Книжный червь

11 мая 2007 в 14:01, просмотров: 189

Питер Таскер
Самурай-буги
“Ночь города состоит из воды и света”. Город этот — Токио. Куда переместился лет двадцать пять назад англичанин Питер Таскер. Там в японском антураже и развернулись жесткие криминальные разборки, коими и пропета песнь души человеческой в железном мире.
Истории частного детектива Кадзуо Мори. Что живет в квартире над пабом, купленной в тридцатилетнюю рассрочку. Ездит на работу на “Хонде”, которой пятнадцать лет. Считает, что мобильные телефоны вызывают рак мозга. И любит джаз. А вечера коротает, “делясь слухами с пропившими мозги городскими подонками, роясь в помойках, часами ожидая с камерой у дверей домов свиданий”.
Что поделать, тяжела и неказиста жизнь простого частного сыщика. Зато не лишена известного разнообразия. То надо стриптизерш незадачливых вырвать из рук нехороших людей. То схлестнуться с якудзой, получив надежного врага в лице одного из самых отпетых гангстеров, который получил смертельную обиду через общение с джазистом-мобильникофобом. А ведь этот Джордж Волк Нисио шутить не любит. Мигом продемонстрирует традиционные ценности клана головорезов.
Ловок Мори запутаться и в делах, совсем не для простых смертных предназначенных. Откуда-то из высших эшелонов докторантуры Зла находит себе спарринг-партнеров. А и сам-то он милый и хороший, да вот мир, как уж водится, весьма плохой, и кровь из носу надо навести немного порядка в окружающем пространстве.

Роберт Грейсмит
Зодиак
Роман на самом деле — документальное расследование деятельности одного из самых громких серийных убийц в истории. С 1966 по 1981 год некто по кличке Зодиак не покидал страниц колонок криминальных происшествий в Сан-Франциско.
Емко-суховатым языком хроник излагается расследование деятельности продолжателя славы Джека-Потрошителя. Но изощренная детализация описываемых событий, широкомасштабные прописи количества выпитых чашек кофе, выкуренных сигарет и прочих россыпей мелочей жизни выдают нешуточный художественный размах книги. Леденяще-протокольный триллер о вволю поиздевавшемся над обществом, распоясавшемся неизвестном. О поигравшем в кошки-мышки с полицией преступнике, засыпавшем газеты своими откровениями, а потом бесследно исчезнувшем.
По этой книге поставлен только что вышедший фильм с одноименным названием. А вообще этот таинственный деятель ножа и топора серьезно глянулся “империи грез”. В свое время его фотогеничный экранный образ расстрелял на потеху публике сам Клинт Иствуд. В том же, 1971 году зрители могли насладиться подвигами Зодиака и в другом художественном фильме. Да и впоследствии неоднократно “звездный мальчик” лил реки крови на больших и малых экранах. Вплоть до самого урожайного позапрошлого года, когда опять несколько версий его похождений с разной степенью успеха прокатились по кинотеатрам.

Екатерина Андреева
Постмодернизм. Искусство второй половины XX — начала XXI века
Надо-надо периодически перетряхивать художественные кладовые. Чтобы не давать искусству прозябать в беспечности. Иначе оно имеет склонность мумифицироваться, покрываться пылью и периодически провоцировать на попытки сбросить с корабля современности весь бездушный музейный хлам.
Противостоять подобным скорбным процессам и призван пафосный проект создания “Новой истории искусства”. Очередная, в который уже раз, процедура переписи экспонатов копилки ценностей человечества. Отчего в принципе эти ценности только выигрывают. Насыщаясь новыми смыслами. В проекте предполагается подробное изложение томах в 16 истории искусств от первобытных времен до наших дней.
Для начала дернули зверя за хвост. Первой вышла последняя книга. О загадочных вавилонах металлолома. Раскрашенных неестественно яркими цветами фотографиях знаменитостей. Старательной имитации живописи дошколят, впервые взявших в руки коробку с красками и карандаши. Или попросту переодевшихся в нелепые одежды гражданах, с упоением позирующих возбужденным ценителям. Зачем, казалось бы, взрослым людям весь этот балаган. Оно, конечно, иногда выходит красиво. Иногда шокирующе или просто омерзительно. Но в основном, как правило, просто ничего не понятно. Грамотное объяснение сей кипучей деятельности “суеверия всего” небезынтересно будет людям, привыкшим прямо смотреть в глаза вызовам современности.



Партнеры