На руинах любви

Чтобы сохранить наследие прошлого, его рекомендовано отдавать в частные руки

25 февраля 2002 в 00:00, просмотров: 554
  Чего-чего, а уж старины у нас в Подмосковье – что грязи. Плюнь — попадешь в какую-нибудь достопримечательность. Непременно окажется, что в неказистом с виду домишке творил, родился, крестился или, на худой конец, умер кто-то великий. 5658 объектов на территории области признаны памятниками архитектуры, истории и культуры. 1713 — федерального значения. Среди них такие жемчужины, как дворцовый комплекс “Архангельское”, ансамбль Троице-Сергиевой лавры, художественный музей “Абрамцево” и другие. Да и местными достопримечательностями, имеющими скромный областной статус, тоже бог не обидел. Только за последние несколько лет в Подмосковье поставлено на учет свыше трех с половиной тысяч вновь выявленных памятников. Правда, распоряжаемся мы этим богатством не очень. Ежегодно в губернии ветшают и разрушаются десятки недвижимых раритетов. Возможно, их гибнет гораздо больше.
    
    
Поговорим о старине...
     А.С.Пушкин.
“Евгений Онегин”

    
     Больше половины охраняемых государством и, стало быть, ценных объектов в Московской области составляют культовые сооружения. До перестройки они лежали в руинах. Переданные наконец-то по принадлежности, засияли, воскресли. “Культ” разобрали и превратили в конфетку. Сегодня уже не найти деревеньки, где бы стараниями православной общины ни красовались только что отделанные часовенки, церкви. Про богатые городские приходы — простите за тавтологию — и говорить не приходится. Лепота... Государственным органам нередко остается следить лишь за тем, чтобы в строительном раже настоятели храмов и прихожане не испортили красоту. Как это случилось в Воскресенском районе, где под давлением Управления по охране памятников Патриархия отставила батюшку, который архитектурной отсебятиной опохабил церковь Серафима Саровского. Дорвались и стараемся от души!
     А вот в отношении гражданских объектов картина изменилась с точностью до наоборот. Лучшие здания, щедро раздаваемые советской властью под санатории, клубы, дома отдыха, библиотеки, музеи, в эпоху процветания частной инициативы стали великомучениками бюджета. Ну нет на них денег в казне! Понимаете: нет.
     В глубоко застойные годы возмущенная интеллигенция в знак протеста могла взвалить на свои плечи крест, рухнувший с колокольни уникальнейшей церкви в Дубровицах (XVII век, барокко, чудо в белокаменных кружевах) и пронести его, подобно Христу, к Голгофе — Подольскому горкому КПСС, чтобы громко стукнуть им у парадного входа. После означенной акции реставрацию Дубровицкой церкви начали через день. В наше рациональное время ни одного чиновника подобными штуками не проймешь: можете стучать чем угодно.
* * *
     Спасает страсть к кампанейщине. Забота да чуткость и в прежние времена носили откровенно “датский” характер, сейчас они принимают поистине глобальные формы. Отмечалось двухсотлетие Пушкина. Аккурат к дню рождения в Одинцовском районе превратили в рекламный проспект усадьбу “Большие Вяземы” и буквально с нуля возвели усадьбу “Захарово”. Не беда, что реальных следов пребывания в ней поэта не сохранилось. Как не сохранилось даже фундаментов захаровского имения, куда младенчика Сашу привозили на лето к бабушке. Но Пушкин, по определению, “наше все”. Подмосковье, пускай и не железобетонно, но связано с детством поэта. Теперь у нас имеется областной музей Александра Сергеевича.
     В августе 2001-го приспела очередная литературная дата: 80 лет со дня смерти Александра Блока. Ударными темпами возродили сожженное в 21-м году “Шахматово”. В 2004 году отмечается 850-летие древнего города Дмитрова. Это значит, что в районном центре отреставрируют Кремль и покрасят фасады. И это, разумеется, благо. Если бы не юбилеи — и с этим соглашаются серьезные люди — до сих пор не было бы в Подмосковье ни Пушкинского, ни Блоковского мемориала, а наши маленькие города не получили бы ассигнований для решения наболевших проблем. Любят в России праздники!
     Отмечали юбилей Зарайска. Городишко отмыли, почистили и привели в отличное состояние тамошний Кремль, в котором давно уже норовили обрушиться то одна стена, то другая. Торжества, к сожалению, быстро закончились. До следующего юбилея — тысячелетнего — к сожалению, далеко. Древней крепости требуется уход. И уже нужно клянчить на каждый мешок цемента и банку краски...
     — А разве нельзя реставрировать планово? Ради сохранения памятника? — озадачились налоговики, проверявшие недавно Московскую область.
     Уж очень насторожила их распространенная по бедности практика, когда и без того скупые бюджетные средства размазываются по разным объектам, чтобы те, по Остапу Бендеру, “не очень-то провалились”. Говоря проще, не рухнули. Чуточку подлатают, законсервируют. До следующего этапа, наступающего через несколько лет вместе с очередным приступом финансирования. Реставрация начинается сызнова. Деньги потрачены зря.
* * *
     Но вот в январе этого года министр культуры Московской области, известный эстрадный композитор Игорь Матета представил правительству области программу восстановления памятников сроком на четыре года, ценою в 109,8 миллиона рублей. И числом в два десятка первоочередных и самых важных объектов (см. карту-схему), не сохранить которые было бы для Подмосковья окончательным и полным позором. Чтобы в соответствии с рекомендациями проверки — планово, основательно. Программу обсудили и... отклонили. Сидящим в зале крепким хозяйственникам показалось, что она просчитана недостаточно точно. А вдруг понадобится намного больше ста девяти миллионов рублей? Может, для общественной пользы нужно выделить больше? Обрадованный министр кинулся пересчитывать. А ну как и в самом деле дадут?
* * *
     Дача мецената и промышленника Саввы Ивановича Мамонтова в одноименном поселке Пушкинского района — великолепный образец дачного деревянного модерна начала ХХ века. (Сгорела.)
     Летний деревянный театр в Малаховке, в котором начинала артистическую карьеру несравненная Фаина Раневская. (Сгинул в огне.)
     Усадьба “Пущино” — ХVIII век, стиль классицизм. В интерьерах господского дома снимался фильм “Неоконченная пьеса для механического пианино”. (Превратилась в руины.)
     Имение “Пущино-на-Наре” князей Вяземских в Серпуховском районе, усадьба “Гребнево” в Щелковском, “Никольское-Обольяново” в Дмитровском, бывшая вотчина Чернышовых “Ярополец” под Волоколамском...
     Список “графских развалин” в Московской губернии нескончаем, как полный дворянский титул лучших аристократических фамилий Европы.
     С федеральными памятниками дело обстоит хуже всего. Ведь на них российский бюджет экономит прежде всего. Режим экономии не может не приносить плоды. В итоге только десять процентов всех памятников находятся в хорошем состоянии, тридцать процентов — в удовлетворительном. Остальные в плохом или в аварийном. Аварийное состояние — это когда не остается камня на камне. Честнее, наверное, было признавать, что памятник разрушен, утрачен. Не тут-то было! Согласно существующей научной методике, утраченных памятников не бывает. Здание не стыдно разрушить до основания, но до тех пор, пока сохраняются планы, обмеры, чертежи, фотографии, на самый прискорбный конец — словесные описания, памятник считается подлежащим восстановлению.
     И восстанавливают. Тем более что отношение к новоделам в последние годы лояльное. После храма Христа Спасителя прирученная публика уже не настаивает на подлинности чего бы то ни было. Она благодарная. Она восторгается. Публику можно понять... Пушкинское “Захарово” — рядовой и одновременно незаурядный в этом смысле пример. Историческая усадьба — это даже не копия, не реконструкция, не макет. Это аналоговое строительство. Собирательный образ на основе заданных черт. Ответ на вопрос: “Какой могла быть пушкинская усадьба, если бы ее не уничтожило время?”
     Собственно, а нужно ли вообще беречь наследие старины, когда изобретена такая универсальная формула?
* * *
     Дом без хозяина пуст. Дом без хозяина нем. Дом без хозяина погибает.
     Местная власть старается пристроить обременительное наследство в хорошие руки как может. В Москве-столице опыт сдачи в аренду памятников и исторических зданий дал блестящие результаты. Владеть старинным особняком в центре города престижно.
     Столичная губерния — не столица. Для нее главная головная боль — раздать добрым дядям (главное, платежеспособным) многочисленные дворянские усадьбы, разбросанные там и сям. В Московской области их триста сорок. Раздача продвигается туго, в последние годы удалось всучить только девять, причем три договора сейчас расторгаются через суд.
     В то же время неподалеку, в Наро-Фоминском районе, на руинах родового имения “Алабино” сидит потомок князей Мещерских. Который не теряет надежды когда-то заполучить обратно реквизированное у его предков. Будь у князя солидное состояние, дворянское гнездо вернулось бы к нему тотчас же. Однако у обнищавшего потомка русских помещиков денег хватило лишь на то, чтобы купить обои для одной комнатки в полуразвалившемся флигеле...
УЗНИКИ КЛИНСКОЙ ТЮРЬМЫ И НЕ ПРЕДПОЛАГАЛИ, ЧТО БУДУТ УВЕКОВЕЧЕНЫ
     За последние десять лет в МО выявлено три с половиной тысячи памятников истории и культуры. В их число попали уникальные во всех отношениях “экспонаты”. Железнодорожные вокзалы в: Мытищах, Пушкино, Клину, Серпухове, Чехове.
ПРОМЫШЛЕННЫЕ ОБЪЕКТЫ:
     Производственный корпус суконно-ткацкой фабрики в Кашире (конец XVIII века).
     Комплекс Вознесенской мануфактуры в г. Красноармейске (конец XIX — нач. ХХ века).
     Фабричный городок в селе Ново-Никольское Красногорского р-на (1880-е годы).
     Фабрика Куделина в Павловском Посаде (1907 г.).
     Пожарное депо с каланчой, там же.
     Ситценабивная фабрика А.В.Мераевой в пос. Данки Серпуховского р-на (конец XIX — нач. ХХ века).
ОБЪЕКТЫ СОЦИАЛЬНОЙ СФЕРЫ:
     Земская больница второй половины XIX века в селе Кузьминское Домодедовского р-на.
     Мещанская богадельня в Клину (XIX век).
     Женская гимназия там же, 1904—1912 годы.
     Родильный дом Богородско-Глуховской мануфактуры в Ногинске, нач. 1900-х годов.
     Женская гимназия, г. Ногинск, 1908 г., стиль модерн.
     Кинотеатр Петрова, 1913 г., в Павловском Посаде.
     Институт благородных девиц в пос. Быково, 1898 год.
     Ресторан в Ногинске, начало ХХ века.
     Питейный дом XVIII века в Зарайске.
АДМИНИСТРАТИВНЫЕ ЗДАНИЯ:
     Присутственные места в Кашире (XVIII — XIX века).
     Здание гор. Думы в Клину (вторая пол. XIX века).
     Здание тюрьмы в Клину. Казначейство и полицейское управление, там же.
     Городская управа и полицейский участок в Ногинске.
     Городская Дума, 1913 год (там же).
ГОРОДСКАЯ ЗАСТРОЙКА:
     Торговые ряды в Кашире.
     Дома с лавками (вторая пол. XIX века) в Кашире.
     Лавки конца XIX века в Ногинске.
     Дом товарищества Мануфактуры Лабзина-Грязнова в Павловском Посаде, конец XIX века.
     Комплекс домов купца и трактирщиков Сачкова и Воеводина там же, вторая пол. XIX века.
     Кварталы жилых домов в Коломне XVIII—XIX вв.
ПРОЧЕЕ:
     Памятный знак на границе Московской и Калужской губерний, 1777 год.
     Дом Мейерхольда в Николо-Архангельском.
     Квартира Марины Цветаевой в Болшеве.
     Братская могила павших в 1612 году защитников города Зарайска от польских интервентов.
     Место, где был развеян прах художника Казимира Малевича, пос. Немчиновка.
    


Партнеры