Маша — теперь уже точно наша

Шарапова наконец-то сыграла за Россию. И принесла нам победу над Израилем

3 февраля 2008 в 17:55, просмотров: 649

Женская теннисная сборная России сезон начала ударно — в первом матче Fed Cup-2008 действующие обладательницы приза победили в гостях команду Израиля. Причем запомнятся эти игры капитану нашей дружины Шамилю Тарпищеву наверняка не только долгожданным дебютом в составе национальной команды Марии Шараповой, которая, кстати, в обеих своих одиночных встречах победила...

Ночь с субботы на воскресенье — перед решающим днем четвертьфинального матча Кубка Федерации-2008 — капитан сборной России по теннису Шамиль Тарпищев, судя по всему, провел без сна. Да, по идее должны были выигрывать одиночные встречи и Мария Шарапова, накануне уверенно, хотя и с некоторыми трудностями победившая Обцилер, и Анна Чакветадзе, которая заменила уступившую первой ракетке Израиля Пеер Сафину. Да и у пары нашей в любом сочетании (и Чакветадзе—Веснина, и Сафина—Веснина) шансы были очень хорошими. Но проблем у российской сборной, мягко говоря, хватало…

Шамиль ТАРПИЩЕВ: “Я подал жалобу на главного судью”

Иначе как экстремальным этот израильский четвертьфинал не назовешь. Стрессы обрушивались на нашу команду один за другим. И только один человек мог досконально обрисовать ситуацию изнутри — что Шамиль Тарпищев и сделал в эксклюзивном интервью “МК”.

— Вы ждали, что Динара Сафина так обидно проиграет Шахар Пеер и что первый день закончится с равным счетом?

— В принципе да. Конечно, могло быть и лучше, Динара прекрасно начала, задала высокий темп, но ее соперница “вработалась в скорость”. И надо было варьировать игру, а Динару сковало, она уже не могла перестроиться. Кроме того, сказался мандраж. Она ведь могла повести во второй партии 4:1, но не реализовала свои возможности.

— После первого дня прошла информация, что Шарапова не будет играть вторую “одиночку” — против Пеер. Якобы потому, что Маша изначально планировала провести за сборную только одну игру…

— Что за ерунда, конечно, я и планировал поставить ее против Пеер!

— Как вы вообще оценивали шансы обеих команд после первого дня?

— Считал, что они чуть предпочтительней у нас, но подготовка-то была сломана. Все в итоге играли с браком.

— Как вы считаете, Шараповой было морально тяжело в ее первом матче за российскую команду — пусть даже против 85-й ракетки мира Ципоры Обцилер?

— Первое, что она сказала, когда мы пришли в раздевалку после игры: “Неужели на Кубке Федерации всегда так болеют?” Явно была в шоке от поведения израильских болельщиков. Публика на самом деле вела себя дико. Кричала между первой и второй подачами, а во время трех последних геймов зрители стали ее просто передразнивать… Я был так возмущен всем этим! Мы потом долго ругались с главным судьей, но так и не нашли общего языка. Я объяснял ему, что такое поведение на трибунах непозволительно, что положено в таких случаях сначала делать предупреждение, а потом снимать с игрока, за которого так болеют, очко. Но судья явно боялся публики, не хотел идти против нее. Я сказал: “А что будет, если до драки дело дойдет?” Но ничего в итоге не было сделано, хотя вопиющих моментов было по крайней мере десять. И я написал письмо с жалобой в Международную федерацию тенниса, чтобы уже там в ситуации разобрались…

— Многие издания цитировали Машины слова после матча о том, что она якобы даже радовалась жуткому дождю накануне четвертьфинала…

— Да она не радовалась, она просто работала в пользу команды. И чтобы соперницы не думали, что непогода нас сломила, решила пошутить: когда ее спросили, помешали ли ей дожди, сказала, что, наоборот, из-за дождя она получила лишних два дня отдыха после Australian Open. И вообще она сказала, что она очень счастлива, что ей хорошо в команде и все нравится.

— Шамиль Анвярович, а в каком состоянии была Аня Чакветадзе накануне воскресных матчей?

— В плохом. А когда меня спросили, почему я изначально заявил на парный матч Чакветадзе и Веснину, я ответил: “Чтобы девочки могли сфотографироваться!”

— Даже так? Забавно! Но прозвучало, если честно, как-то невесело…

— Да уж…

— Я тут еще кое-что прочитала и, честно говоря, не поверила. Правда, что Маша не захотела общаться с российским послом и вроде как сказала: пусть, мол, приходит на пресс-конференцию?

— Да что за бред, я не пойму! Наоборот, мы в субботу целый час в гостинице общались с послом, так мило поговорили, расцеловались... Он уделил нам внимание еще в первый день нашего пребывания в Израиле. Я был у него в резиденции, и Маша с ним тогда общалась. Он с самого начала так нас поддерживал и полностью разделял неудовольствие по поводу поведения местной публики.

— Помнится, во время финала Кубка Дэвиса, когда мы играли против хорватов, местная публика вела себя не менее дико.

— Ну, те-то хоть знали, когда можно кричать, когда нельзя. А тут вообще никто ничего не понимает…

Юрий ЮДКИН, первый тренер Шараповой: “Я прыгал от радости как ребенок!”

Затем корреспондент “МК” дозвонилась в Сочи Юрию Юдкину. И хотя было довольно поздно, первый тренер Марии Шараповой еще не спал: был на эмоциях после матча своей любимицы, которую тренировал в раннем-раннем детстве…

— Юрий Васильевич, я просто не могла не позвонить вам в такой момент — все-таки Маша сыграла свой первый матч за сборную России… Каковы ваши ощущения?

— Ну что сказать, начала великолепно. В первой партии просто разгромила эту Ципору. Но во второй я очень боялся, что Маша может проиграть из-за трибун. От этого дикого шума — они же там просто какой-то сумасшедший шум устроили. Кажется, там вся местная сборная по футболу пришла кричать. И никакие правила на людей не действовали. Беспредел! И по глазам Маши было видно, что внутри она все это переживала. Я всегда первым делом смотрю ей в глаза, потому что по взгляду сразу могу понять, что с ней происходит. И если бы произошел срыв — мгновенно бы это увидел. Но я не увидел, и мне это так понравилось! Маша не утратила боевого духа, умница!

Хотя, конечно, вся эта ситуация на нее давила. И во втором сете начались “качели”. Еще и потому, что Машина соперница почувствовала эту сумасшедшую поддержку и начала играть просто здорово. А Маша этого не ожидала.

Она ведь и сама продолжала играть очень прилично. Но израильтянка-то вдруг стала все доставать гораздо лучше, чем в первой партии. И меня это ужасно настораживало. Маша вправо — та вправо. Маша влево — та влево... И все тащит и тащит, а счет растет! И меня не покидала мысль, что, конечно, Маша молодец, но если она отдаст вторую партию, то еще неизвестно, что будет в третьей. Потому что тогда может случиться тот самый психологический надлом, как был в финале Austrаlian Open в прошлом году, когда она проиграла Серене Уильямс. Но не тут-то было! И не стоило на этот раз сопернице ждать такого подарка. Маша даже кулачком на трибуну показала: мол, фиг вам! И добила ее.

— Думаю, после такой блестящей победы на Australian Open в этом году у Маши внутреннее состояние совсем другое…

— Ой, ну это безусловно. К тому же в прошлом году ее мучили травмы одна за другой. Зато теперь у нее психологическое состояние улучшилось, она стала еще крепче, чем была.

— А помните, вы боялись, что она вообще закончит карьеру?

— Помню. Но она все-таки оказалась очень сильной личностью. Я так за нее рад! Думаю, теперь она с еще большим желанием поедет на Олимпийские игры — биться за золотую медаль для России…

— А мне кажется, израильские болельщики только себе самим своими дикими криками навредили. Все-таки Маша из тех, кого лучше не злить, это только больше ее заводит…

— Вот именно! И теперь я в этом убедился! А когда Маша выиграла — я знаешь что делал? Я от радости прыгал как ребенок!



Партнеры