Марат САФИН: Донор ДЛЯ МАДОННЫ

28 ноября 1999 в 00:00, просмотров: 356

МК В ВОСКРЕСЕНЬЕ Честно признаться, из всех участников завершившегося недавно Кубка Кремля мне почему-то больше всего хотелось пообщаться с Маратом Сафиным. Точно объяснить, почему именно с ним, а не, скажем, со второй ракеткой мира Евгением Кафельниковым, — затруднюсь. Может быть, это проявление того, что о Марате за последний год говорят поболе, чем о Кафельникове, может, потому что он привлекает своей манерой говорить, а Женя, кажется, ставит, пусть и абсолютно заслуженно, барьер. Любой ответ на вопрос Марат неизменно украсит нестандартной формулировкой. Например, когда наша сборная играла с немцами матч Кубка Дэвиса, на пресс-конференции Марат, объясняя причины своего поражения, не отделался банальным, типа да вот так плохо я сыграл, а выступил в своем стиле: “...да и в каком-то эпизоде я лоханулся” или же: “мы ведь не на первенство водокачки играем”. Так или иначе, чтобы пообщаться с Маратом, как это модно говорить, эксклюзивно, а не довольствоваться только тем, что теннисист скажет на пресс-конференции, за ним пришлось изрядно побегать. То они с Андреем Медведевым затягивали свои парные игры до полуночи, то Марат вежливо отказывался от приватной беседы, ссылаясь на то, что ему нужно тренироваться. Но все-таки в последний день московского турнира наконец-то удалось "заарканить" Сафина. "Пятнадцать минут, не больше!" — отрезал Марат. Однако выделенная мне четверть часа по обоюдному желанию растянулась минут на сорок... Над нашими головами гудели трибуны спорткомплекса "Олимпийский" (Марат сказал, что так неистово болельщики ведут себя только в Испании, где они готовы в любую секунду разорвать судью, если тот "не так" свистит). Евгений Кафельников в финале разделывал зимбабвийца Байрона Блэка, названного родителями из-за непомерной любви к творчеству великого английского поэта Джорджа Гордона Байрона. А мы беседовали, сидя под трибунами на пыльной тележке, на которой книжные ярмарочники перевозят тонны "лучшего подарка". Добавлю, что колесная техника была настолько пыльная, что ослепляющие своей белизной спортивные шорты Марата к концу нашего разговора в отдельных местах приняли грязновато-серый тележечный оттенок... — Марат, а в следующем году мы сможем вот так, по-простому, под трибунами посидеть и поговорить? — Почему нет? Вот многие начинают говорить обо мне, будто я попал под "влияние" Жени Кафельникова, хожу, задрав нос, и со мной становится трудно общаться. Это не так. Поймите, если теннисист начнет уделять внимание каждому журналисту, то у него не останется времени на теннис. Ведь невозможно триста шестьдесят пять дней в году давать интервью. Кто-то может воскликнуть: "Но ведь это часть вашей работы!" Нет, наша работа целиком вон там, на корте. А с другой стороны, сам знаешь, что журналисты такое порой напишут — читать противно! — И что, про тебя уже успели какую-то пакость написать? — Да один иностранный журналист насочинял в своем творении, что я после тренировки виски бутылками пью. Его счастье, что он мне на глаза не попался... — Марат, вот есть такой слушок, будто Мадонна хотела пополнить свой банк спермы и твоим образцом. Поправь, если что. — Кажется, я что-то об этом слышал. Правда или нет — трудно судить. — А если это не слух, согласился бы? — Ну как можно рассуждать о том, чего нет. Вот если бы позвонила Мадонна и сама конкретно предложила бы... Другое дело, можно было бы и подумать... — Чего тут думать! Представляешь, берет поп-звездища и рожает от тебя ребенка! Круто! (Тут возникла пауза, и я уже начал сожалеть о своем вопросе. Приготовился к тому, что Марат встанет, пошлет куда подальше и впредь ни за что не согласится давать мне интервью. Конечно, я могу и ошибаться, но здесь и проявилась вот именно эта характерная для девятнадцатилетнего парня черточка — приятный собеседник, который практически никогда не лезет за словом в карман.) — Наверное, это действительно будет круто... По правде говоря, этот вопрос я задавал уже в самом конце беседы, чтобы на всякий случай обезопасить себя от вышеуказанных последствий. Все-таки шутки шутками, но главное, чтобы не было перехлеста. С другой стороны, какое бы ни было безграничное чувство юмора, даже такое, как у Сафина, — и оно может иметь четкие пределы. Кстати, вполне вероятно, что Марат попросту решил мне подыграть в силу своего тонкого чувства юмора. Ему как-то устроили блиц-опрос, и среди вопросов фигурировал такой: самая ненужная вещь в вашем доме? Молниеносный ответ Сафина — мыло. Позже я поинтересовался — правда, что ли? Марат улыбнулся и сказал, конечно же, нет, это просто шутка. Что ж, со временем, наверное, Марат Сафин станет эпатажной личностью — в хорошем смысле этого слова. И совсем необязательно, как Деннис Родман, разукрашивать себя целиком во все цвета радуги. У Марата будет свой конек — манера общения. Ведь уже сейчас, скажем, пресс-конференции с его участием превращаются в театр одного актера: Сафин запросто может прийти на нее в майке, надетой наизнанку (Кубок Дэвиса, четвертьфинал против словаков). Или же, отвечая на один заданный ему вопрос, в ответ задать десяток: — Скажите, Марат, могло показаться, что вы сегодня играли без желания, — интересуется журналист. — А вот вы скажите, сколько раз вы меня видели "живьем" на корте, — добродушно парирует Марат. — Три. — Три раза всего?! Ну и как в таком случае вы можете делать выводы о том, что я сегодня играл без желания! Примеров можно еще массу привести. Ей-богу — артист разговорного жанра. Иногда, правда, людей с подобным поведением пытаются урезонить, мол, языками чесать все мастера, лучше на корте себя покажите. Яркий пример — Анна Курникова, любой разговор о которой сводится к обсуждению достоинств ее фигуры, как некоторые считают, красоты и умилению, как эротично и возбуждающе она смотрится в рекламе бюстгальтеров (рекламу, правда, я не видел, но полагаю, что она просто прелесть и действительно возбуждает). А достижений-то теннисных у Анюты — кот наплакал. А вот Марат Сафин, на мой взгляд, успешно совмещает и то и другое: — Жалко, в этом году мне не удалось пробиться в двадцатку сильнейших. И ведь были возможности! Например, открытый чемпионат Франции. Если бы прошел я тогда словацкого теннисиста Доминика Хрбаты, стопроцентно входил бы во вторую десятку. То же самое скажу и о Кубке Кремля: выход в полуфинал гарантировал бы мне желаемое место в рейтинге. Однако ту задачу, которую ставил себе перед началом сезона, я выполнил на сто пятьдесят процентов: выиграл турнир в Бостоне и дошел до финала турнира супердевятки в Париже. А финал против Андре Агасси опустошил меня эмоционально, и в Москве ровным счетом не смог ничего показать. И конечно, от этого сезона самый горький осадок — поражение в Австралии в Кубке Дэвиса... — Марат, сезон для тебя завершен, но ты, практически не побыв дома, с родителями, уезжаешь в Испанию. Почему? — Тренироваться надо, готовиться к следующему сезону. Ведь, как все знают, с 2000 года вводится новая система подсчета рейтинговых очков. И смысл заключается в том, что чем больше турниров проводишь и добиваешься хорошего результата, тем твои шансы на высокие места повышаются. Можно возразить — теннисист, по идее, может не выиграть и одного турнира и быть первой ракеткой мира. Но, как мне кажется, чтобы так было, надо демонстрировать суперстабильную игру. Но по ходу сезона постоянно находиться в прекрасной форме невозможно, так же, как и избежать спадов в игре. Но если получится так, что кто-нибудь из тура, не победив ни в одном турнире, займет верхнюю строчку рейтинга, то это будет характеризовать его только с наилучшей стороны. — Тренироваться — это никогда не вредно. Но тебе не кажется, что, демонстрируя только силовой стиль игры, этим ты себя заметно обедняешь и зачастую именно из-за этого проигрываешь? — Как сказать. Каждый для себя выбирает то, что ему ближе, и то, что ему по силам сделать. Да, Марат Сафин — это игрок задней линии, у которого есть проблемы с первой подачей. А Женя Кафельников может разводить, раскатывать соперника по углам корта, у него лучше чувство мяча, он мастерски исполняет крученые, резаные удары. Разумеется, и в моем техническом арсенале все это есть, но получается несколько хуже. — А ты не боишься, что твои теннисно-игровые недостатки не позволят тебе в конечном итоге занимать самые высокие места? — Знаешь, в моем возрасте поздно переучиваться. Про себя скажу, что не хватает координации, нет хорошего чувства мяча, но то, что у меня получается, всегда стараюсь довести до совершенства. Но если недостатки помешают добиться в теннисе больших результатов... Значит, судьба такая. — Да, Марат, а когда ты в последний раз испытывал чувство страха? — Летом, когда пошел на прием к стоматологу пломбу вставить. Вот кого с детства боюсь, так это зубных врачей. Причем дело-то было в Испании, у нас бы я ни за что не пошел лечить зубы. И вроде бы заморозка, ничего не почувствуешь, а страх тем не менее есть. — Ты сказал — судьба. Что, веришь в нее? — Да. И считаю, что все то, что случается в жизни человека, заранее предопределено. — То есть, грубо говоря, ты веришь во всякие сказки типа: приедет принц на белом коне, тьфу, спустится с небес прекрасная фея... — Разве плохо то, что люди позволяют себе в это верить. Я бы, может, тоже хочу, чтобы ко мне, как ты говоришь, спустилась фея прекрасная и мы бы зажили с ней счастливо! — Хорошо, спустится, будешь счастлив, а она раз — и, скажем, изменит тебе, или ты ей. И вообще, с возрастом начинаешь видеть изнанку жизни — всю ее грязь, мерзость, что было скрыто до поры до времени... — Ты прав, но жизненный опыт очень важен — чтобы не оставаться лохом. А что касается измен? Надо просто не доводить ситуацию до этого. Если бы мне изменили, я бы ушел. Если я? Все зависит от того человека, который рядом. — Чем, по-твоему, ты привлекаешь окружающих? — Чтобы располагать их вниманием, надо всегда оставаться самим собой. Не нужно ни перед кем рисоваться — изображать то, чего нет на самом деле. Разумеется, нельзя давать основания для того, чтобы окружающие думали о тебе плохо. Если это не связано с тем, что, каким бы ты распрекрасным ни был, они все равно будут негативно о тебе отзываться. — Скажи, деньги — это критерий для мужчины? — Нет. Говорят, не в деньгах счастье. Например, я зарабатываю столько, сколько мне необходимо для нормальной жизни, но в то же время считаю, что у меня больших денег нет. Мне не нужны суперяхты, самолеты. У меня достаточно скромные потребности. А мужчину вовсе не по тому нужно оценивать, есть у него деньги или нет. Хотя пока для себя еще не определил тот идеал, к которому нужно стремиться. И на подобные вопросы, когда мне их задают, я в силу своего возраста пока не могу ответить. Конечно же, Марату Сафину грех жаловаться, особенно по российским меркам, на отсутствие финансов. За короткую карьеру он уже пополнил свой лицевой счет суммой около миллиона долларов. Деньги девятнадцатилетнего теннисиста, однако, не портят. Кстати, многие могут ехидно заметить: "Обычно в нашей стране в его возрасте молодые люди не в теннисных кроссовочках по кортам бегают, а переносят тяготы и лишения воинской службы в кирзовых сапогах!" К их сведению: теннисист есть рядовой наших Вооруженных Сил, как он мне сказал: "Служу в "Динамо". ...А еще Марату Сафину в Москве подарили оленя. Когда он это сказал, подумалось: "Господи, куда же он его денет, а главное — чем кормить северного зверя?" На деле же ему одна девочка-поклонница подарила мягкую игрушку. Марат признался, что ему ни в одной стране поклонники ничего не дарили и фан-клуб не создан, нет и официальной интернетовской странички. Надо полагать, что в самом ближайшем времени у Марата Сафина все это появится!



Партнеры