Уссатый майор

Восьмое марта — это совсем не то, что 23 февраля

10 марта 2002 в 00:00, просмотров: 523
  На первый взгляд все вроде есть, что полагается, — сладкие речи, лицемерные восторги, клятвы-обещания. Но это лишь внешний, поверхностный слой женского праздника. А внутреннее его содержание отличается от 23 февраля, как килька от лосося.
     23 февраля ждут, как дорогого гостя, празднуют со страстью и вдохновением, вкладывая душу.
     8 Марта отмечают как бы между делом. Это просто лишний выходной, честный повод выпить на работе и дома, не более того. Проходное событие, имеющее не столько праздничный, сколько этапный смысл — после Восьмого марта весна начинается, а там и лето не за горами.
   
 
     Женщины не умеют устраивать себе праздники.
     Они стесняются, скромничают, ждут, что им кто-нибудь организует праздничное мероприятие. Нет чтоб сделать все самим — собраться Восьмого марта трудовым коллективом в чисто женском составе, отправиться в ближайшую рюмочную, до ночи глушить там водку, приставать к кавказцам, потом с кем-нибудь подраться и провести ночь в милиции или, наоборот, завалиться всей компанией к коллеге с работы, пугать его жену охотничьими рассказами, не давать им спать, поссорить, потом свалить оттуда и хохотать на улице, орать во всю глотку “ах, какая женщина, мне б такую”, поймать такси, уехать на другой край города и сбежать, не заплатив, а утром явиться домой — усталой, но довольной — и сказать: “Волновались? Ну извините, в такое место попала, никак не могла позвонить”. И добавить еще как бы про себя: “Черт, связалась с этими дурами...”
     Конечно, это, может, и не самый замечательный способ отметить праздник, но по крайней мере будет что вспомнить. Во всяком случае, это лучше, чем возомнить себя принцессой и ждать, что вот сейчас начнется, как в рекламных роликах: прекрасные дети понесут подарки, прекрасные мужья завалят цветами, возьмут на руки и закружатся по комнате, а вокруг разольется морозная свежесть от выстиранного белья, и старая плита станет белее белого, и пылесос засосет собачью шерсть, которая надоела до смерти, а собака в честь праздника сама сходит погулять и вымоет потом лапы. А вечером будет бал и свечи, и влюбленные юноши, и многозначительные вздохи, и что там еще полагается по сценарию...
     В жизни так никогда не бывает. И от мужчин ждать нечего. Они, может, и рады организовать подруге достойное празднование Женского дня, но просто не в состоянии соответствовать ее пожеланиям. Стирка-уборка, сами понимаете, мало кому по силам. Балы и юноши? Тоже непонятно, как организовывать. А реальные задачи им никто не ставит. Потому что реально женщины и сами себе не представляют, чего хотят.
     В результате Восьмое марта у подавляющего большинства мужчин сводится к стереотипному поведенческому ряду: проснуться (желательно раньше подруги, что, впрочем, почти невыполнимо), метнуться к метро, купить цветочки, вернуться, подарить. На этом обязательная программа заканчивается. Из необязательного, но желательного: а) по возможности провести день в семейном кругу, б) вместе съездить к теще, заодно там и поужинать, но пить в меру, дабы в) выполнить перед сном супружеский долг в расширенном “праздничном” объеме.
     Мои попытки выяснить у знакомых, случались ли в их жизни менее скучные “восьмые марта”, практически не дали результатов. Сын сказал, что у него Восьмое марта связано с тягостной необходимостью придумывать дурацкие подарки для девочек из класса. “Каждый год мы их умоляли не дарить нам ничего на 23 февраля, заклинали, на коленях стояли, но все равно обязательно находилась несгибаемая староста-отличница, организовывавшая “поздравление для наших мальчиков”. Понятно, нам в ответ тоже приходилось выпыживать каких-нибудь резиновых ежиков, уточек, открыточки, а девочки, похоже, ждали чего-то большего, в общем, получалась сплошная мука”.
     Муж рассказал чуть более интересную историю. Когда он учился во втором классе, у них тоже была староста-отличница, которая организовала сбор денег на подарок учительнице. Денег получилось много — десять рублей. Тогда они всем классом пошли в магазин “Галантерея” и стали выбирать, что подарить. Идеи возникали самые разные, и, поскольку средства позволяли, удалось удовлетворить все предложения. Сначала купили главный подарок — “чеканку” за рубль десять, изображавшую джигита, орла и горную вершину. Потом стали добирать по мелочи. Купили “набор для шитья” из трех шпулек с разноцветными нитками, пластмассовую мыльницу, искусственный цветок неизвестной породы, ремешок для часов с Юрой Гагариным, шариковые ручки в голубом карманчике — красную, синюю, зеленую, еще стиральный порошок, календарик, брелок, мелок и много других полезных вещей. На закуску почему-то приобрели кальсоны — настоящие, длинные, с начесом. Кому-то показалось, что учительнице они необходимы. Сложили все это в мешок и подарили.
     Учительница была маленькая, толстая и добрая. Подаркам она очень обрадовалась. Правда, в кальсонах ее никто потом не видел, так что неизвестно, угадали тогда второклассники с размером или нет.
     Действительно, по сравнению со всеми остальными женщинами, у женщин, трудящихся на ниве образования, Восьмое марта получается относительно ярким событием. Конечно, самый слезливый и цветочный праздник в школе — это все-таки Последний звонок, но Восьмое марта занимает почетное второе место.
     Необходимый элемент сюрпризности вносят подарки учеников. Кальсоны, как говорят знатоки, еще не самый оригинальный дар. Если дети выбирают подарки без участия родительского комитета, их воображение не знает границ.
     Иногда они дарят то, что им самим хотелось бы получить — скажем, говорящую куклу, настольный футбол или огромную голубую обезьяну, которая занимает полкомнаты. Но могут подарить и нечто, с их точки зрения, практичное — например, блок сигарет, чулки, освежитель воздуха, легкомысленную ночную рубашку, набор пластмассовых вилочек, вазу, бюст великого человека, театральный бинокль, ночник, шапочку для душа. Моей приятельнице, чрезвычайно кудрявой от природы, дети как-то подарили электрические щипцы для завивки волос. Она была очень тронута.
     Но еще раз повторяю: учителя — редкое исключение. А вообще кого ни спроси — никто ничего веселого и необычного про Восьмое марта вспомнить не может. Единственную достойную историю рассказали мне мои хорошие знакомые. Случилась она год назад.
     На выходные они поехали к родственникам в Поволжье, поэтому справляли Восьмое марта в поезде. В одном купе ехала чисто мужская компания. Крепкие такие мужчины среднего возраста. Как только поезд тронулся, они подняли бокалы, а через час их потянуло гулять по вагону, знакомиться и поздравлять с Восьмым марта соседей.
     Многозначительными намеками они давали понять, что служат в каких-то правоохранительных органах. То ли милиция, то ли прокуратура. То ли едут в служебную командировку, то ли, наоборот, возвращаются. Они темнили, путались в паролях и явках и пересказывали широко известные истории громких преступлений, в расследовании которых им выпало сыграть главную роль.
     Их было пятеро. Четверо разместились в одном купе, а пятого, Михалыча — невысокого жилистого мужичка лет пятидесяти, — поселили в соседнем, где кроме него ехала еще женщина средних лет. Ее тоже сначала дергали праздновать, но она не проявила понимания, и ее оставили в покое.
     К одиннадцати вечера праздник был в самом разгаре. Боевое купе употребило всю водку, какая была в поезде, и теперь шлифовалось пивом, которое по мере надобности приобреталось у проводницы. Еще оно орало, спорило, вопило блатные песни и курило где попало.
     Михалыч сдался первым. Его отнесли в соседнее купе к женщине и уложили спать. Через двадцать минут женщина выскочила из купе как ошпаренная и помчалась к проводнице. Оказалось, Михалыч спал-спал, да и обмочился.
     Проводница с женщиной пошли в мужское купе выяснять отношения. Хорошего разговора не получилось. Тогда проводница вызвала милицию.
     Пришел милиционер, увидел мокрого Михалыча и попытался его забрать. Мужское купе восстало, вытащило удостоверения, и милиционер вынужден был отступить. Против своих он идти не мог. Тем более ему объяснили, что Михалыч — майор, мировой мужик, немножко выпил в честь Международного женского дня восьмое марта.
     Тогда женщина потребовала, чтоб коллеги забрали Михалыча к себе, раз он такой замечательный, а к ней поместили кого-то похуже, но чтоб себя контролировал. “Я заснуть не могу, — жаловалась женщина, — такой запах от него стоит. А храпит как! И вообще я его боюсь”.
     Но коллеги, похоже, тоже боялись Михалыча. Во всяком случае, забирать его к себе им совершенно не хотелось. К тому же он как раз проснулся и начал буянить.
     “Не волнуйтесь, сейчас все устроим в лучшем виде”, — пообещали они и стали менять матрас. Мокрый свернули и засунули на багажную полку, а сухой расстелили. Но тут началась морока с Михалычем. Спать он не желал, а для человеческого общения был абсолютно непригоден. “Я знаю, что делать, — сказал его сослуживец. — Нужно дать ему бутылку пива. Он выпьет и сразу заснет”.
     Так и сделали. Действительно, пиво сработало. Михалыч выпил и упал на свою полку с сухим матрасом. А через полчаса пиво опять сработало, и несчастная женщина снова с воем выскочила из купе и помчалась к проводнице.
     Опять вызывали милицию, опять ругались, успокаивали женщину, хвалили Михалыча и меняли матрас. Правда, пива ему больше не дали.
     После второго раунда сотрудники правоохранительных органов еще немного посидели и стали укладываться. В вагоне наконец воцарились покой и тишина.
     Сходить с поезда моим знакомым надо было рано утром, поэтому часов в пять они стали собираться. Вышли в коридор и... увидели женщину. Она стояла у окна и вглядывалась в убегающую темноту. “Почему вы не спите? Опять что-то случилось?” Женщина повернулась, отодвинула дверь своего купе и сказала: “А вот посмотрите”. На полу между полками спал совершенно голый Михалыч в состоянии эрекции. Зрелище, как рассказывают очевидцы, не для слабонервных.
     Оказывается, среди ночи Михалыч вспомнил, что сегодня Восьмое марта, и захотел оказать внимание женскому полу. Он огляделся, узрел на соседней полке даму и возжелал немедленной любви. Возмущенная дама категорически отказалась, и тогда обиженный Михалыч с досады бросил в нее свои мокрые трусы.
     Это была последняя капля. Женщина наконец осознала, что сегодня ей спать не придется. Она уже больше никого не звала на помощь, а поступила так, как испокон веку велит женская доля, — смирилась и приготовилась с покорностью принимать удары судьбы.
     Так что, видите, иногда все-таки некоторым женщинам везет — достаются им настоящие “восьмые марта”. Как бы ни было трудно соседке Михалыча, но тот праздничный вечер она никогда не забудет. А что еще требуется от праздника? Больше ничего. Главное, чтоб он был незабываемым.
     И кстати, ведь не сама она его для себя устроила. Не ее был план, не ее реализация. Все сделали мужчины, наша сильная половина. Значит, все-таки могут, когда захотят.
    
    


    Партнеры