Рыжие-бесстыжие

“БРАТЬЯ ГРИМ”: “Нам помогает половой гипнотизм”

24 июля 2005 в 00:00, просмотров: 848

Этим парням, как они сами считают, везло с самого момента рождения. Близнецам, да еще и рыжеволосым, не надо было выпендриваться, чтобы привлечь внимание к своей персоне, — оборачивались им вслед и показывали пальцем всегда.

Наверное, поэтому к популярности “Братьям Грим” долго привыкать не пришлось. Хотя она обрушилась на них как снежный ком. Оно и понятно: группа перевернула с ног на голову все физические законы. Кто бы мог подумать еще несколько месяцев назад, что, хлопая ресницами, можно летать? А по версии парней из Самары — можно!


В минувшие выходные у 24-летних Кости и Бори Бурдаевых прошла очередная автограф-сессия по случаю выхода нового альбома. За полтора часа росписей и пожеланий Гримы обслужили огромную толпу девочек подросткового возраста, так что я думала, до интервью дело уже не дойдет. Однако измученные, но счастливые парни наконец приземлились за столик кафе, где тут же попросили по бокалу пива.

“Нас не отличают даже родители”

— Ну что — сильно устали?

— На самом деле усталости не чувствуется. Устаем мы обычно, когда приходим домой, ложимся на кровать. Там мы можем себе это позволить.

— Я вот сижу и никак не могу понять, кто из вас кто. Хоть кто-нибудь вас не путает?

— Вообще-то я Боря, а он — Костя. Твой случай нормальный. Нас всегда путали и будут путать. Хотя некоторые сразу говорят, что мы разные. Но таких на моей памяти было 2—3 человека. Бывает, что люди, с которыми общаемся не одну неделю, нас постоянно путают. Меня называют Костей, его — Борей. Я уже начинаю думать: может, мы сами друг друга перепутали?

— Главное — не напиваться до такого состояния, чтоб я забыл, что я — это я, — хохмит Костя.

— Интересно, а поклонницы вас различают?

— А как же! Вот совсем недавно мы были на гастролях. К нам в номер постучали. Мы: “Кто там?” Слышим: “Это поклонницы”. Такой стройный женский хор. И, увидев меня, они тут же воскликнули: “О, Костя! А где Боря?” Сразу признали. Боря так и не отважился выйти. Пришлось мне отдуваться за него.

— Кто из вас старше?

— Я старше на 15 минут, это факт, — признается Борис.

— Ваша схожесть вам на руку?

— Одно то, что мы — братья-близнецы, уже наше преимущество. Зачем искать специальный креатив, какие-то особые пути раскрутки, когда уже все есть? — рассуждает Борис.

— Многие говорят: вот, они два брата-близнеца, и поэтому их раскрутили... — добавляет Костя. — Да наш продюсер вообще не знал, что мы близнецы, когда услышал наши песни! Помню, мы собирались в Москву, и он спросил: как я вас узнаю на вокзале? Я ответил: “Это очень просто. Мы два брата — рыжие близнецы”. После этого была долгая пауза. И он нам: вот это да!..

— В бытовых вопросах пользуетесь сходством?

— Однажды мы фотографировались на паспорт, — говорит Борис. — Я не смог сфотографироваться, а Костя немножко переоделся, сделал выражение лица, как ему казалось, похожее на мое, и ничего — было все в порядке. До сих пор родители смотрят на эту фотографию и говорят: “Ну да, это ж Боря! Точно Боря!”.

— Зачем вы скрываете свою настоящую фамилию?

— Мы не скрываем, но и не афишируем. И нам нравится фамилия Грим. Я думаю, поклонники Элтона Джона не напрягаются по поводу того, что его зовут Реджинальд Дуайт. Фреди Меркьюри, как известно, выступал не под своей фамилией.

— А цвет волос-то хоть у вас настоящий?

— Волосы настоящие. Щас выгорели немножко, правда. Одно время я делал мелирование и даже покрасился в темный цвет. Меня никто не узнал вообще... — вспоминает Борис.

— Да, это было ужасно. С тех пор он больше не красится.

“Удача пришла, когда мы расслабились”

— Признавайтесь, вы уже ощутили, что стали звездами?

— Мы знали, на что идем и к чему готовимся. Сейчас, конечно, мы себя ведем несколько по-другому, чем раньше. Стали увереннее в своих силах, но это не выражается в какой-то наглости, хамоватости, понтовости.

Недавно ездили в Самару, и у поезда нас встречало несколько десятков человек с плакатами и игрушками. Это было, конечно, приятно. Представьте себе: приезжаешь в родной город — и тут такое!!! — Костя не может сдержать улыбку. — Это, наверное, можно считать знаком того, что какая-то звездочка над нами загорелась.

— Когда вы писали свои “Ресницы”, думали, что они так выстрелят? Или хит стал популярным случайно?

— Самое интересное, что группа “Братья Грим” существует с 98-го года. И с этого периода мы постоянно поем “Ресницы”. Они для нас были, в общем, как и все песни, — говорит Борис. — Девушки, конечно, особо хорошо реагировали, но мы песню не выделяли.

Наверное, она прошла проверку временем. И к тому же ее услышало большее количество людей, чем раньше. Поэтому она и выстрелила. Нам еще в Самаре очень часто говорили: ребята, вам тут, на местной сцене, уже не место, переезжайте в Москву. Ведь в провинции шоу-бизнеса как такового нет. Но мы в Москву попали спонтанно.

— А поподробнее об этом?

— Мы просто играли свою музыку в Самаре. Ездили иногда в Москву, напрягались, рассовывали демки по звукозаписывающим компаниям. Но, как известно, когда напрягаешься, ничего не получается. Как только мы расслабились, спокойно к этой ситуации отнеслись — дело пошло. Я пришел на работу, тогда я работал на радиостанции, — рассказывает Костя, — открыл почту, а там письмо от некой девушки, которая говорит, что нами очень сильно интересуется продюсер Леонид Бурлаков. Мы знали, кто он такой, так как наводили до этого справки. Потом второе письмо от другого человека, который говорил то же самое. Потом этот человек мне звонит: “Кость, вот тут есть письмо от Бурлакова, ну, помнишь — “Мумий Тролль”, Земфира. Может, позвонишь?” Я позвонил, мы договорились о встрече.

— Как только мы подписали контракт с Бурлаковым, я Косте сказал: не знаю, что получится, но главное, у нас есть в Москве поддержка. И, оказалось, что она не подкачала, — добавляет Боря. — Леня ведь нас сразу предупредил, что из ста проектов — групп, сольных исполнителей — срабатывает только два. И мы попали в эти два. А после нашего очередного концерта в Москве Бурлаков сказал: “По-моему, все получилось!”

— А чем вы занимались до того, как приключилась эта история с продюсером?

— Поступили в музыкальное училище. Потом Костя стал работать на радио, а я никогда не мог работать по расписанию, поэтому пошел петь в ресторан, — вспоминает Борис. — Работали мы так спокойно, создали группу “Басанова бэнд”. И ею занимались вплоть до знакомства с Бурлаковым. Леня даже посетил один концерт “Басановы бэнда” в Москве. Посмотрел, прикололся. Но тогда мы не были солистами. Я вообще был арт-директором, а Костя — басистом.

“Не мы кадрим девушек, а они нас”

— Вы знаете друг друга как никто другой. Расскажите, как вас все-таки отличить?

— Мы по-разному улыбаемся. Еще я люблю вегетарианскую кухню больше, чем Боря, — раскрывает карты Костя.

— Да, я больше люблю мясо. И чаще его готовлю. Правда, иногда так устаю этим заниматься. Сейчас мы живем в Москве вдвоем с Костей, а раньше жили с музыкантами, и приходилось на всю эту ораву иногда готовить. Чувствую порой себя какой-то Золушкой. Хожу по кухне, чикаю зелень, готовлю супчик... Ну что еще говорить о различиях? Те девушки, которые нравятся Косте, никогда не понравятся мне — и наоборот.

— И каковы же вкусы на женщин у рыжеволосых братцев?

— Дело не в том — шатенки это или блондинки... Но если определять по-тупому, то, наверное, это блондинки, — наконец признается Костя.

— Ну а мне — мелированные, — откровенничает Боря.

— В какой цвет?

— А неважно — хоть в черный с белым, — рассуждает Боря. — Хорошо, когда девушка вообще лысая.

— У тебя была лысая девушка?

— Была. У меня была сексуальная фантазия — лысая девушка в очках осуществляет акт орального секса.

— А длина ног?

— Мне, честно говоря, важна моя длина ног, — продолжает Борис. — Если они будут короче, я буду себя чувствовать ущемленным. На самом деле большинство мужчин не любит высоких девушек — это факт. И я — в том числе.

— Ну а размер бюста?!

— Главное, — Константин невозмутим, — чтоб в руках помещался.

— Расскажите, на что надеяться вашим поклонницам? Ваше сердце уже занято?

— Мы каждый раз так думаем: вот, нашли вторую половину! И снова обламывается, — констатирует Борис. — Я считаю, что у нас сейчас происходит процесс осмысления личной жизни, и, я думаю, он будет еще долго продолжаться. Так что надежды у наших поклонниц есть.

— Тогда рассказал бы, как умеете девушек кадрить?

— Кадрить? А мы не кадрим — нас кадрят. Просто подходят, улыбаются. Спрашивают: “Хэв ю герлфренд?” Мы им — ноу! Они такие: о-кей, летс гоу! — Гримы смеются.

— Записки любовные пишут?

— Вот, пожалуйста, — Костя показывает открытку, на которой изображен чудесный кролик и надпись: “С любовью”. — Но нам письма писать — это вообще беспонтово. Татьяна в “Онегине” же так и не получила нормального ответа!

— И как же вас завлечь?

— Ну, не знаю. Можно подарить мне “Мерседес”. Шутка! — Боря смеется. — На самом деле, мы привлекаем просто: есть у нас половой гипнотизм. Бывают ведь такие неандертальцы, а их любят. Почему? Это все половой гипнотизм!

— Да, подходит она к тебе, смотрит в глаза, ты, может, и не хочешь, но понимаешь — надо! — развивает тему Костя. — Наш продюсер говорит, что мы используем половой гипнотизм друг друга. Я излучаю, а он пользуется — и наоборот.

Глазливая мордва

— Как расслабляетесь после концертов?

— Сексом занимаемся. Пьем горькую и вообще отдыхаем. Я люблю, когда выпью, по руке погадать, — взгляд Бори падает на мою руку. — Мы же, угорские народы, все очень глазливые.

— Может, мне надо было по телефону интервью взять?..

— Не бойся. Мы вообще рыжие такие все, мордва, хорошо знаем оккультизм. Я примерно знаю свою судьбу на 50 лет вперед, — хвастается Борис.

— Вы тут недавно клип сняли. Что было самое запоминающееся?

— Честно говоря, мы на это не особо внимание обращали. Надо было снять клип — сняли. Куда больше запомнился выпуск альбома, а особенно — запись с симфоническим оркестром кинематографии. Мы договорились, что даем песню для фильма “От 180 и выше”, а нам взамен записывают скрипичную партию для “Ресниц”. И еще подумали: зачем ограничиваться партией для “Ресниц”, когда можно записать и для других песен?! — рассказывает Костя. — Помню, к нам подошел композитор и сказал: “Ребята, у вас какая-то странная скрипичная партия — разные тональности, ритмы...” На что Леня невозмутимо сказал: “Так щас модно!” И мы успешно все записали, да простит нам режиссер.

— Откройте публике — на что тратите гонорары?

— Ну, например, хотим поехать в Лондон на фестиваль. Средства, которые мы зарабатываем, тратим на такую вот духовную пищу. А в остальном нам пока немного и надо. Ну что: бокал пива, корка хлеба, — ерничает Костя, — презервативы тоже надо купить.

— А машину-квартиру?

— Машины у нас нет, мы не водим. Мы даже не умеем, и прав у нас нет. Жилье нам помогают снимать добрые люди. Сейчас львиную долю времени мы проводим в Москве, но выкраиваем время и для посещения Самары.

— А как же передвигаетесь по Москве? На метро?

— В последний раз, когда мы решили передвигаться на метро, там сидела девушка и тайно нас фотографировала. Она делала вид, что играет в игру, а у самой вспышки от фотоаппарата щелкали. Я еще еду такой усталый и думаю: ну, блин, зачем она меня фотографирует!!! — повышает голос Боря.

— Но вам льстит, что вас атакуют фанатки, или уже привыкли?

— Конечно же, льстит. Если б у вас было столько поклонников — вам бы было лестно? — спрашивает Костя. — Но мы до сих пор не можем привыкнуть, что к нам подходят люди и начинают говорить, какие мы хорошие. Особо приятно, когда это симпатичные девушки.



Партнеры