Детки и матки

Юные москвичи рвутся в пасечники

23 сентября 2007 в 16:30, просмотров: 688

— Зачем нужны трутни? Сколько в улье пчел? Что делать, если пчела ужалит? — детские вопросы сыплются как из рога изобилия.

Второклассники с интересом рассматривают старый улей без пчел, заглядывают в леток рабочего и фотографируются на фоне нарядной колоды в духе времен царя Алексея Михайловича.

Так с недавних пор проходят занятия и экскурсии для юных пчеловодов на “Царской пасеке” в Измайловском лесопарке.

— Трутень — это жених пчелы-матки, — подробно отвечает на детские вопросы экскурсовод-пчеловод Геннадий Таранов. — Так устроено природой, что после свадьбы, оплодотворив пчелиные яйца, он лишается части тела и умирает.

— А мне дедушка говорил, что трутней-бездельников пчелы просто выгоняют из улья, — тянет руку загорелый голубоглазый паренек.

— Верно. Не все трутни становятся женихами, хотя пользу они все равно приносят — греют деток, пока рабочие пчелы на работе. Но перед холодами, когда еды мало, пчелы действительно вытесняют оставшихся в живых трутней из дома. Бедолаги умирают от холода и голода, — объясняет Геннадий Иванович и поворачивается ко мне. — Радует, что многие ребята не понаслышке знают о жизни в ульях. Когда мы открывали наш просветительский центр, мы не подозревали, что столько людей еще любят и держат пчел. И уж никак не ожидали, что такой активный интерес будет у детей.

Даже на курсы для взрослых пчеловодов приходят шестиклассники. И приводят своих родителей. А в начале лета на пасеке взяли улей ребята из 37-го интерната. “Они научились ухаживать за пчелами и теперь обслуживают его самостоятельно. Несмотря на то что первый урожай меда удастся собрать только в следующем году, они с большим энтузиазмом изучают пчеловодство”, — рассказывают мне на пасеке.

— В одном улье живет 3—6 килограммов пчел, — продолжает наш гид. — Это примерно 30—60 тысяч рабочих пчел, около 2 тысяч трутней и одна королева-мать, то есть матка.

— А две бывает? — тут же встревает с вопросом вихрастый мальчуган.

— Видал я такие семьи, но только существуют они недолго. Вскоре матки дерутся, и победительница убивает более слабую.

Мы с ребятами обходим маленький прудик, по которому плавают опавшие кораблики-листья. Геннадий Иванович показывает разные виды ульев, рассказывает о том, как добывали мед в стародавние времена. Вдруг раздается грозный рык — и через поредевшие кусты малины к нам ломится кто-то тяжелый и коричневый. Одна девчонка в страхе вскрикнула, ребята вопросительно вытаращились на экскурсовода: неужели настоящий медведь?!

Медведь, конечно, оказался ненастоящим. Но зато дети на собственной шкуре пережили опыт предков.

Добывать мед им приходилось, соревнуясь с медведями и, конечно же, пчелами. Оказывается, много веков при добыче этого лакомства пасечников нещадно кусали хозяйки меда. И только в 1814 году русский самородок Петр Прокопович придумал съемную рамку, которая позволяет доставать мед, особо не тревожа пчел.

— Вообще наши соотечественники внесли огромный вклад в развитие всемирного пчеловодства, — после прогулки встречает нас на крыльце деревянного терема заведующий просветительским центром Александр Сержантов. — Например, известный химик Бутлеров писал книги по пчеловодству. А пчеловода Абрама Титова в середине позапрошлого века пригласили поучиться в Америку. Так он, наоборот, американцев начал учить и даже изобрел клеточку для подсадки матки в улей, которая теперь носит его имя.

На территории измайловской пасеки в 1865 году августейшие особы открыли первые в мире курсы по научному пчеловодству. А в начале ХХ века здесь располагалось аж два музея пчелы. Недавно курсы и один из музеев возродились.

— Серьезно интересоваться пасекой ребята начинают лет с 13—14, — говорит Александр Владимирович, — детей младшего возраста мы просто знакомим с жизнью пчелиной семьи, проводим экологические игры, познавательные экскурсии.

Тем временем ребят рассаживают в беседке около пруда. Начинается практическое занятие. Малышей угощают местным медом и учат делать обереги из бересты.

— Когда я была маленькой, часто заглядывала в щели забора, чтобы рассмотреть эту пасеку, — вспоминает одна из присутствующих мам. — Мечтала сюда попасть, но все было закрыто. Нашим детям повезло — есть куда прийти, узнать что-то новое. Моя Маша здесь уже третий раз. Теперь уговаривает дедушку поставить ульи на даче.

— Правильно делает, — улыбается в усы Геннадий Иванович. — Дети понимают, что мы, пчеловоды, на самом деле контактеры с другой цивилизацией. И еще неизвестно, какая цивилизация старше и разумнее — человеческая или пчелиная.



    Партнеры