ПРОКЛЯТИЕ ПЕТРОВА И ВАСЕЧКИНА

15 ноября 1999 в 00:00, просмотров: 1328

Процесс рождения Петрова и Васечкина был труден и непрост. Их путь к зрителю был ужасен. Легкомысленные сорванцы и бездельники несколько лет сковывали силы огромного цензурного аппарата советской страны. За все это безобразие измученные борьбой чиновники могли смело благодарить режиссера и сценариста Владимира Аленикова, которого можно по праву считать отцом двух знаменитых киногероев и их прекрасной подруги Маши. По замыслу Аленикова, голубые экраны вместо высокоидейных и вымуштрованных юных ленинцев заполонили самые что ни на есть несознательные и отстающие элементы, для которых пионерский галстук служил скорее надоедливым аксессуаром, нежели священным символом. Едва ли не впервые в советском кинематографе дети стали похожи на самих себя. Сейчас Владимир Алеников закончил работу над своим новым фильмом "Война Принцессы". В нем речь также идет о современных детях, которые любят, ненавидят, стреляют друг в друга, как взрослые. Но это уже совсем другая история. Кто такие Петров и Васечкин? А начиналось все с "Ералаша", куда Владимир Алеников направил свои стопы с целью самореализации. К тому времени детское юмористическое чтиво оставалось чуть ли не единственным местом, где он мог снимать кино на официальных началах. В силу массы серьезных причин Аленикову долго не удавалось пробиться в элитарную когорту советских кинорежиссеров. Поэтому первые свои три картины он снимал на собственные деньги, которые зарабатывал переводами. Покупал пленку на задворках у операторов, монтировал по ночам на студии, платил сторожам... Тогда и возникла идея пойти в только что открывшийся журнал "Ералаш". Собрав волю в кулак, Алеников обратился к Александру Хмелику и Борису Грачевскому. — Хмелик предложил придумать ему какой-нибудь сюжет. Через день я к нему приехал и показал написанные мною тридцать восемь историй. Для меня это не составило особой проблемы. Одно время я преподавал в школе, был даже исполняющим обязанности директора, поэтому определенный жизненный опыт у меня присутствовал. Так началась карьера Аленикова в "Ералаше". Постепенно стараниями Владимира Михайловича среди прочих киножурнальных персонажей обозначились два не обремененных излишними знаниями и строгой дисциплиной школяра — Петров и Васечкин. Поначалу их внешний и внутренний облик спонтанно варьировался, но с годами два маленьких негодника приобрели вполне конкретные черты. Петров — слегка упитанный добродушный романтик, Васечкин — юркий и пронырливый шалопай. Такие смачные типажи просто не могли остаться незамеченными. С ними надо было что-то делать. И Алеников сделал. А кто, собственно, такие эти Петров и Васечкин? Откуда они взялись на нашу голову? — У меня был хороший школьный приятель Петя Брандт. Петров списан в первую очередь с него. А Васечкин — это фамилия еще одного мальчика из нашей школы. Хотя, с другой стороны, Васечкин — это скорее всего я сам. В юности я был очень резвым и энергичным. Меня постоянно выгоняли из школы — из одной, другой, третьей... Родители были в ужасе. Мне было очень скучно на уроках, поэтому я без конца занимался изобретением каких-то авантюр. Как выяснилось, предложение Одесской киностудии написать сценарий о Петрове и Васечкине поступило Аленикову весьма вовремя. После неудачной судьбы его фильма "Жил-был настройщик" с Роланом Быковым и Еленой Санаевой он понял, что в Москве шансов получить еще одну постановку у него практически нет. Тем более что сделать это для него было не так уж и сложно, так как рассказов про Петрова и Васечкина накопилось порядка полусотни. Для своей первой официальной полнометражной картины "Приключения Петрова и Васечкина" Алеников набрал большую команду дебютантов. К вящему ужасу чиновников от кино, впервые на экране появились раскрепощенные, независимые и отвязные дети совершенно из другой жизни. Воскрешение товарища Сухова Надо сказать, что в поисках детей перешерстили всю Москву, Киев, Одессу и Ленинград. Через руки киношников прошло около семи тысяч ребят. В итоге всю троицу обнаружили в Ленинграде. Васечкиным по воле случая, а вовсе не по блату, стал сын старого друга Владимира Аленикова — хореографа ленты, а ныне театрального режиссера Владислава Дружинина. Когда, пройдя все пробы, Егор Дружинин был утвержден на роль, он спросил у режиссера: "А Петрова вы нашли? Если нет, я вам сейчас его приведу". Действительно, Егор был прав. Его приятель Дима Барков, с которым он сидел за одной партой, оказался идеальным кандидатом на роль. Больше никого искать было не надо. Сыгравшая Машу Старцеву Инга Ильм сразу покорила всю съемочную группу. Она пришла с двумя своими блюдцами вместо глаз и по прочтении сценария заявила: "Знаете, я думаю, что это очень хорошая трогательная история любви, но она должна быть смешная, потому что дети еще маленькие". Окончательно вопрос в ее пользу решил следующий инцидент. Алеников отозвал в сторону Петрова и Васечкина, указал на стоящую неподалеку группу девочек и спросил: "Скажите мне честно, кто из них настоящая Маша Старцева?" Ребята хором заявили: "Инга". Вопросов больше не было. Кроме детей, в ленте снималось много замечательных актеров: Софико Чиаурели, Юрий Медведев, Людмила Иванова... Учительницу французского языка и классную руководительницу Петрова и Васечкина играла первая жена Владимира Аленикова Инна. Анатолий Кузнецов сыграл самого себя. Вернее, второй раз в жизни, спустя 12 лет, он снова стал товарищем Суховым. Для достижения абсолютного сходства с героем "Белого солнца пустыни" пришлось даже разыскать на "Ленфильме" его старую красноармейскую гимнастерку и полностью восстановить грим. Не пионерская пластика Но настоящие проблемы были впереди. Наверное, сейчас трудно себе представить, что невинный, аки горлица, детский мюзикл пролежал на полке Госкино целых два года. Надо обладать логикой тогдашних охранителей социалистических устоев, чтобы понять, почему советским детям не рекомендовалось знакомиться с приключениями двух веселых пацанов и их боевой подруги. Первым актом комедии стал визит Аленикова к директору телевизионного объединения "Экран" Борису Хессину, который должен был дать "добро" свежеиспеченной картине. К удивлению режиссера, фильм не просто не приняли, а не приняли со скандалом. Хессин хлопнул кулаком по столу и сказал: "Вот этого мы показывать не будем никогда! Это не пионерская музыка, не пионерская пластика и вообще сплошные американизмы". Что вообще невозможно понять, так это то, что после "закрытия" одного кино Аленикову тут же поручили снимать другое, причем о тех же Петрове и Васечкине. Несмотря на протесты режиссера, которого перспектива всю жизнь снимать фильмы о двух обормотах совсем не радовала, резолюция начальства была вполне четкая: "Надо — значит, надо". Так возник второй шедевр из пионерской жизни — "Каникулы Петрова и Васечкина". По сценарию, в основу двух серий детского мюзикла — "Хулиган" и "Рыцарь" — легли до боли знакомые литературные хиты "Ревизор" и "Дон Кихот". В итоге вышла совершенно невероятная сатира: пионеры в роли чиновников, дающих взятки, и председатель совета отряда в виде городничего, трясущегося от страха перед начальством. Такого поругания пионерской чести советские кинобоссы выдержать не могли. Приговор был короток, но красноречив: "Спасибо, до свидания". Фильм отправился на полку, а карьеру Аленикова можно было считать практически завершенной. Тем не менее, пока в Москве "Петров и Васечкин" благополучно пылились в недрах монстроподобного Госкино, Одесская студия на свой страх и риск стала посылать обе ленты на всевозможные кинофестивали. Как и следовало ожидать, веселые истории заработали кучу призов в Киеве, Хихоне и Братиславе. Но на столичных церберов эти достижения, судя по всему, никакого эффекта не произвели. Слезные запросы не самых последних в стране людей — Наталии Сац, Дмитрия Кабалевского, Сергея Михалкова, Анатолия Алексина — с просьбой допустить фильмы до экрана остались без ответа. Чиновник, валяющийся на ковре Далее последовал второй акт увлекательной комедии. Как это было принято при советской власти, все направляемые в верха жалобы приходили именно к тому человеку, на кого жаловались. В результате вышеозначенная кипа писем и запросов деятелей отечественной культуры оказалась в руках зампреда Гостелерадио Сергея Лапина — Энвера Мамедова, который немедленно вызвал строптивого Аленикова к себе. — Я вошел в огромный кабинет и, к своему удивлению, не обнаружил хозяина. Вдруг откуда-то снизу послышался голос: "Ну чего стоишь? (Оказалось, что в этот момент Мамедов в самой вольготной позе лежал на ковре.) Ты чего ко мне с торбой пришел?" (На моем плече висела сумка.). После этого он все-таки встал, посмотрел на меня через стол, потряс пачкой злополучных писем и рявкнул: "Ну чего воняешь? Думаешь, тебе это поможет? Вместо того чтобы этим вот заниматься, лучше бы подумал, что снимаешь!" Он принялся грозить кулаком. Но в это время ему позвонили по "вертушке", он отвлекся, замахал на меня руками, и я ушел. Стало понятно, что дело плохо. Поэтому Алеников решил обратиться лично к самому председателю Гостелерадио Лапину. — Меня на удивление быстро с ним соединили, после чего состоялся совершенно знаменательный разговор, который я запомнил слово в слово на всю жизнь. Я объяснил Сергею Георгиевичу, что замечательные детские фильмы неизвестно по какой конкретно причине который год лежат на полке. Затрачены впустую огромный труд и огромные деньги. На что Лапин ответил: "Ну, голубчик, а что же вы хотите? Фильмы-то очень уж плохие. Просто ужасные, невозможно смотреть". На мои отчаянные доводы об успехах картин на международных фестивалях последовали обескураживающие слова: "Так это же капиталистические фестивали. Они специально награждают, чтобы нас подставить. У вас вообще, голубчик, есть какая-то другая профессия? Нет? Очень жаль, потому что в кино вы больше работать не будете. Всего вам доброго". И вешает трубку. Как выяснилось позднее, по старинной советской традиции Лапин даже и не думал смотреть "Петрова и Васечкина". Но от этого его высочайший вердикт не становился менее убийственным. Похоже, двум замечательным пацанам, не вписывавшимся в суровые идейные рамки, было суждено остаться в небытии навеки. Кремлевское благословение Но несмотря на бесконечные неудачи, постигшие Аленикова в его почти мифической борьбе за судьбу своего детища, он не оставил надежды на лучшее будущее. Началась кульминация увлекательного действа, которое по завязке сюжета и царящим в нем страстям было способно переплюнуть любой голливудский блокбастер. Хорошенько поразмыслив, режиссер решил обратиться к руководителю любимой партии товарищу Андропову. Выше никого не было. Но как добраться до генсека? Алеников вспомнил, что, по слухам, его дочь работает в каком-то московском музыкальном журнале. После недолгих поисков с телефонным справочником в руках выяснилось, что сановная дама служит в издании "Музыкальная жизнь". Окрыленный удачей, режиссер тут же отправляется в редакцию, где находит свою последнюю надежду в лице Ирины Юрьевны Андроповой. — После того как я столкнулся с дочерью генсека, между нами завязался весьма примечательный разговор. Отступать дальше было некуда, поэтому я сразу же перешел в атаку: "Здравствуйте, Ирина Юрьевна, я такой-то режиссер, снял такие музыкальные фильмы. Мне бы очень хотелось, чтобы вы их посмотрели. Все-таки ваш журнал музыкальный. Я очень почитаю ваше издание и ваш талант, поэтому мне очень важно, как вы откликнетесь". Разумеется, при таком напоре ее охватывает легкий шок: "Ради бога, я сейчас позову сотрудника, который специализируется по кино, а я занимаюсь совсем другими вещами. Поверьте, у меня совершенно другие интересы". Но я не отступал: "Одну секундочку, Ирина Юрьевна. Понимаете, дело в том, что ваши статьи и публикации производят на меня наиболее сильное впечатление, поэтому для меня принципиально, чтобы именно вы могли оценить то, что я сделал. У вас есть дети? Ну вот и отлично. У вас — дети, а у меня — детское кино. Давайте покажем его ребятам и посмотрим на их реакцию. Я все сделаю, чтобы вам было удобно. Может быть, у вас дача есть. Есть? Ну, вот видите. Я готов привезти фильмы даже на дачу. Не надо? Хорошо, я приеду на студию". Таким образом мы играем в эту игру часа полтора, пока наконец Андропова не сдается: "Ну ладно. Когда?" Дело происходит в пятницу, и мы договариваемся на понедельник. После такой потрясающей удачи я почувствовал себя хозяином положения. Вернулся домой, позвонил на студию в приемную директора Бориса Хессина и настойчиво попросил заказать зал на понедельник на пять часов подряд. После чего произнес свою звездную фразу: "Семья Андроповых приедет смотреть мое кино". Далее события начали развиваться молниеносно. В субботу в восемь утра в квартире Аленикова раздался звонок. Режиссера разбудила зампред Лапина Стелла Жданова. Самым что ни на есть невинным голосом она сообщила, что волноваться не из-за чего, все идет замечательно, и "Петров и Васечкин" уже стоят в плане показа. Пожелав Аленикову всего хорошего, она посоветовала ему как следует изучить телевизионную программу. Как был, в пижаме, ошарашенный режиссер помчался к почтовому ящику, извлек оттуда газету "Правда" и с удивлением обнаружил, что на следующую субботу и воскресенье намечена премьера многострадальной ленты. Думается, многим людям пришлось здорово попотеть в пятницу вечером, чтобы успеть изменить все планы и внести соответствующие изменения в типографии. В связи с таким неожиданным поворотом событий надобность в высочайшем просмотре отпала сама собой. Андропова и Алеников созвонились, пожелали друг другу удачи и, ко всеобщему удовольствию, отменили предполагаемый киносеанс. Что общего у Васечкина и Филиппа Киркорова? Судьба легендарной троицы сложилась по-разному. Но, судя по всему, Петрову, Васечкину и Маше удалось найти себя в жизни. Егор Дружинин закончил Ленинградский институт театра, музыки и кино. Некоторое время проработал в питерском ТЮЗе. Потом уехал в Нью-Йорк, где окончил знаменитую танцевальную школу. На конкурсе степистов в Нью-Йорке он даже умудрился получить золотую медаль, оставив далеко позади себя традиционно сильных в танцах афроамериканцев. В настоящий момент Егор живет в Петербурге. Он стал достаточно известным хореографом. Скажем, все движения в некоторых клипах Филиппа Киркорова и "Блестящих" — его непосредственная заслуга. Дима Барков первоначально ударился в бизнес. Это, собственно, ему удалось — дела шли замечательно. Но совсем неожиданно его снова потянуло в актеры. В результате он плюнул на все и сейчас заканчивает Петербургскую академию театрального искусства. Даже после успеха своего дебютного фильма Инга Ильм ни за что на свете не хотела становиться актрисой. Она собиралась быть биологом, бредила белыми мышами. Но судьба распорядилась по-иному, и сейчас Инга — актриса Московского театра имени Пушкина. Она отснялась в огромном количестве самых разных картин. Вышла замуж за ирландского режиссера. Живут они в Москве. Правда, одно время она так же, как и Егор, уезжала в Штаты. Но потом вернулась. Здесь ей нравится намного больше. Интересно, что у Инги до сих пор тянется одна невероятная история с неким молодым человеком, связанная с приснопамятными "Петровым и Васечкиным". После выхода фильма на экраны он долго писал ей из одного маленького далекого городка. После чего периодически приезжал в Москву с надеждой воочию увидеть предмет своей страсти. В итоге он так и не женился. Решил пойти в кино, закончил ВГИК, стал сценаристом. Судя по всему, он так и не осознал до конца, что его дело безнадежно. Инга навсегда поселилась в его сердце и, скорее всего, уже никогда его не покинет.



    Партнеры