европы составил 140 млрд. кубов. Только за счет Штокмана эти государства можно обеспечивать газом в течение более чем 25 лет.

Впрочем, по последним данным, запасы газа в месторождении оказались существенно выше разведанных. В этой ситуации решение “Газпрома” не делиться, пока контракт еще и не подписан, не просто законно, а вполне логично — ведь половиня свои запасы, он уменьшает тем самым собственную рыночную стоимость.

“Пилите, Шура, они золотые”

Что Россия получает сейчас от СРП? По идее, роялти (природную ренту) и налог на прибыль. Но в том-то и фишка, что прибыли у СРП нет и еще долго не предвидится. По “Сахалину-2” Россия получила, как признают и правительственные чиновники, самые плохие условия.

Впрочем, по остальным СРП ситуация вряд ли лучше. Когда заключалось соглашение по Харьяге, цена барреля “черного золота” болталась в диапазоне 16—18 долларов. Их и взяли за основу, когда считали всю экономику проекта.

По “Сахалину-2” первоначально в расчет рентабельности проекта заложили стоимость барреля в 24 бакса. Окончательно в 2005 году сошлись на 34 “зеленых” с ежегодным ростом стоимости нефтяной бочки до 2045 года на 3%. Стоит ли говорить, что реальность опровергла эти цены и выбросила их за ненадобностью. Или, может, кто-то действительно верит, что крупнейшие западные компании продают добытую в России нефть в три раза ниже реальной цены?

И вполне закономерен вопрос: сколько должны получать западные инвесторы по расчетной стоимости и какова их реальная выручка?

Считалка “МК”:

По данным экспертов, сейчас на “Сахалине-2” добывается около 2 миллионов тонн нефти в год. При средней стоимости каждой тонны около 400 долларов расчетная выручка (по проекту — порядка 200 долларов за тонну) должна составить 400 млн. долларов в год, а в реальности получается более 800 млн. баксов. Даже при нынешней рентабельности, якобы далекой от 17,5%, Россия должна получить хотя бы 80 млн. только за счет продажи нефти. А получает сейчас не больше 20 миллионов. И то того самого роялти. Поскольку прибыли никакой нет. Полтора миллиона тонн добыто за последние два года на Харьяге. Там тоже цифры будь здоров как расходятся. И все это деньги, которые могли бы существенно пополнить российский бюджет.

Представитель оператора проекта — компании “Сахалин Энерджи” — г-н Игнатьев заявил недавно, что расчетная цена важна только для определения эффективности в течение 40 лет действия проекта. А, дескать, на самом деле, если баррель будет стоить 60, то доля России увеличится.

Но даже последние действия иностранных инвесторов опровергают это голословное утверждение. Недавно “Сахалин Энерджи” вышла с предложением увеличить смету расходов по второму этапу проекта с 11,8 млрд. долларов до 21,2 млрд. Совершенно логично, что до хоть какой-либо рентабельности тут еще, выражаясь языком Паниковского, “пилить и пилить”. И это притом что первоначально западные концерны планировали за все 40 лет проекта потратить на него не больше 15 млрд. “зеленых”.

И это несмотря на то, что Россия и так предоставила беспрецедентные условия. Роялти мы установили чуть ли не на самом низком уровне — 6%, а в среднем эта ставка варьируется от 10 до 14%. Зато возмещать затраты зарубежным инвесторам Россия обязалась по полной, на все 100%. Остальной мир не так щедр — более 70% возмещения расходов дают только дикие африканские племена. И то далеко не все. Так стоит ли удивляться, если в конце концов инвесторы посчитают, что наша нефть вообще не принесла им никакой прибыли. Может, еще доплачивать станем, что нас обули, как котят.

Которые тут временные? Слазь!

Сегодня нам говорят, что любые попытки пересмотреть условия по СРП чреваты для России многочисленными потерями. Но на каждый аргумент защитников Соглашений у российской стороны есть как минимум по паре в ответ.

Начнем с того, что сегодня “СРП успешно работают в Египте, Индии, Нигерии, Вьетнаме, Аргентине, Казахстане и целом ряде других государств” и потому нет нужды их пересматривать. Не спорим, и пусть там работают. У всех этих государств нет ни технологий, ни квалифицированных собственных кадров, ни (у большинства) достаточных финансов, чтобы осилить освоение месторождений в одиночку. У нас все это есть.

Нет, возражают сторонники СРП, у того же “Газпрома” нет в наличии 20 млрд. баксов на Штокман. Да стоит ему лишь свистнуть, как в очередь выстроятся западные банки, сгорающие от нетерпения выписать кредит побольше и побыстрее. Это мы уже проходили.

На Сахалине, не унимаются приверженцы СРП, инвестор закупает отечественное и зарубежное оборудование на десятки миллиардов долларов, строит инфраструктуру, которую оставит потом России. Потом — это, извините, когда? Когда вся нефть и весь газ будут выкачаны, и нам потребуются уже миллиарды из собственных карманов, чтобы все платформы и буровые установки демонтировать? И не надо лукавить насчет закупок оборудования и цепной реакции в развития смежных отраслей экономики, обеспечивающих отечественных производителей заказами. Это положение СРП не выполняется и легко обходится. Либо иностранцы регистрируют в нашей стране свою дочернюю фирму, которая становится якобы российской. Либо, как это чаще бывает, связывают российских партнеров обязательствами не только закупать оборудование и материалы у указанных ими зарубежных фирм, но и диктуют напрямую закупочные цены. В результате инвесторы довольны: и условие выполнили, разместив заказ у российского посредника, и “бабки” ушли куда положено.

Надежды сахалинцев на хорошую жизнь и достойные зарплаты, которые обещали инвесторы, тоже накрылись медным тазиком. Требование СРП о том, что 70% рабочей силы, занятой в проекте “Сахалин-2”, должно быть российской, далеко от выполнения. На всех “хлебных” должностях преимущественно иностранцы. Зато цены на квартиры в Южно-Сахалинске сравнимы сейчас с московскими. И немудрено: иностранные компании могут строить какое угодно жилье для своего персонала, хоть из золота, и относить все расходы на счет издержек проекта.

Договор имеет силу закона, который, в свою очередь, обратной силы не имеет, выдвигают самый сильный, с их точки зрения, аргумент защитники СРП. Но и тут им есть что возразить. Ни в одной стране мира нет ни одного закона, который бы не претерпел хоть какого-то изменения. И, если позволено менять ставку НДС, предоставлять или отзывать налоговые льготы, раз в два месяца пересчитывать ставку экспортных пошлин на нефть, почему здесь табу должно распространяться на все параметры Соглашений?

Постойте, цепляются за последнюю попытку доказать свою правоту оппоненты: ведь это все временные трудности. Когда проект по тому же “Сахалину-2” выйдет на запланированную рентабельность, то доходы России существенно увеличатся. На самом деле, если в нынешних правилах ничего не менять и не установить раз и навсегда, кто в доме хозяин, нас опять “обуют” по полной программе. Ведь сейчас компании качают легкую нефть, а потом издержки на добычу опять увеличатся: за счет закачки воды в пласты, за счет установки более мощного оборудования, увеличения энергопотребления и так далее.

Рецептов для исправления ситуации достаточно, было бы желание и хватило бы воли хоть на этот раз провести четкую политику без шараханий из одной крайности в другую.


P.S. Буквально вчера министр природных ресурсов Юрий Трутнев подвел итоги своей инспекции Сахалина. Он разрешил продлить проверку “Сахалина-2” до конца ноября, поручил в течение 4-х месяцев подсчитать полный ущерб, нанесенный деятельностью иностранных компаний, заверил, что материалы проверки в течение 2-х недель будут направлены в прокуратуру, и особо отметил, что отдельные действия “иностранцев” “тянут” как минимум на 5 статей УК РФ, по одной из которых предусмотрено лишение свободы на срок до 7 лет.


Кто играет в СРП в России

На сегодняшний день на территории нашей страны действует три проекта в режиме СРП: “Харьягинское” соглашение, “Сахалин-1” и “Сахалин-2”.

“ХАРЬЯГИНСКОЕ” СРП было заключено 20 декабря 1995 г. сроком на 29 лет и вступило в силу 12 февраля 1999 г. Соглашение предусматривало возможность продления до 33 лет. Общие запасы нефти на месторождении оцениваются в 160,4 млн. т, в контрактной зоне — 97 млн. т. По СРП планировалось добыть свыше 45 млн. тонн нефти. Основными акционерами проекта являются французская компания Total (оператор), чья доля составляет 50%, норвежская фирма Hydro — 40% и Ненецкая нефтяная компания — 10%. Запасы нефти по Харьягинскому месторождению, переданные на баланс Total, превышают 55 млн. тонн.

“САХАЛИН-1” — проект по разработке месторождений Чайво, Одопту и Аркутун-Даги на северо-восточном шельфе острова Сахалин. Потенциальные извлекаемые запасы по проекту — около 307 млн. тонн нефти и более 485 млрд. кубометров газа. Акционеры: американская Exxon Neftegaz Limited (оператор, 30%), японская компания SODECO (30%), индийская ONGC Videsh (20%) и наша отечественная “Роснефть” (20%).

“САХАЛИН-2” — оператор проекта компания Sakhalin Energy, пакет акций которой распределен между англо-голландским концерном Royal Dutch/Shell (55%) и японскими компаниями Mitsui (25%) и Mitsubishi (20%). Как видно из приведенного перечня, российского участия в данном СРП нет совсем. Запасы по проекту оцениваются в 600 млн. т нефти и конденсата и 700 млрд. куб. м газа.




    Партнеры