Игра без сумасшествия

Георгий Войлочников победил на конкурсе им. Скрябина

5 февраля 2008 в 18:08, просмотров: 377

Ну что, уж и в “высокой” музыке все привыкли к “медийным” именам? Мацуева да Луганского подавай? Так вот вам: фортепианный конкурс им. Скрябина только что “взял” никому не известный Георгий Войлочников. Взял причем не просто так, а с “несуразинкой”: в третьем туре не доиграл одну скрябинскую пьесу. Занервничал-забылся. Ушел за кулисы. А там ему и говорят: “Георгий, а вы разве всю программу исполнили?” А-а… Опомнился. И снова не выйдешь — аплодисменты уже отзвучали. Но администраторы просто вытолкнули пианиста на сцену…

Георгий — “наш”, консерваторский. Хотя сам родом из Воронежа. Ему всего-то — 22.

— Знаете, это мой первый “взрослый” конкурс: моральная нагрузка очень серьезная. Пока участвуешь — вроде “хватаешься” за музыку, она тебя вытягивает, держишь тонус. Но вот все кончилось — и тут-то понимаешь, чего тебе это стоило…

— Когда узнали, что вы первый, выпили, расслабились?

— Выпить — нет. Мое “расслабление” — посидеть в компании близких людей. Или в родной Воронеж поеду — там мама, папа, братишка мой…

— Он тоже “пошел по музыке”?

— Ему бы пешком пойти: всего-то два года! Нет, в Воронеже здорово. Вот с друзьями на байдарках пойду…

— Сейчас на каждом углу слышишь — “харизма, харизма”. Вот и у вас — волосы длинные, бородка… Что это — яркость, свобода?

— Ну, мне так удобнее. За волосами специально не слежу, а бородка требует внимания, не выйдешь же неопрятным…

— Как в музыку “попали”? Всё мама, да?

— Не угадали — папа. Это он закончил в Воронеже фортепианный факультет и с 3 лет стал привлекать меня к инструменту…

— Странно, что вы не возненавидели рояль.

— А папа был очень гибким педагогом. Никто меня “на стезю” не толкал, в музшколу за ручку не водил, я сам выбрал свое будущее. Даже пробовал писать, но композитор из меня никудышный… Кстати, лет с восьми я “нашел” и Скрябина.

— Кстати, именно вы — редкий случай! — исполнили во втором туре вещи Алексея Станчинского…

— Да, талантливый композитор, утонул в 26 лет, но оставил после себя огромное наследие. Странно, что Скрябин как-то не очень лестно о нем отозвался, назвав “оголенными нервами”. Но мне он очень дорог — эта его глубина и ясность высказывания даже в жанровых зарисовках…

— Шопен вам тоже дорог. Его Вторую сонату с похоронным маршем играли?

— Нет. Я недостоин. В этой сонате столько боли, она физически непереносима…

— А на современном олимпе у вас есть идеалы?

— Плетнев — да. И как пианист, и как мыслитель. А еще мой педагог — Станислав Иголинский. Мастер потрясающий. И так несправедливо, что ему не дают играть…

— Вот несколько концертов было…

— Несколько? После конкурса Чайковского в Москве и королевы Елизаветы в Брюсселе он играл по 150 концертов в год! Музыкант такого уровня достоин куда большего, чем эти “несколько концертов”. Ужасно обидно. Ведь публика от этого теряет…

Однако Георгий уже спешит на репетицию. В подарок за первое место ему полагается сольный концерт в Гданьске, а также очаровательный концерт в Ивановке (поместье Рахманинова в Тамбовской губернии). Ничего не попишешь — начинается трудная жизнь знаменитости.



Партнеры