Битва с солнцем

Денни Бойл: “На “Пекло” меня вдохновил Тарковский”

13 апреля 2007 в 19:30, просмотров: 664
  -Добро пожаловать в “Пекло”! И удачи! — приветствовал публику режиссер Денни Бойл. Знаменитый британский режиссер, покоривший Голливуд, приехал завоевывать Москву и заодно представить свой новый фильм. “Пекло” — история с говорящим названием о полете космического корабля прямо на... Солнце. Бороздить палящие звездные просторы Бойл пригласил любимцев публики: Киллиана Мерфи, Мишель Йео, Хироюки Санаду. Этот апокалиптический фильм-катастрофа был приурочен ко Дню космонавтики. Его премьера прошла 12 апреля в кинотеатре “Октябрь”.
     
     Бойла встречали красной дорожкой. А многочисленные поклонники стояли рядом и приветствовали режиссера аплодисментами. Денни Бойл дал эксклюзивное интервью “МК”.

Денни БОЙЛ: “Сниму кино и про Гагарина”

     — Для вас встреча с космосом началась со сценария?
     
— Я очень люблю научно-фантастические фильмы. Когда же я прочитал сценарий “Пекла”, меня заинтересовала идея путешествия к Солнцу.
     — Ваши астронавты — многонациональный экипаж...
     
— Просто мы поняли, что одна страна, например США, не сможет финансировать такой полет. Потребуется участие таких стран, как, например, Китай, Япония. Поэтому я и включил в команду несколько азиатских актеров. Хотя понимаю, что в экипаже еще должны быть индийцы и, конечно же, россияне.
     — В “Армагеддоне” всех спас именно русский космонавт с ломом... А может, с его помощью миссия и ваших героев была бы более удачной?
     
— Точно! (Смеется.) Во время работы над фильмом, особенно при разработке фабулы, на меня повлияли три научно-фантастических фильма. Я бы их назвал — столпы жанра. Во-первых, “Солярис” Андрея Тарковского, во многом вдохновивший меня. А также “Космическая одиссея 2001 года” Кубрика и “Чужой” Ридли Скотта. Кстати, в сиквеле по Кубрику действует команда астронавтов из американцев и россиян...
     — Не боитесь обвинений в неполиткорректности? Ведь проблемы в полете начались с ошибки астронавта-китайца.
     
— Я просто хотел показать: даже если для выполнения миссии собрали самых лучших, все равно что-то может пойти не так. Ведь даже среди избранных никто не застрахован от ошибки.
     — Несмотря на удачное завершение миссии, финал трагичен. Вы против хеппи-энда?
     
— Вы упомянули “Армагеддон” — вот он вызывает иронию. “Пекло” — фильм серьезный, несмотря на внешний оптимизм. Я рассказал историю как можно более реалистично. Астронавты понимали: полет к Солнцу очень опасен, и они должны спасти человечество, но вернуться не смогут. Наверное, так же себя чувствовали реальные астронавты. Например, Гагарин, когда готовился к полету, или Армстронг перед лунной экспедицией. Вопрос “Вернемся ли?” — в сердце каждого астронавта. И все-таки в “Пекле” есть хеппи-энд. Но он выражен не в претенциозном возвращении на мировой пир и не в выполнении миссии во что бы то ни стало. Это положительный исход для всего человечества. И еще одна важная мысль фильма: человек не должен гордиться и воображать себя повелителем Вселенной, подчиняющим себе все законы природы.
     — Западный зритель вообще знает, кто такой Гагарин?
     
— Конечно. И тот факт, что премьера моего фильма прошла именно в День космонавтики, для меня большая честь. Ведь у меня когда-то была идея снять фильм про Юрия Гагарина по сценарию Билли Элиота.
     — Вы вошли в историю кино фильмами с Юэном Макгрегором. Почему вы его больше не снимали?
     
— Похолодание нашей с ним дружбы началось с фильма “Пляж”. Там на главную роль утвердили Леонардо Ди Каприо. Юэн расстроился. Позже, когда я предложил ему играть Гагарина, он отказался. Хотя, на мой взгляд, Юэн идеально бы подошел. Надеюсь, я все-таки сниму фильм о Гагарине с Макгрегором.
     — Значит, ваш новый фильм будет опять про звездные просторы?
     
— Нет, интрига сюжета будет завязана вокруг игры “Кто хочет стать миллионером?”.

Киллиан МЕРФИ: “Я с физикой не в ладах”

     — Вы впервые сыграли астронавта. Как готовились к роли? — с этого вопроса мы начали наше эксклюзивное интервью с Киллианом Мерфи.
     — Весь наш экипаж собрали и поселили в студенческом общежитии, мы вместе жили, ходили на лекции, связанные с темой фильма. И даже побывали в невесомости, но, увы, не космической. (Смеется.) Мы летали на самолете, исполняющем фигуры высшего пилотажа. Он сделал “горку”, и мы оказались в невесомости! Еще я сам ездил в Женеву, в один из крупнейших институтов физики. Там под руководством нашего научного консультанта Брайана Кокса я получил массу полезной информации, пытаясь ликвидировать собственную безграмотность. (Улыбается.)
     — Ваш герой — физик. В школе с физикой дружили?
     
— По физике и по математике у меня были ужасные отметки. Не прослыть глупым помогали только гуманитарные предметы. А вот мой брат стал высококвалифицированным физиком-инженером. Но я очень много приложил усилий для того, чтобы попытаться понять, как себя чувствует человек, который занимается расчетами в физике, каким образом мышление физика влияет на личностные качества человека.
     — Что вам показалось самым сложным?
     
— На самом деле режиссер волновался из-за того, что нашу игру может затруднить отсутствие многих реальных объектов. Он делал все возможное, чтобы мы могли точнее сыграть. Бойл стремился к этому, даже когда снимали сцены с компьютерной графикой. Например, в эпизоде, когда экипаж корабля видит Меркурий на орбите Солнца, поверх зеленого экрана-хромокея повесили золотые и серебряные ленточки — в них отражался свет. И они помогали сосредоточиться. Или во время съемок финальной сцены с выплывающим Солнцем. Мне в лицо включили сильный свет, а рядом стояла машина, создающая ветер... Это тоже помогало войти в образ.
     — Какие фильмы пересматривали перед съемками?
     
— “Солярис” Тарковского, “Космическую одиссею 2001” Кубрика и “Чужой” Скотта. Также находились под сильным влиянием одного немецкого фильма, в котором главная тема — клаустрофобия. Еще полезно оказалось посмотреть картину о человеке, перевозившем в одиночку взрывчатое вещество и рискуя собой, выполнившем задание.



Партнеры