Царь Борис — явление второе

Войны президентов не будет

3 июля 2002 в 00:00, просмотров: 375
  Взаимоотношения первого и второго Президентов России под конец политического сезона неожиданно стали единственным интригующим моментом. Общая тишь и благодать, казалось, не может быть нарушена ничем. Но не тут-то было. Бодрый Борис Николаевич вспомнил, что у него может быть только два состояния: либо тяжелобольного, либо царя. Так как сейчас время болезни закончилось, то автоматически наступило время царя. Значит, пора на политическую сцену...
    
     На самом деле никакого принципиального конфликта между Путиным и Ельциным быть не может. Действующие президенты с пенсионерами не воюют. Борис Николаевич трудно переживает то, что он не у дел. Ему важен любой знак внимания и уважения. Наверняка ему обидно, что, несмотря на все его развороты ракет, с американцами у него не получилось, внутри страны — пришлось уходить при рейтинге поддержки в один процент и т.д. и т.п. А у Путина, которого он сам вытащил, и тут все хорошо, и там все в порядке. И вроде советы ветерана спрашивают только для проформы. Обидно...
     Может быть, лучше других этим научился пользоваться Лукашенко. Во время последнего саммита СНГ Путин пригласил вечером всех президентов в один из известных московских ресторанов. Но белорусский батька должен был заехать между заседаниями и рестораном к первому Президенту России. Говорят, когда Ельцину сказали, что у Лукашенко всего 40 минут, он ужасно разозлился и тут же бросился строить домашних. А когда Лукашенко приехал, Б.Н. тут же высказал ему неудовольствие. На что хитрый Александр Григорьевич тут же ответил: “А я никуда не спешу. Сколько надо будет, столько и поговорим. Я всех предупредил, что на обед не пойду, — у меня встреча с Президентом России”.
     Такое внимание, конечно, не может не растрогать старика. К тому же российско-белорусский договор — детище Ельцина. И если Путин и от него откажется, то это будет еще одним ударом по историческому наследию Б.Н. Во всяком случае, Б.Н. наверняка так думает. Поэтому гремучая смесь хорошего самочувствия и незагруженного графика и ударила в голову первому президенту, когда, приехав в Минск, он практически выступил против своего наследника.
     Можно не сомневаться, что и Путина очень многое раздражало в ельцинском десятилетии. Непонятно кем непонятно зачем принятые решения, которые приводят к подлинным страданиям целых областей, — это реалии 90-х. Можно не сомневаться, что и Путин давно хотел бы высказать не только Ельцину, но и некоторым ребятам из его окружения что-то про их крайний цинизм. И поэтому психологически жесткие по отношению к Ельцину ответы Путина на пресс-конференции вполне понятны.
     Но принципиально все-таки то, что реальной почвы для конфликта быть не может. Потому что даже потенциально Ельцин не в состоянии стать знаменем оппозиции, вокруг которого соберутся рыхлые полки людей прошлого десятилетия. Сколько бы Березовский ни сидел под портретом Б.Н. во время прямых телевключений, очевидно, что в течение ближайшего времени Ельцин не может быть символом. Слишком невысокая у него популярность, чересчур развернулся общий вектор развития, и никто, кроме единиц, не хочет возвращения назад.
     Самое смешное, что подтверждение этого можно найти в реальных отношениях так называемых “питерских силовиков” и “семейных”. Сколько было написано о конфликте между Таможенным комитетом и мебельными фирмами “Гранд” и “Три кита”, которым якобы покровительствовало ФСБ! И вот все затихло. Около “Гранда” спешно достраивают огромное новое здание. Его должны были построить еще год назад, но все деньги отнимала борьба. В свою очередь и таможенники вздохнули посвободнее. Еще два-три месяца назад любой мелкий продавец импортных товаров рассказал бы, что он никак не может добиться растаможки своих фур. Что приходится некоторые отправлять обратно. И все дело в том, что таможенники проверяют так, что ускорить процесс для них очень небезопасно. Теперь ситуация изменилась. С растаможкой все нормально. И значит это только то, что “семейные” таможенники потихоньку договорились с “питерскими” чекистами. По истечении второго года правления Владимира Путина режим устоялся, каждый определил свое место у кормушки.
     Правда, все это может привести к весьма забавному парадоксу. Именно эта мертвая тишина и может не понравиться президенту Путину. За эти два года он показал себя человеком, способным выстроить такую систему сдержек и противовесов, какая бедному Борису Николаевичу и не снилась. Все в том же громком конфликте “таможня—ФСБ” он сумел не принять никаких решений, оставаясь над схваткой. Чем сильнее разные кланы били друг друга, тем больше они нуждались в президенте, тем больше стремились добиться его расположения. И тем увереннее мог чувствовать себя президент. Повторение ситуации, когда глава государства оказывался как бы заложником той или иной группы, быть не могло.
     Поэтому именно Путину может не понравиться “экономическое” перемирие между разными флангами его подчиненных. И получится смешная ситуация. “Убивая” друг друга, вытаскивая горы компромата на целые государственные структуры, всячески ослабляя себя и “врага”, как ни странно, участники конфликта имели своего рода гарантии, что их не тронут. Но как только они поняли, что война бессмысленна и гораздо больше вредит, чем помогает, а следовательно, надо договариваться, то сразу получили в довесок неприятнейшую реальность. Гарантии-то исчезли.
     Но даже если Путин решится еще до думских и президентских выборов начать перетряску властной вертикали, это неправильно будет связывать с его перепалкой с Ельциным или желанием отделаться от части “кадрового” наследства первого президента. Это можно будет связывать только с тем, что Путину не нравится тишина вокруг президентского кресла, и надо срочно обновлять пресловутые сдержки и противовесы.
    


    Партнеры