Однорукие доводят до ручки

В Москве начали исследовать игроманов

12 января 2007 в 00:00, просмотров: 893
  Азартные игры известны еще со времен Древнего Египта. Даже само слово “азарт” пришло к нам с Востока (“альзар” — так называли игру в кости арабы). Видно, тогда же человечество столкнулось и с проблемой игромании (она же лудомания). Официально лудоманов в России не считали, но, по экспертным оценкам, их более 2 млн. человек, что на полмиллиона больше, чем шизофреников. А через пять лет, по прогнозам, станет больше минимум втрое. Опасность болезни такова, что ее признали уже на государственном уровне.
     В Государственном научном центре социальной и судебной психиатрии (ГНЦССП) им. Сербского создана научная группа по вопросам игровой зависимости, которая обследовала уже более 600 лудоманов.
     В чем природа этого заболевания, кто рискует стать лудоманом, как лечиться?
     Об этом “МК” поговорил со специалистами ГНЦ им. Сербского.

Азарт не порок?

     Если в древние времена азарт считался пороком, теперь медики называют его нормальным состоянием человека. Еще бы — ведь примерно 10% населения азартно. В былые времена русские дворяне проигрывали свои имения и жен в карты. Известным игроком был Достоевский и, по слухам, даже Владимир Ульянов-Ленин. Сейчас же стать рабом азартных игр может кто угодно: и “белый воротничок”, и домохозяйка. На путь зависимости становятся и от недовольства собой, и просто от безделья. И хотя не все люди склонны к зависимостям, в последнее время их число на глазах растет. Особенно в крупных городах, где невротиков (в их число входят и наркоманы, и алкоголики, и курильщики, и игроманы) от 43 до 75% от работающего взрослого населения.
     В России статистики лудоманов пока еще не ведется, но она ведется в США. И в Америке подсчитали: каждый 5-й игроман продал квартиру или машину, а каждый 4-й предпринимал попытку суицида. Возраст тех, кому эта попытка удалась, — до 40 лет. В 1975 году в игорный бизнес в США было вовлечено 68% населения, в 1999-м — 86%. Не надо быть шибко умным, чтобы предположить, что примерно то же самое происходит сейчас в России.

Симптомы игромании

     Первые признаки будущего заболевания таковы: раздражительность, головная боль, навязчивые мысли. На этом этапе человек еще может справиться с болезнью сам. Но если у него лихорадочно горят глаза, он много врет и говорит только об игре, становится агрессивным, забывает о близких и о работе, ему требуется серьезное лечение.
     Психиатры говорят: люди, изредка играющие для удовольствия, уже входят в группу риска.Патологическая склонность к азарту может сопровождаться депрессиями, попытками самоубийства и суицидами. Часто игроки начинают бить членов семьи или приобщать к играм детей. А на более поздних стадиях болезни — воровать, торговать наркотиками, убивать…
     — Нет пока ни одной научной работы, доказывающей, что банкротство или проституция — прямое следствие игровой зависимости. Но многие ученые считают, что это так, — говорит заместитель директора ГНЦ им. Сербского, главный специалист по лудомании в России Зураб Кикилидзе.
     — Хронических больных мы знаем в лицо. И сами боимся. Нормальные люди берут с собой столько денег, сколько не жалко проиграть. А “хроники” не могут остановиться, — поведали нам в одном игорном зале. — Стараемся не пускать их в залы, хотя по закону не имеем права, если это не пьяницы, не наркоманы и не дети.
     Игроки могут не отходить от автоматов сутками! В Москве уже известно немало случаев, когда лудоманы проигрывали квартиры, приносили в жертву “одноруким бандитам” семьи. Некоторые проходят через инфаркты и возвращаются к “джекам”. Игроки замечают, что втянувшиеся в игры хронические алкоголики легко завязывают с “зеленым змием”, а наркоманы — с иглой.
     — В чистом виде игровая зависимость встречается, по нашим последним исследованиям, в 16% случаев, — говорит руководитель группы по исследованию проблем лудомании ГНЦ им. Сербского Наталья Шемчук. — В других случаях заболевание сочетается с алкоголизмом, наркоманией. Закодируются — начинают играть. Полечатся от игромании — уйдут в запой.
     Потому что эти зависимости — в принципе одного поля ягоды. Симптомы схожи — неудержимое желание поиграть (употребить), потеря контроля над “дозами”… Но игорные магнаты объясняют необходимость азартных игр по-своему.
     — Склонность к азарту в человеке заложена природой, — говорит владелец одного столичного казино. — Это можно видеть в разных проявлениях: у спортсменов, болельщиков или ученых, пытающихся построить вечный двигатель. Мы даем людям возможность почувствовать азарт. Если они не могут удовлетворить его естественным путем, то, как правило, пускаются во все тяжкие. В конце 1980-х в СССР перестали проводить лотереи, в результате чего резко возросло количество преступлений.
     Фазы игровой зависимости
     Фаза победы. Выигрыш человек считает своим личным достижением, проигрыш — насмешкой злодейки судьбы.
     Фаза потери. “Бил отец не за то, что играл, а за то, что отыгрывался”. Человек играет уже не ради выигрыша, а дабы вернуть проигранное.
     Фаза безрассудства. Игроман приобщается к нелегальной деятельности. Начинает воровать, торговать наркотиками и даже убивать, чтобы добыть деньги на поход в игровой зал.
     Фаза безнадежности. “Выиграю — и все брошу”. Приходят мысли об исчезновении, суициде (у некоторых — светлая мысль полечиться).
     — У всех игроков есть особые знаки, приметы, счастливые числа. Они верят, что можно отработать навык удачно бросать кость. Такие люди склонны к суевериям, — говорит Кикилидзе.

Группы риска для лудомании

     Не все любители поиграть впоследствии заболевают. Но есть четко выделенные психологами группы риска: 1) мужчины; 2) люди увлекающиеся; 3) любители новизны, риска; 4) люди с заниженной самооценкой; 5) суеверные; 6) склонные к депрессиям; 7) алкоголики; 8) работоголики. Чем раньше человек начинает играть, тем больше шансов, что он втянется. Проверить себя на предмет склонности к игромании можно путем обычного психологического теста у любого психолога. Чтобы определить у себя зависимость, нужно прежде всего ориентироваться на наследственность. Если у вас в роду есть алкоголики, наркоманы, игроманы или тунеядцы, вам лучше даже не пробовать играть. Еще есть категория людей, которые в принципе не могут не быть зависимыми — от любви, от мамы, от детей, от траты денег. Если человек зависим, он обязательно найдет себе “предмет страсти” — если не станет игроманом, то сопьется, считают психотерапевты.
     Но есть и более современный взгляд на понимание причин развития игромании (как и прочих зависимостей).
     — Наши исследования показали: 83,3% наших пациентов страдали в детстве синдромом дефицита внимания с гиперактивностью (СДВГ), — говорит г-жа Шемчук. — А у 96% игроманов имелись родственники-алкоголики. Они получили удар с двух сторон — СДВГ (возможно, переданный им по наследству) плюс генетическая предрасположенность к алкоголизму. Это говорит о том, что СДВГ у детей нужно обязательно лечить, иначе он, трансформировавшись, перейдет во взрослую жизнь и проявится в виде внутреннего беспокойства, социальной дисадаптации личности, неумения принимать решения. Иными словами, детская импульсивность может обернуться патологией влечений. Так что гиперактивных детей нужно определять в спорт и непременно показывать детским психологам.
     Факторы защиты, снижающие степень риска:
     высокий интеллект; дружная семья; хорошие друзья и соседи, религиозность; регулярные посещения клубов по интересам.

Кто ты, раб азартных игр?

     В 68% случаев — мужчина, говорят данные исследований специалистов ГНЦ им. Сербского. Женщины попадают в зависимость реже, но зато и лечатся тяжелее. Благо женщины-игроманки чаще обращаются за помощью к специалистам (41% обратившихся).
     Женщины и дети чаще играют в Интернете, мужчины же предпочитают залы игровых автоматов. Почему? Женщины: а) хотят сохранить инкогнито; б) больше боятся агрессии и мошенничества в залах. Детям: а) по закону играть в залах запрещено; б) в виртуальном мире проще спустить родительские деньги.
     Средний возраст приобщения к игре мужчин — 20 лет, женщин — 30. К “одноруким бандитам” представителей обоих полов ведут разные стимулы. Женщин — попытка избежать стресса или депрессии. Мужчин — поиск новых ощущений. Мужчины предпочитают стратегические игры, женщины же любят “бинго” и игровые автоматы.
     Еще одно интересное наблюдение. Чтобы стать законченным игроманом, мужчине требуется 6 лет от начала игры. Женщинам — всего 1 год. Зависимые от игр мужчины, в отличие от женщин, чаще становятся алкоголиками и наркоманами. С мужчинами-игроками в большинстве случаев разводятся, а вот женщин-лудоманок мужья терпят почти всегда. 20% мужчин-игроманов идут по кривой дорожке (воруют, грабят и пр.), с женщинами такого практически не случается, а если и случается — то исключительно потому, что в противоправную деятельность их вовлекли мужчины.
     Подобные исследования эксперты ГНЦ им. Сербского провели и среди несовершеннолетних игроков. Оказалось, 80% из них — мальчики. Среди них не реже раза в неделю играют 23%, а вот среди девочек — 7%. Цель игры подростков в 66% случаев — выигрыш денег, а это очень тревожный симптом. В целом же долю игровой зависимости среди подростков эксперты оценивают в 6,1%. Что касается пожилых игроков, то для игорного бизнеса (как и для сериалов) это целевая аудитория. Люди до 65 лет играют в основном для того, чтобы заработать, а после 65 лет — чтобы развеять тоску. Самая распространенная игра в домах престарелых — “бинго”. У людей старше 65 лет уже нет соревновательности в играх, зато активно присутствуют расстройства памяти. Человеческая память устроена так, что чаще забывается плохое. Так что выигрыш запоминается, проигрыш — нет.
     Статистика ГНЦ им. Сербского: 76% игроманов раз в жизни страдали депрессиями, а 49—90% посещали суицидальные мысли.

Лечить игроманов сложнее, чем наркоманов

     Научная группа ГНЦ им. Сербского пока состоит из 3 человек, но в будущем планируется создать сеть специалистов по всей стране. В группе работает и доктор Кикилидзе, через которого прошло около 500 лудоманов.
     — Был такой забавный случай, — говорит Зураб Кикилидзе. — Один бизнесмен проиграл все свои деньги и деньги партнеров. Последние взяли его под белы рученьки и привели лечиться. И приходили с ним на сеансы каждый день. И вдруг он приходит один. Оказалось, он отыграл деньги, отдал долги партнерам и больше их не интересует. Но лечение уже начало приносить свои плоды — человек понял, что ему нужна помощь.
     Лечение игровой зависимости — дело долгое и непростое, на него уходит 2—3 года. В России игроманов лечат комплексно, психотерапия (цель которой — повысить самооценку) сочетается с медикаментами (нейролептиками, антидепрессантами, транквилизаторами и пр.). Только психолог может помочь больному лишь на ранней стадии болезни, тогда как в большинстве случаев к врачу обращаются лудоманы в 3-й фазе. Очень редко больные излечиваются, точнее, бросают сами. Игровая — более тяжелая (!) форма зависимости, чем наркотическая.
     Доктор Наталья Шемчук пишет докторскую диссертацию по игроманам, ее “научный материал” — 300 человек:
     — Игромания — хроническое заболевание. Вылечить его раз и навсегда нельзя. Можно лишь снять острые симптомы и ввести больного в стойкую ремиссию — мои 4-летние наблюдения свидетельствуют: это возможно. Человек живет нормальной жизнью, но знает, что игра ему противопоказана, иначе симптомы разовьются вновь. Мы против стационарного лечения — таких людей можно и нужно лечить амбулаторно. Человек должен находиться в привычном окружении, ходить мимо игорных заведений и учиться жить среди них, но без них. Игроманы, как и алкоголики, считают, что, когда вылечатся, смогут играть (пить) понемножку — это нереально.
     …Некоторые специалисты уверены, что, хотя вылечить злокачественное расстройство — игроманию — невозможно, можно перевести его в доброкачественное. Например, заменить страстью к... прыжкам с парашютом.
     — Говорят, где-то в мире проводили эксперимент, — утверждает директор научного центра имени Сербского Татьяна Дмитриева. — Игроманок отправили на необитаемый остров, чтобы они переключились на борьбу за выживание. Через год за ними вернулись. В итоге 30% завязали с азартом, а остальные вновь вернулись к игре.
     Косвенно эта статистика подтверждается словами доктора Кикилидзе: “Я знаю, что некоторые игроки идут в казино, просят записать на входе их фамилию и не пускать играть в течение года. И действительно, лишь треть потом из них перестает играть”.


    Партнеры