Мочилово-золото...

За 400 килограммов драгметалла убили 50 человек

8 сентября 2002 в 00:00, просмотров: 1887
  На протяжении всей истории России золото для нее было не только основой финансовой системы, но и главным стратегическим запасом. В годы перестройки СССР, а затем и Россия в очередной раз утрачивают почти весь золотой резерв. Затянувшийся экономический кризис, девальвация рубля заставляют правительство искать всевозможные пути, чтобы спасти страну от краха. И этот выход найден — увеличить экспорт золота.
     В 1989 году правительство во главе с Николаем Рыжковым принимает волевое решение. И согласно ему неподалеку от Москвы, в городе Касимове Рязанской области, был открыт новый золотоперерабатывающий завод. В отличие от трех подобных предприятий в Новосибирске, Красноярске и Щелкове Приокский завод цветных металлов — или, как все называли его, “цветмет” — отличался не только по мощности, но и беспрецедентной системой охраны и безопасности. Его охраняли мощная служба режима завода и специальный батальон внутренних войск.
     В 1991 году завод-гигант дал первую плавку золота.
     Это событие буквально перевернуло жизнь провинциального города.
 
   
     В 1992 году в Касимове стали исчезать люди. Некоторых из них находили в лесу со следами пыток. Сильно изуродованные трупы не всегда могли опознать. В патриархальном городке, где убийства, даже на бытовой почве, были редчайшим явлением, никто не мог объяснить причину столь страшных преступлений.
     Руководство касимовской милиции не могло понять странную особенность: жертвами неизвестных убийц становились люди самых различных профессий и социальных слоев. Бесследно пропали преуспевающий владелец шашлычной Шухрат Джуманиязов, коммерсант Александр Славецкий и даже рабочий одного из предприятий города Евгений Мазков. Остались лишь принадлежавшие пропавшим автомобили со следами крови.
     А вскоре по ночам в Касимове и на его окраинах зазвучали выстрелы. Военнослужащего Александра Ежова и коммерсанта Андрея Михайлова расстрелял из автомата неизвестный киллер. Был похищен, а затем убит предприниматель Юрий Силкин. Нигде не работающего Николая Кокорева зарезали в подъезде своего дома.
     В числе различных версий серию убийств явно заказного характера милиция связывала и с местным золотоперерабатывающим заводом — “цветметом”. Но в ходе тщательной проверки предприятия фактов пропажи драгоценных металлов не обнаружили. А в городе продолжались загадочные убийства и исчезновения людей.
     В начале 1994 года в МВД России поступила экстренная информация из Нижнего Новгорода. 9 февраля сотрудники Главного управления по борьбе с экономическими преступлениями МВД России задержали неких Алексея Агапова и Сергея Сбитнева. В одном из продовольственных магазинов города они попросили взвесить на обычных весах целый килограмм промышленного золота.
     Через некоторое время арестованные сообщили, что золото им передал коммерсант по фамилии Тулба, который, в свою очередь, получил его от неких Рогозина и Швечкова. Вскоре оперативники выяснили: Рогозин и Швечков работали не где-нибудь, а на том самом касимовском заводе, где никогда не пропадало ни миллиграмма золота!
     Хищение целого килограмма чистейшего золота для страны было событием чрезвычайным. В Касимов срочно направили лучших специалистов ГУБЭП МВД. В том числе Сергея Скворцова. Раньше, по его словам, они изымали золото граммами, максимум по 100. Но целый килограмм!..
     Прежде всего сыщики решили отработать версию причастности арестованных к убийствам в Касимове. Но подследственные категорически отрицали какое бы то ни было участие в столь тяжких преступлениях. Зато сделали поистине сенсационное признание: помимо изъятого они продали еще 22 килограмма золота! Если так, то касимовское дело переходило в раздел дел особой государственной важности.
     Была срочно создана следственно-оперативная группа. Ее возглавил заместитель начальника следственного управления УВД Рязанской области Александр Зайцев. В опергруппу, руководимую Скворцовым, вошел и шеф касимовского районного отдела по борьбе с оргпреступностью Алексей Сорокин. Подключились также Генеральная прокуратура и управление ФСБ по Рязанской области. Практики расследования подобных уголовных дел в России еще не было.
     На касимовском “цветмете” вновь провели комплексную проверку. И опять... все сошлось до миллиграмма.
     Тем временем оперативники продолжали разрабатывать арестованных, которые признавали свою вину лишь в том, что перепродавали золото. Брали же его из специальных тайников, а кто его прятал туда — не знают.
     Выяснили, что прапорщик Швечков служил в войсковой части 3651 внутренних войск, осуществлявшей охрану Приокского завода цветных металлов. Но, как официально заявило руководство части, все военнослужащие батальона, в том числе и Швечков, прошли тщательный спецотбор и имеют безупречные характеристики. Не найдя фактов причастности прапорщика к хищениям, его освободили под подписку о невыезде.
     Тем не менее оперативники решили досконально изучить систему охраны предприятия. И выяснили, что завод разделен на две зоны. В зоне “Б” расположено основное производство по переработке золота. Она окружена своего рода контрольно-следовой полосой, так называемой локальной зоной, которая с двух сторон опоясана колючей проволокой. Кроме того, там установлены самые современные инженерно-технические средства охраны, датчики, камеры наблюдения. Для того чтобы выйти в зону “А”, где располагается вспомогательное производство, и затем в город, необходимо пройти, как здесь говорят, “голевой режим”. Это два поста спецконтроля, где раздетых догола рабочих и инженеров тщательно проверяют.
     Но оперативники понимали, что чудес не бывает: изъятый килограмм украден именно отсюда, с Приокского “цветмета”. В течение нескольких дней проверялись все подвалы, укромные места, склады. И наконец это дало результат: в одном из помещений обнаружили обычную на вид рабочую рукавицу. А в ней — золотые слитки.
     Но установить, кто это сделал, не удалось. Зато в ходе допросов аппаратчика электролиза Александра Рогозина, причастного к краже изъятого в Нижнем Новгороде килограмма золота, сыщики все же кое-что выяснили. Рогозин рассказал, как спрятал в тумбочке возле душа часть золотого анода. А уже кто забрал его оттуда, ему не было известно.
     Как металл уходил через суперохраняемую локальную зону завода? Арестованные хранили упорное молчание. Сыщики понимали, что кого-то они боятся больше милиции.
     Впрочем, эти “кто-то” очень скоро дали о себе знать. Уже на следующий день Скворцов заметил за собой слежку: “Когда ехал в отдел милиции, меня остановили два авторитета и предложили встретиться. На следующий день в лесу на поляне они предложили мне 40 тысяч долларов и иномарку. Но с единственным условием — чтобы я навсегда уехал из Касимова вместе с опергруппой. Я, естественно, отказался. Затем уже последовали прямые угрозы, и с тех пор мы всегда брали с собой автоматы”.
     Стали выяснять, кто были эти авторитеты. И уже через несколько дней начальник Касимовского РУБОПа Алексей Сорокин докладывал о появлении в городе представителей рязанской, солнцевской, подольской и других известных криминальных группировок. Что привело их в Касимов? Теперь ответ был очевиден: золото.
     В ходе расследования столичных сыщиков заинтересовало высокое по российским меркам благосостояние и некоторых касимовцев. Дорогие иномарки, роскошные особняки. Правда, часть из них принадлежала приезжим, в основном москвичам. Остальное же — местной элите, как правило, работникам “цветмета”. Но это объяснялось их высокими окладами.
     А по слухам, на городском рынке золото из-под полы продавали чуть ли не килограммами. Старожилы, не избалованные шальными деньгами, со страхом предрекали: ваши сверхчистые три девятки на пробе — это перевернутое бесовское число зверя — “три шестерки”. В Касимове людей, занимавшихся “золотым промыслом”, называли “золотушниками” — по аналогии с гиблой болезнью. И они действительно умирали с неотвратимым постоянством.
     Тем временем в Главное управление по борьбе с экономическими преступлениями постоянно шла оперативная информация о массированном наплыве русского золота высокой пробы на черные рынки Литвы, Эстонии, Латвии, Молдовы и Турции.
     Сергей Скворцов продолжал разрабатывать всех, кто входил в смену арестованного Рогозина — Евгения Баранова, Веру Жучкову и Андрея Араратяна. Им предложили честную игру: за помощь, оказанную следствию, оперативники будут ходатайствовать о снижении срока наказания.
     И вскоре арестованные вынуждены были признаться, что воровали всей сменой. Бригадный подряд позволил им всего в десять заходов вынести из цеха 78 килограммов золота!
     Тома уголовного дела пополнялись все новыми показаниями. За спрятанный в тайники драгметалл позже похитители получали вознаграждение либо в долларах, либо тем же золотом. В частности, Жучкова рассказала, как прятала золото в сливном бачке туалета, и показала закопанные в гараже, под картошкой, доллары. Покаявшись, она даже настаивала на конфискации у нее также советских облигаций и обручального кольца.
     А другому члену бригады, Андрею Араратяну, сдать все украденное золото не удалось — его обокрал юный родственник из Саранска. Андрей имел неосторожность показать пареньку тайник с золотыми слитками. И шестнадцатилетний Сережа Акимов тут же по дешевке продал соседям 9 килограммов. Получил 28 тысяч долларов, после чего первым делом нанял личного шофера — некоего Петра Ермолаева, которого вежливо называл “дядя Петя”. У него же купил за 5 тысяч долларов “Москвич” и вскоре разбил. Жил Сережа в лучших люксах города Рязани. В течение двух месяцев мальчик предавался всем видам порока, умудрившись растратить в этот срок все до последнего гроша. После допроса оперативникам пришлось скинуться, чтобы оплатить незадачливому бонвивану билет до Саранска.
     Самого же Араратяна арестовать не смогли. Перед самым задержанием его увезли в больницу с переломом ноги и пробитой головой после встречи с неизвестными. Но в маленьком городе ничего не скроешь. Чтобы попасть в больницу, Араратян самолично нанял за литр водки двух бомжей. И те отвели душу...
     Третий член бригады, передовик производства Евгений Баранов, не дожидаясь, пока дьявольский металл и с ним сыграет злую шутку, добровольно сдал 20 тысяч долларов, которые прятал в глухой деревушке у отца. Баранов же старший отреагировал кратко: “Дураком жил, дураком и помрешь!”
     Несмотря на определенные успехи, следствие по-прежнему не могло выяснить, кто же все-таки выносил золото за территорию завода. Уже давно не было сомнений, что скупка и реализация вожделенного металла в городе контролировалась бандитами. Поэтому помимо заводчан сыщики продолжали разрабатывать и криминальные группировки Касимова. Но это было непросто.
     В лучших традициях сицилийской мафии всех болтливых ждала пуля. Поэтому один из задержанных скупщиков, некто Спирин по кличке Репа, тоже предпочел помалкивать, помня судьбу своих коллег Кленова и Трухачева, застреленных и сожженных на пустыре за городом. Убийца не пощадил даже случайного старика-свидетеля.
     Все это время заместитель начальника УБЭП УВД Рязанской области Валерий Лапушкин, который вел всю оперативную работу на заводе, пытался найти ответ на другой вопрос: почему при уже доказанных масштабных хищениях золота на “цветмете” это никак не отражается на количестве золота, официально сдаваемого в Гохран? Он часами наблюдал процесс плавки драгметалла, изучил спецлитературу и все понял... Неожиданно для всех Лапушкин срочно потребовал провести на заводе инвентаризацию запасов меди, используемой для выплавки промышленного золота. Выяснилось, что расход меди на заводе в ходе каждой конкретной плавки не контролировался. Тогда Лапушкин предложил провести повторную экспертизу партии уже выплавленного промышленного золота. Его догадка подтвердилась: содержание в ней меди было завышенным! То есть без ущерба для отчетности можно было красть столько золота, сколько в ходе плавки добавлялось лишней меди.
     Выяснили, что плавку этой партии проводил плавильщик Клещев, у которого на заводе была кличка Академик. Лапушкин понял, за что он ее получил. Медь Клещев добавлял в тот момент, когда выплавленные образцы уносили на лабораторный контроль.
     Но задержать “алхимика” не успели. Буквально через день его тело обнаружили в машине на опушке леса. Укравший для криминального мира десятки килограммов золота Академик получил в награду 9 граммов свинца.
     А кровавый конвейер только набирал обороты. В своем подъезде был застрелен в прошлом мастер спорта по боксу Юрий Чураев. В последнее время боксер претендовал на роль крестного отца: пытался подчинить всех касимовских бандитов, искал контакты с местной властью и милицией, предусмотрительно предлагал организовать улучшенное питание местным арестантам. Но не успел.
     В марте 1995 года Сорокину стало известно, что один из местных криминальных авторитетов Костя Трунин во всеуслышание заявил, что скоро будут “мочить ментов и всех “расколовшихся”.
     Тут же под руководством Сергея Скворцова был разработан план. Суть его — взять Трунина с поличным. И со следующего дня каждый шаг зарвавшегося авторитета был известен сыщикам. Вскоре оперативники сумели вычислить дом, куда глухой ночью тайно приезжал Трунин. В этом доме жил еще один плавильщик завода — Кузьменко.
     Тут же были взяты под контроль все телефонные переговоры Трунина, Кузьменко и их друзей. И 29 марта они выяснили главное: на заводе готовится к выносу большая партия золота. Но когда?
     Чтобы ускорить развязку, Валерий Лапушкин предложил спровоцировать воров. Для этого на заводе распространили информацию, что 7 апреля будет проверяться вся заводская территория. Если преступники клюнут, значит, сброс золота будет произведен накануне, и тогда преступников можно будет взять с поличным...
     Операция началась в ночь на 7 апреля. С помощью службы безопасности завода опергруппа во главе с Лапушкиным незаметно, в багажниках машин, проникла на территорию “цветмета”... В два часа ночи поступило сообщение: военный патруль обнаружил сброс золота в локальную зону.
     Оперативники сразу определили: золотые слитки выброшены со стороны лаборатории завода.
     Вора тут же задержали. Им оказался рабочий Константин Ишкин. Потрясение его было столь велико, что он тут же подробно рассказал, как, предварительно замкнув сигнализацию, открыл форточку, а затем выбросил рукавицы с золотом на асфальт.
     Одновременно оперативники блокировали все укромные места, которые могли служить тайниками для золота. Возле одного из них с поличным взяли плавильщика Виктора Кузьменко. Позже, покаявшись, Кузьменко показал еще один тайник. Оперативников поразило, что худощавый паренек однажды смог в один заход пронести под спецовкой почти пуд золота.
     Вскоре арестовали и самого Трунина. Он тоже охотно поделился накопленным опытом. Особо любопытными были подробности о разделке золотых слитков при помощи топора. Как выяснилось, в Касимове это был самый привычный способ.
     На “цветмете” продолжались поиски тайников. Сотрудники службы режима завода регулярно заделывали отверстия в наружных стенах, через которые злоумышленники выбрасывали золото в локальную зону. Воры же вновь пробивали отверстия. Апофеозом наглости воров стало хищение с завода 12-килограммового эталонного слитка золота.
     Всего, по официальным данным, за годы золотой лихорадки было изъято и возвращено заводу почти полмиллиона долларов и 210 килограммов драгоценного металла. Украдено более 400 килограммов золота... Но никому оно на касимовской земле не принесло счастья. Пятьдесят человек стали жертвами золотой лихорадки.
    




Партнеры