Он хотел жениться, а не погибнуть

Только в “МК”: близкая подруга семьи певца написала свою правду о жизни, любви и гибели Мурата Насырова

2 февраля 2007 в 00:00, просмотров: 507
  За дни, прошедшие с момента нелепой смерти Мурата Насырова, и про него самого, и про то, что могло стать причиной его ухода из жизни, написаны десятки газетных страниц, сняты десятки телесюжетов.
     Но все равно ничего не ясно. Как? Зачем? Почему? Что привело Мурата, влюбленного в жизнь отца двоих детей, к такому трагическому финалу?
     Подруга семьи певца попыталась взглянуть на его жизнь и судьбу со своей позиции.

     
     Моя мама, преподаватель музыкальной школы, была учительницей фортепиано у Наташи Бойко. К тому моменту, как Наташа появилась у нас дома (ей было лет 15), она уже была известна на всю Нарву как звезда детского ансамбля “Веселые нотки”.
     Певческая карьера Натальи началась в 5 лет, и уже тогда все отмечали редкий тембр, артистичность и необыкновенную, почти ангельскую внешность девочки. Я, с младых ногтей наблюдавшая концерты “Ноток” из зрительного зала, была поражена, что звезда пришла в наш дом — позаниматься с мамой перед выпускными экзаменами в музыкалке. Наташе же, в свою очередь, всегда хотелось попасть в класс именно к моей маме...
     Благодаря своему редкому тембру в 1991 году Наташа вместе с лучшей подругой, тезкой и коллегой по “Ноткам” Наташей Шатеевой с первого раза, без всякого блата, поступила на эстрадное отделение Гнесинки по классу вокала. Обе девчонки попали на курс, где было всего пять мест, и на каждое претендовали несколько десятков человек!
     Годом ранее такой же подвиг совершил Мурат Насыров, в 91-м ставший победителем конкурса в Ялте. Наташа стремительно приближалась навстречу своей судьбе.

“Две реки любви в снах находят море”

     Подруги-тезки были неразлучны все годы учебы: в общежитии Гнесинки на Хорошевском шоссе они делили одну комнату. Вместе ездили в Нарву на каникулы, строили планы, принимали гостей, наливали им чай. А студент Насыров приходил со своим чаем — непременно зеленым — и подолгу сидел в комнате девчонок. Наташа Бойко думала, что он присматривается к Шатеевой — более заводной и харизматичной. Однажды, когда Марат пришел, ее не было дома. И вдруг Наташа Бойко услышала: “А я — к тебе...”
     Наташа боготворила старшего брата Романа. Носила Ромкины рубашки, когда он ушел в армию. И мечтала полюбить человека, похожего на брата. Мурат оказался ровесником Ромы, тоже побывавшим в армии. Хватило ли этого “сходства”, чтобы стать первым и единственным? Оказалось, да.
     Они чем-то оказались похожи — хорошие дети из хороших семей. Наташина семья — мама, папа и два брата — как-то сразу приняла Мурата. Ее мама, Грета, всегда наряжавшая дочку как куклу (Наташины сценические костюмы считались самыми яркими и оригинальными), стала первым костюмером Насырова. Когда в начале 90-х он пел на каком-то концерте, теща сидела перед телевизором и цепко следила, не морщит ли спинка пошитого ею костюма.
     “Нарвская диаспора” в Москве разрасталась. Я училась на журфаке МГУ и в первый раз увидела Мурата, когда приехала моя мама и собрала всех учеников. Он произвел очень приятное впечатление: скромный, тактичный, умный. И они очень органично смотрелись вместе с Наташей. Мурат рассказывал про ялтинский конкурс, про то, что сладкие обещания звездной карьеры оказались мыльным пузырем. Но он все воспринимал иронично. Еще Мурат поведал нам, что он не казах, а уйгур. Но лично мне уже тогда виделся в нем какой-то европейский лоск. Может, на это повлияло прибалтийское происхождение Наташи? Ведь люди, особенно молодые, впитывают от партнеров то, чего недостает им самим.
     Закончив Гнесинку, Наташа с Муратом жили в съемной однокомнатной квартире на Октябрьском Поле, зарабатывая на жизнь тем, что пели по вечерам в пабе хиты Мадонны и Стинга. Кроме них, в квартире жила еще кошка Ксюха, а затем приехал из Нарвы младший Наташин брат Игорь. Он поступил в Строгановку и жил вместе с молодой семьей. Кстати, у Игоря сложилась удачная карьера: парень работает арт-директором — не в последнюю очередь благодаря Мурату, оплатившему его учебу. Именно Игорь Бойко оформлял обложку для “Уйгурского альбома” Насырова и готовил обложку для нового диска, который так и не будет записан.

“И напишу лишь твое имя — Лия”

     Насыров и Бойко не торопились оформить отношения. Устраивало ли это всех? Возможно. По крайней мере, родители Наташи не давили, а родители Мурата... просто были не в курсе. Наташа в откровенном разговоре с моей мамой как-то призналась, что готова принять мусульманство... Тем не менее, когда в 1996-м родилась Лия (имя ей, как и сыну, Мурат выбирал сам), я спросила Грету, встретившись с ней на вокзале: “Наташа все еще — Бойко?” “И будет ею всю жизнь!” — ответила Наташина мама весело. Так и вышло...
     Между тем карьера Мурата пошла в гору. Они все еще снимали квартиру (правда, уже в центре — на улице 1905 года), и ездил певец на стареньком “москвичонке”, но его творения уже стали известными. “Натали” — песня, посвященная любимой, “Не казни” — написанная после размолвки, как покаяние. А с появлением дочери родилась прекрасная песня “Лия”: “Мне не понять это чудо, как в суматохе лет, словно цветок, из ниоткуда ты родилась на свет...” Затем — головокружительный успех, творческий тандем с Аленой Апиной, гастроли и звездность... Костюмы от Греты Бойко ушли в прошлое — их место заняли дорогостоящие сценические наряды. И все это время профессиональная певица Наталья Бойко была рядом с любимым, ездила с ним по гастролям (с ребенком часто сидела теща), выступала “на подпевках”. Ее собственная карьера словно бы откладывалась на потом. Проект “Селена”, когда Наташа выступала вторым отделением после группы “Восток”, не в счет. Но это, наверное, и не главное, если семья — не просто выгодное соглашение, а хрупкий мир, полный любви, доверия и тепла.

“Музыка желаний и огни”

     Эти двое очень много значили друг для друга — это ощущалось, когда они были вместе. Может, поэтому Мурат так хранил этот свой мир, оберегал его? Может, оттого обходил в интервью личные темы... Он не распространялся о своей второй половине, зато с удовольствием рассказывал о детях: в 2000 году у пары родился сын Аким (по словам Наташи, это имя — из уйгурской истории). Счастливый отец выпустил композицию “Мой маленький мальчик”. К этому моменту семья жила в собственной просторной квартире, куда по-прежнему часто наезжала Грета, помогая с детьми. Между прочим, Наташа никогда не пользовалась услугами нянь и домработниц. Мурат очень ценил заботу тещи и мог в благодарность отправить ее отдыхать, например в Египет.
     Бывала в гостях и мама Мурата. Я не удивилась, когда узнала, что его родственники благосклонно отнеслись к союзу с Наташей. Кажется, сумасшедшая столичная жизнь ее нисколько не испортила, оставив такой же мягкой, честной и добродушной, как и в начале их совместного пути. Хотя со времен общаги в Гнесинке их жизнь сильно изменилась и в материальном плане: кроме приличного жилья глава семьи периодически с удовольствием обновлял автопарк. Недавно купленный Lexus GS сменил Рeugeot 607; до этого у него были Mercedes, Volvo, Saab. Мурат знал толк в хороших вещах и имел тонкий вкус. Наташа села за руль чуть больше года назад, поэтому сначала муж купил ей демократичный Daewoo Matiz, а прошлой осенью преподнес любимой Ford Focus. Семья часто выезжала за границу отдыхать — они объездили полмира, и последней страной, которую посетили, стала Норвегия: туда они отправились в самом начале января.

“Я где-то очень далеко...”

     Моя история неумолимо приближается к страшному дню 19 января, перечеркнувшему все планы, замыслы и саму жизнь певца.
     Первой моей реакцией было недоумение. Которое усилилось после того, как я прочитала о том, что якобы причина — в застарелой наркомании. Вот так с лету, по прошествии нескольких часов, поставить диагноз?..
     Насыров был нацеленным на успех здоровым человеком и самозабвенным отцом, каждый день работал (помимо директора у него была группа музыкантов — то есть от него зависели по меньшей мере несколько человек), и результаты этой работы можно было услышать на его концертах. Забвение публики? Да, в последние годы он не собирал стадионы, но часто бывал на гастролях, а в Москве уже давно многие предпочитают клубные концерты. В общем, работы хватало, и наркотикам просто не было бы места в столь плотном графике. Алкоголем он тоже не злоупотреблял.
     Пятница, вечер. Спустя неделю я сижу на кухне у Наташи, в той самой квартире на Вучетича. С ней постоянно лучшая — через года, подруга-тезка Шатеева. Говорим вполголоса, повсюду фотографии — Мурат с детьми, Мурат с друзьями, дети без Мурата: он действительно был одержимым фотографом. Один маленький снимок — с черной ленточкой. Наташа наливает мне чай, а я задаю вопрос, что же произошло неделю назад. Правда ли, что намечалась свадьба (это тоже стало новостью для меня) и — главное — нужно ли было в тот же вечер ехать на встречу с подругой.
     — Я действительно приехала утром из Нарвы — ездила поддержать девочек-коллег по “Ноткам”, они давали концерт. Мурик меня встретил, — Наташа отвечает спокойно и медленно: сказываются бессонные ночи и тягостные дни. — Был очень энергичный, зашел прямо в купе с большим цветком в горшке. По дороге домой говорил только о свадьбе: мы будем самыми красивыми женихом и невестой, у нас будет самый прекрасный праздник...
     Он в последние дни, казалось, думал только об этом — звонил мне в Нарву, чтобы посоветоваться. Был на подъеме... А вечером — да, мне нужно было отлучиться, чтобы забрать у знакомой ключи. Только сейчас я понимаю, что нужно было остаться дома. Но в тот момент даже мысли такой не возникло.
     Это было просто невозможно предугадать. И объяснить, что произошло, я тоже не могу. Это знал только он. Зато охотно берутся объяснить случившееся люди, совершенно от этого далекие. Которые, невзирая на факты, не верят в несчастный случай. В одном репортаже упомянули о якобы семейной ссоре, спровоцировавшей трагедию. Этого не было. Теща, остававшаяся с детьми в отсутствие Натальи, обожала зятя и сейчас чувствует себя плохо: все время болит сердце.
     — Бабушке досталось больше всех, — грустно говорит Наташа. Переживает она и за свекровь, которая, вопреки слухам, не обвиняла ее в гибели сына: женщины разделили это горе.
     Беспокоит и Лия: девочке пришлось слишком много пережить для своих 11 лет — ставшая свидетельницей трагедии, она сопровождала маму в Алма-Ату и за все время не проронила ни слезинки. А загонять переживания вглубь, говорят врачи, опасно...
     Маленький Аким до сих пор не знает, что папы больше нет. Прошло полмесяца, а таких слов, которыми можно объяснить ребенку, почему счастливый мир в одночасье так изменился, нет.
     Забавно, но всегда, когда мы встречались с Наташей, я шутила, что ни разу не воспользовалась нашим знакомством в профессиональных целях — чтобы взять интервью у Мурата (как-никак журналист). Интервью нет, а я все же пишу, потому что многое недосказано. Пишу о том, что этот человек просто фонтанировал идеями — ему все было интересно. Пишу о том, как не умолкали веселые голоса в их доме — словно бабочки на огонь, тянулись в уютное гнездышко друзья. И о том, как один день может перечеркнуть жизни нескольких людей. Как две подруги, обе Натальи молча сидят ночью на кухне в квартире с завешенными зеркалами. Как заканчивается история. Жизни и любви.
     



Партнеры