Двушейная встреча

Московский жираф Самсон показал язык американской невесте

14 июля 2002 в 00:00, просмотров: 925
  Сватовство — дело тонкое. Особенно если жених — хорош собой, имеет приличное содержание, избалован вниманием и к тому же красавец — шея длинная, на белой шкуре рыжие аккуратные симметричные пятна, крошечные элегантные рожки и нежные с поволокой глаза. Попробуй выбрать такому невесту! Это вам не абы что — вопрос долгий и сложный, требующий многоходовых переговоров и серьезных денежных вливаний.
     Но слава богу! Дело чуть ли не двухлетней давности наконец-то сладилось, сваты сговорились, благодетели расплатились и в нынешний вторник — здрасте, здрасте, у вас красный товар, у нас добрый купец — в Москву в столичный зоопарк для жирафа по кличке Самсон прибыла юная невеста. Тут бы сесть рядком да и свадебку ладком. Но... мед-пиво пить, увы, придется немного погодить.
Есть чем крыть, да некого
     Самсон — жираф не просто с характером, а с очень сложным характером. Он — коренной ленинградец, переехавший на постоянное место жительства в Москву. То ли вынужденная смена обстановки, то ли отсутствие братьев по разуму — жил-то Самсон до последнего вторника один — сделали зверя весьма придирчивым, заносчивым и капризным. Он, например, слывет в зоопарке горе-гурманом: это не стану, то не буду. Дело доходит до того, что зоотехники гоняют в соседний супермаркет за виноградом — надо же чем-то кормить дорогущее редкостное чудище! Зато Самсон очень любит принимать угощение у посетителей зоологического сада, что крайне опасно. “Кто знает, что могут подсунуть тебе “добрые” люди!” — предостерегают его зоотехники, а жираф все свое: буду есть только за компанию.
     А еще Самсон любит покрасоваться. Как увидит человека с фотоаппаратом, начинает косить в его сторону глазом. Заставит постоять возле вольера, поуговаривать, а затем лениво пройдется вдоль ограждения и примет самую что ни на есть выигрышную позу — дескать, попозирую уж, все равно делать нечего.
     Обещали-обещали жирафу подругу, но до последнего времени дело не двигалось с мертвой точки. Пришлось Самсону завести себе приятельницу — кошку. Есть одна такая бесстрашная бестия в антилопнике, где и живет Самсон, — ходит в гости к копытным, которым достаточно не ударить даже, а лишь легонечко пнуть, чтобы отправить ее к праотцам, но нет, не трогают. А кошка прогуливается меж смертельно опасных копыт, тусуется по вольерам, смотрит, где что, а бывает и кормушку проинспектирует — нет ли чего повкуснее. Самсон кошке всегда рад. Как та появится в его владениях, ходит следом и рассматривает ее то с одной стороны, то с другой — интересуется: может, для чего пригодится!
     Но для чего для чего, а уж для интимной близости кошка жирафу не товарищ — мелковата будет. А секса Самсону ой как хочется! Как-никак здоровый мужик уже, девять лет от роду, самый расцвет! “Так и жизнь пройдет!” — горячится Самсон и кроет покамест все, что может.
     — Повесили ему автомобильное колесо для развлечения, — рассказывает заведующий отделом млекопитающих столичного зоопарка Евгений Давыдов, — так он его буквально “замордовал”. Так горячо “любил”, что все рога сшиб, аж в кровь. Убрали колесо. Да что толку, он уголок себе присмотрел. Какой? Да самый обычный угол своего же вольера. Лично мне он совсем жирафиху не напоминает, а ему, видимо... Черт знает, что этому длинношеему кажется, но он этот угол кроет. Попытались дверь там установить — так он языком штырь достал и повалил ее. Вбили дверь намертво, вышиб ее к чертовой матери и опять стены имеет. Что тут скажешь, пропадает мужик!
     Слава богу, пропадать уникальным сексуальным способностям Самсона осталось недолго — привезли наконец для него девочку!
Длинношеий ангел
     Она действительно ангел — сама стройность, само изящество, короче, само совершенство. Родилась во Флориде в центре разведения жирафов. Переезжать на ПМЖ в Россию не планировала, но что делать — с мужиками в зоопарках туго, приходится брать, где дают. Наверное, у нее были сомнения. Все-таки значительная разница в возрасте: ему девять лет — взрослый, солидный мужик, ей всего-то полтора года, по человеческим меркам подросток — тут бы еще в куклы играть, а не любовь крутить! А с другой стороны, годы идут, сейчас откажешь жениху, а затем, глядишь, в девках засидишься. Да и приемные родители, что вырастили, выпестовали, дали сватам согласие. Короче, надо лететь.
     Дорога дальняя, а мир посмотреть, себя показать не удалось — заперли в транспортную клетку, где лишь несколько щелей да сеткой затянутые оконца, чтобы воздух поступал, поставили туда два ведра с водой и кормом — вот и весь свадебный кортеж. Трое суток провела бедная девушка в трюме самолета, да еще — вот беда — повредила в пути ногу.
     — Как это случилось, никто не знает, — рассказывает научный сотрудник зоопарка Наталья Истратова, летавшая в качестве свахи во Флориду, — наверное, уже в пути. Еще в Америке, в центре перемещения животных, мы ее с ног до головы не видели, там сетка только сверху натянута, а стены из досок. Но скорее всего она была здорова, потому что спокойно расхаживала. А вот во Франкфурте-на-Майне, где была остановка, жирафиха в транспортной клетке уже лежала, это плохой признак. Мы, правда, ее подняли, а в Москву прилетели — смотрим, опять лежит.
     По словам Натальи Истратовой, чтобы копытное повредило ногу в дороге — большая редкость, обычно звери долетают в целости и сохранности. Но здесь в пути было два эпизода, когда жирафиха рассердилась и начала биться. Сначала самолет попал в воздушную яму, и животное, перепугавшись, два раза одной и той же ногой ударила в стенку клетки. Возможно, именно тогда она и травмировалась. Другой раз жирафиха в сердцах поддала ведро с едой, да с такой силой, что гранулы аж разлетелись по полу вокруг клетки. Не исключено, правда, что у животного уже были проблемы с костной системой, поэтому она так легко и получила повреждение ноги.
     — Нам сперва показалось, что поранена задняя конечность, жирафиха как-то приседала, — рассказывает Истратова, — но потом оказалось, что травма на передней правой ноге возле копыта.
     Это удалось толком рассмотреть уже после того, как отгремели фанфары и отвспыхивали фотокамеры журналистов. Возле копыта явно просматривалась опухоль — то ли сильный отек, то ли выпирали сломанные кости. Жирафиха на копыто не наступала, выгибала его вперед. Поврежденную ногу животного сфотографировали с разных сторон и разослали снимки по электронной почте крупным специалистам — авось кто что посоветует.
     — Дело дрянь, — комментирует наиболее пессимистично смотрящий на произошедшее Евгений Давыдов, — все может закончиться, не успев начаться. Надо делать рентген, естественно, под наркозом. А наркоз для крупных животных очень опасен, могут и не проснуться. Жирафы же и вовсе во всем мире считаются наиболее тяжелыми для наркоза животными. Сегодня дадим ей отдохнуть от дороги, а завтра положим. Если повезет и все обойдется, придется решать, что делать дальше. Если, скажем, порваны сухожилия, их по-хорошему надо зашивать и накладывать на ногу гипс месяца на три. Эта операция уже не на четверть часа, как рентген, а на два-три часа. Придется усыплять зверя, так сказать, первичным порядком, а затем добавлять наркоз через аппарат искусственного дыхания. Это самый щадящий способ, но и он ничего не гарантирует. Так что, если все-таки сухожилие порвано, может быть, и не станем ничего делать. Само зарастет. Ну будет прихрамывать, ну нарастут мозоли, как-нибудь в конце концов приспособится! А вот если перелом, здесь уже ничего не попишешь — только операция, надо будет ставить аппарат Илизарова. Иначе в конце концов начнется некроз тканей, и она все равно погибнет.
     Операция, конечно, самый грустный исход событий. Хотелось бы верить, что жирафихе повезло и ее травма — лишь очень сильный ушиб.
     Самсону, к его чести, все равно — останется невеста хромоножкой или нет, только бы была. Ведь подругу купил для жирафа гражданин Франции. Сумма сделки держится в секрете, но только за перевозку было заплачено 22 тысячи долларов. Понятно, что больше такого шанса оженить длинношеего не выпадет.
     Жираф, кстати, хотя и настроен сексуально-агрессивно, но суженую-ряженую встретил с нежностью, которой и некоторым человеческим особям мужского пола стоило бы поучиться. Измученная малышка, увидев родную душу в пятнышку, прижалась к сетке, которая их разделяла, и никак не хотела отлипать от нее.
     — Как поправится, — планирует Евгений Давыдов, — сразу будем селить их вместе. Пусть живут семьей. Рановато ей, конечно, но ничего. Главное, чтобы он понятие имел, чтобы не травмировал, а так можно. Ну забеременеет чуть позже, и все.
     А Самсон нежно водил губами по морде долгожданной невесты — то ли гладил, то ли целовал, то ли обещал, что все кончится хорошо и они будут жить вместе долго и счастливо.
    


Партнеры