Кассандра в грязных ботинках

Геннадий Селезнев не расстроился, а утроился

27 мая 2002 в 00:00, просмотров: 331
После субботнего пленума КПРФ Геннадий Селезнев выступил в роли Кассандры — предсказательницы будущего. “Это огромная, может, даже трагическая ошибка”, — мрачно возвестил он, комментируя решение тогда уже бывших коллег по партии, которые 76 голосами высказались за исключение спикера из партийных рядов.
Затем Селезнев надел маску великомученика. “Ну что ж, буду беспартийным. Но помогать буду не меньше, чем помогал, а может, с утроенной энергией тем, как мы говорим, простым людям, простым коммунистам, которые на всех встречах активно меня поддерживают”. Если б трагик Селезнев вышел на театральные подмостки, его бы, пожалуй, закидали тухлыми яйцами — несмотря на “энергетическое утроение”.
Но сам спикер, похоже, остался собой доволен. На протяжении последних двух месяцев собственное величие и значимость он подчеркивает уже не в первый раз. Например, на прошлом пленуме, вопреки решению которого Селезнев остался на посту спикера, звучали поразительные аргументы. Дескать, у меня еще куча кресел, кроме спикерского, и оставить их все сразу я просто не могу. Вот и дождался — в субботу Геннадия Селезнева вместе с Николаем Губенко и Светланой Горячевой, которые также отказались оставлять свои думские посты, “за неподчинение партийной дисциплине” исключили из КПРФ.
Вообще, конечно, Селезневу нужно было идти в бизнесмены — больно уж у него хорошо получается что-либо продавать.
Помнится, продал грекам газету “Правда”, и одно из крупнейших изданий страны превратилось в дышащий на ладан печатный листок. Потом “сдался в аренду” Кремлю, который поддерживал его на выборах губернатора Московской области. Теперь вот “продал” КПРФ. А ведь именно партия вывела его в большие политики, именно ей он обязан своим спикерским постом. И вообще депутатским местом, поскольку избираться по одномандатному округу Селезнев почему-то не стал, а прошел в Думу по спискам. Зато, выйдя в субботу с пленума, с пафосом заявил корреспонденту “МК”, что-де уже сейчас ему поступает масса предложений от одномандатных округов, которые хотели бы видеть его в следующей Думе своим депутатом...
Непонятно, как теперь сложится будущее Селезнева на посту спикера. Если он решит выйти и из коммунистической фракции в Госдуме — а то, что именно так он и поступит, Селезнев уже дал понять журналистам, — получится, что спикер у нас не только беспартийный, но и “бесфракционный”. Это нонсенс не только для России, но и для мировой практики в целом. Впрочем, все будет зависеть от того, что по этому поводу думает Кремль — захочет он видеть председателя ГД “без роду и племени”, значит, так тому и быть...
На то, чтобы расстаться с товарищами по партии, коммунистам понадобилось около трех часов — столько времени заняло обсуждение судьбы “непокорных”. Перед этим красные приняли решение о проведении референдума по земле и инициировании вотума недоверия правительству, а затем разошлись на обеденный перерыв. Вот только многим из них кусок в горло не шел, и вместо поедания горячих блюд коммунисты опустошали спиртные запасы гостиницы “Агропромстроя”. Пили, вероятно, для храбрости — голосование, “чтобы было честнее”, предстояло пофамильное. Когда каждый, чья фамилия названа, заявляет, “против” он, воздержался или “за”. В итоге примерно две трети участников пленума высказались за то, что “непослушных” коллег необходимо исключить. Из 104 человек за исключение Горячевой проголосовали 64, за исключение Губенко — 63. Кстати, коммунисты до последнего надеялись на то, что Николай Губенко все же предпочтет думскому креслу партию, и лишь вечером накануне пленума стало известно, что депутат принял решение не в пользу КПРФ. “Губенко меня убил, — признался “МК” первый секретарь Московского горкома партии Александр Куваев. — Я, честно говоря, думал, что он выберет другой путь...”
Между тем Губенко и Горячева сочли своим долгом высказать “фэ” в адрес экс-коллег. Губенко вышел к журналистам с саркастической улыбкой на лице и, не дожидаясь вопросов, заявил: “Я избран председателем Коммунистической партии Российской Федерации”. Потом прибавил, что пошутил, и сказал, что “партия приняла то решение, для которого она созрела. И это говорит о том, что КПРФ находится в периоде созревания”. Светлана Горячева, которая, говорят, не удержалась после голосования от язвительных высказываний, едва не плакала от обиды. Перед тем как хлопнуть дверцей служебного “Ниссана”, она предрекла “начало конца КПРФ”, обвинила Зюганова в давлении на пленум и заявила, что отделение партии в Уссурийске готово вновь принять ее в коммунистические ряды. На что вышедший к журналистам Зюганов ответил: сразу это невозможно. В течение двух месяцев исключенные могут подать апелляцию, а вернуться в партию — не раньше, чем через год...
Журналисты заметили, что бордовые кожаные туфли Геннадия Андреевича были сильно грязны. Похоже, волнения последних дней не оставляли Зюганову времени для того, чтобы позаботиться о собственном внешнем виде.
* * *
“Как вы оцениваете исключение Селезнева, Горячевой и Губенко из КПРФ и какими могут быть последствия такого решения?” — этот вопрос мы задали нашим экспертам.
Борис НЕМЦОВ, лидер фракции СПС в Госдуме:
— Я считаю, что России редко везет, но с коммунистами нам повезло сильно. Потому что они так держатся за свои мигалки, кабинеты, квартиры, что нам просто незачем бояться их как политической силы. Я думаю, что “перебежчикам” Селезневу, Губенко и Горячевой Кремль должен выделить какую-то компенсацию в форме, например, членства в каких-нибудь других фракциях — ведь именно по сценарию Кремля эти трое и действовали. Нужно, чтобы люди видели, что Селезнев, Губенко и Горячева не пропали, что у них все благополучно, и тогда к ним потянутся из КПРФ и другие. Правда, к себе во фракцию я бы их не принял — предавший единожды предаст снова.
Что касается Геннадия Андреевича Зюганова, то он может расслабиться — на электорате КПРФ исключение трех членов партии не скажется. Потому что коммунисты нужны нашей стране до тех пор, пока есть бедные. А бедных в России — треть.
Константин КОСАЧЕВ, первый зампред фракции ОВР в Госдуме:
— По моему мнению, подобные кадровые решения отражают происходящий глубоко внутри партии раскол. Исключение Селезнева, Горячевой и Губенко означает конфликт между теми силами, которые готовы к сотрудничеству с властью, и теми, кто ради победы на выборах делает все возможное, чтобы власти мешать. Так действует Зюганов, придерживающийся принципа: чем хуже, тем лучше.
По имеющейся у меня информации, немало первичных организаций КПРФ недовольны принятым на пленуме решением. И я думаю, что в недалеком будущем это приведет к тому, что недовольные выступят в открытую и, более того, добьются отстранения Зюганова с поста главы КПРФ. Возможен и такой поворот: партия расколется на две противоборствующие группы. В КПРФ останутся самые непримиримые, а остальные уйдут в близкие социал-демократические организации. В любом случае то, что произошло на пленуме, скажется на электорате коммунистов. А по поводу Губенко, Селезнева и Горячевой хочу сказать, что эти люди невостребованными не останутся, у них нормальное политическое будущее. Не хочу говорить за всех, но если бы спросили меня, принял бы я троих исключенных из КПРФ в нашу фракцию, то я бы ответил положительно.
Геннадий РАЙКОВ, лидер депутатской группы “Народный депутат”:
— Я думаю, что КПРФ теперь ожидает глубокий кризис, и исключение Селезнева — это только начало раскола. Я считаю, что Геннадий Селезнев стопроцентно сохранит за собой пост председателя Госдумы. Единственный вариант его отставки — если он сам захочет подать заявление о сложении с себя полномочий. Но я думаю, что это маловероятно. Правда, не исключено, что КПРФ, руководствуясь пакетным соглашением, выдвинет свою кандидатуру на пост спикера, но, уверен, центристские фракции эту инициативу не поддержат. Кстати, я намерен предложить Селезневу слить его движение “Россия” с Народной партией, поскольку позиции наши близки.


Партнеры