Конец “изделия №2”

В подмосковном поселке Баковка умер советский кондом, самый несгибаемыйв мире

1 апреля 2002 в 00:00, просмотров: 852
  Все мужики — подлецы. А российские мужики еще и подлецы капризные. И ладно бы они доводили до белого каления только жен... Из-за их капризов погибла целая отрасль отечественной промышленности — производство презервативов. Никто и не заметил, как в подмосковном поселке Баковка тихо и незаметно скончался знаменитый советский кондом. Который мы, школьники периода застоя, покупали, чтобы надуть, по 4 копейки за штуку. И который, краснея перед одноклассницами, неприлично звали гондоном.
   
  Он был “зачат” в боевые 40-е годы постановлением советского правительства. Он пережил Сталина, Хрущева, Брежнева и т.д. Он застал Горбачева и Ельцина. А вот Путина не пережил. Страна и носом не повела, когда в Баковке закрылось кондомное производство. И сегодня на единственном в стране заводе по производству презервативов разливают шампунь и делают резиновые перчатки. А презервативные линии стоят законсервированными. И только сейчас мы начинаем понимать, что наши “резинки” были не только самыми дешевыми, но и самыми надежными в мире.
     В 1990 году специальным указом министра резиновой промышленности СССР производство презервативов решено было увеличить с 35 миллионов до 1 миллиарда штук в год. И резиновый миллиард был изготовлен, но так и остался лежать на складах. Потому что наши мужики — сторонники здорового секса — предпочли им иностранную резину с чужим клубнично-банановым вкусом...
     ...Чпок! — растянутый в руках презерватив “Life Styles” американского производства рвется и рассыпается силиконовыми ошметками.
     — Слишком тонкая резина, — говорит начальник отдела техдокументации Баковского завода Любовь Гусарова. — Может, этот презерватив и “сверхчувствительный”, как написано на этикетке, но уж точно не очень надежный.
     Крах отечественного производителя привел к тому, что в погоне за “изысканными ощущениями” сексуальные гурманы покупают супертонкие презервативы толщиной 0,05 мм и даже меньше. И при этом здорово рискуют. Не только потому, что резина может порваться в самый ответственный момент. Исследования показали: чем тоньше презерватив, тем больше в нем микропор. Сперматозоид туда не протиснется, а вирус СПИДа — запросто.
     Презервативы делают из натурального латекса, то есть специально обработанного сока дерева гевея. Тысячи бочек этого сока привозили в Баковку из Малайзии. Здесь латекс вулканизировали, в полученную смесь окунали специальную форму, а с нее снимали уже почти готовый презерватив. Долгие годы “изделие №2” присыпали тальком для дезинфекции и мягкости, потом ввели механическую отмывку и полировку, а на каждое изделие стали наносить силиконовую смазку.
     В отличие от импортных, российский презерватив не давал СПИДу никаких шансов. Наш ГОСТ был суров, но здоров. Толщина стенок “изделия №2” достигала 0,09 миллиметра (почувствуйте разницу). Кроме того, кондом должен был выдерживать нагрузку в 200 килограммов на квадратный сантиметр (международные нормы — 170 кг). А как их испытывали! Мяли, крутили, растягивали на специальных машинах (семикратное растяжение — таков запас прочности отечественного презерватива). Наливали в каждый презерватив ведро воды — не дай бог просочится хоть капля влаги. В общем, применяли все достижения прогресса. Брак же прессовали и перерабатывали в коврики для автомобилей.
     Справка “МК”. Свое скромное название — “изделие №2” — наши кондомы получили потому, что соответствовали европейскому стандарту (второму). “Изделиями №1” считались контрацептивы восточного (первого) стандарта. “Номер 1” и “номер 2” отличаются размерами. Длина европейских должна быть не меньше 198 миллиметров, а ширина — от 52 до 54 мм. У восточных изделий параметры миниатюрнее — 178 и 44—46 мм.
 
    Однако на вид и на ощупь наш кондом был грубоват и для изнеженных забав не подходил. А времена пришли развратные — начало 90-х. Баковский завод старался идти в ногу с прогрессом. На презервативы стали наносить резьбу. Красить в разные цвета. Даже делать их светящимися в темноте, хотя специалисты и возражали — мол, латекс при добавлении флюоресцирующих веществ теряет свойства. Но уклон в разврат Баковку не спас. Народ стал покупать импортные резинки, наивно полагая, что дорогое — значит, лучшее.
     — Ничего подобного, — говорит Любовь Гусарова, — цена вовсе не показатель надежности. Везде используется практически одна и та же технология производства, и себестоимость у них примерно одинаковая: на наши деньги 50—60 копеек за одну резинку. А качество может быть самое разное.
     Мы раскладываем на столе образцы презервативов из сделанной нами перед поездкой на завод контрольной закупки. Ультрапрочные резинки для анального секса “Vizit” по 9 рублей за штуку критики специалиста не выдержали.
     — Неровная поверхность — то толще, то тоньше. Такое впечатление, что их производили на формах, которые не вращаются, как положено по технологии.
     Малайские презервативы с псевдорусским названием “Ванька-встанька” пахли чем-то медицинским. Хотя надпись на упаковке утверждала, что это “аромат бананов”...
     Многие производители презервативов ловко прячут концы в воду, прикрываясь именитыми фирмами. Вьетнамцы одно время даже покупали баковские изделия, клали их в упаковку с силиконовыми красавицами и продавали как импортный товар. Правда, на качестве презервативов это не сказывалось. Кстати, и нынешняя дешевая продукция вьетнамских друзей отличается надежностью. Ведь оборудование им монтировали в свое время специалисты из той же Баковки.
     В заключение мы показываем Любови Васильевне презервативы в фирменной упаковке “МК” — сувениры к прошлому празднику газеты в “Лужниках”.
     — Не может быть! — всплескивает руками технолог. — Да это же наши, родные! С каких складов вы их достали?
     Так что, уважаемые счастливчики, которым достались наши сувениры, — не спешите использовать их по назначению. Это не просто кондом — это история страны, отлитая в резину. Но уж если придется в трудную минуту — надевайте их смело. Они российские. Они не подведут.
    


    Партнеры