«Ресурсный потенциал России – это большое преимущество перед странами, у которых таких ресурсов нет»

4 сентября 2007 в 19:43, просмотров: 1885

Трудно переоценить роль главы Минприроды в стране, в которой природные ресурсы являются главным активом. И то, что для одних ресурсное проклятие, для него – ресурсный потенциал. О том, как удается справиться с этой задачей, министр природных ресурсов РФ Юрий ТРУТНЕВ рассказал в интервью Виктории Чеботаревой.

«ДЛ»: Затянувшаяся ковыктинская проблема, похоже, решена. Но деловая общественность, особенно международная, рассматривает претензии Росприроднадзора к ТНК-BP по поводу Ковыктинского месторождения в более широком контексте – как усиление присутствия российских государственных компаний в этом секторе. Поддерживаете ли вы эту позицию и как, на ваш взгляд, это повлияет на активность иностранцев в этой сфере?

Юрий Трутнев: Вопрос об отзыве Ковыктинского газоконденсатного месторождения решается в рамках работы соответствующей комиссии Роснедр. Компания «РУСИА Петролеум» нарушила условия лицензии; закон нужно исполнять, мы это и делаем, отзывая лицензию. При этом совершенно очевидно, что новый пользователь недр будет иметь право на изменение условий лицензии. Ведь он не может отвечать за обязательства, которые предъявлялись предыдущему владельцу лицензии. Такой подход был бы тупиковым.

Что касается широкого контекста, сразу скажу: у нас огромный интерес иностранных компаний к геологической отрасли. Сегодня в сфере разработки нефти и газа количество инвесторов значительно превышает объем предложений. При этом российские компании должны иметь преференции. И я эту идею, разумеется, поддерживаю. Каждая страна защищает свои экономические интересы. Когда это делается публично и открыто, это способствует росту инвестиций и взаимопониманию. Мы стараемся «опубличивать» все наши решения и обсуждать их еще до того, как они вступают в силу.

«ДЛ»: Способна ли Россия преодолеть пресловутое «ресурсное проклятие»?

Ю.Т.: Не соглашусь, что ресурсный потенциал России – это бремя. Это большое преимущество перед другими странами, у которых этих ресурсов нет. Собственно, политика большинства развитых стран сейчас направлена на сохранение энергетической безопасности национальных экономик.

Источники энергии – это условие развития любой отрасли производства. Не случайно многие страны занимаются диверсификацией энергоисточников, развивая альтернативную энергетику. Но альтернативные источники – это довольно далекая перспектива.

С другой стороны, очевидно, что Россия не должна быть и не будет лишь экспортером сырья. Необходимо развивать глубокую переработку природных ресурсов, стимулировать инвестиции в этот сегмент. Сейчас программы развития регионов нацелены на решение именно этой задачи, идет модернизация законодательства, стимулирующая рост переработки. Поступления в бюджет от использования природных ресурсов, очевидно, нужно перераспределять на приоритетные цели – например, на поддержку высокотехнологичных отраслей промышленности.

«ДЛ»: Минприроды намеревается выдавать лицензии на недропользование при условии строительства перерабатывающих заводов, вводить налоговые льготы, повышать таможенные пошлины на продукцию высокого передела... Как удается разделить эту сферу деятельности с МЭРТ?

Ю.Т.: Мы ничего не делим, каждое ведомство выполняет свои задачи. Зоны ответственности известны.
Вы говорите о программах социально-экономического развития регионов, в рамках которых возможно заключение инвестиционных соглашений по развитию перерабатывающих мощностей с выдачей лицензии на конкурсной основе.

Этот механизм мы действительно прорабатываем совместно с МЭРТ. Он предполагает также и налоговое льготирование, и снижение вывозных пошлин на продукцию высокого передела и так далее. Основная цель – обеспечить создание в России достаточного количества перерабатывающих мощностей, фактически центров переработки, продукция которых сможет конкурировать с конечной продукцией зарубежных компаний, удовлетворять внутренний спрос и экспортироваться.

Сейчас потери и упущенная выгода от продажи сырого сырья колоссальны. 

«ДЛ»: Как отслеживается эффективность лесопользования?

Ю.Т.: Для контроля мы используем системы авиационного и космического мониторинга. Контролируется вся территория активного лесопользования, то есть более 100 миллионов гектаров. Только за год размер взысканного ущерба за нарушение лесного законодательства увеличился на 20%. Доходы от использования лесов стали выше на 46% по сравнению с 2004 годом. В 2006 году они составили 35 млрд. рублей. Теперь мы можем видеть и оценивать состояние лесного фонда, ход его использования, эффективность работы субъектов РФ в лесном секторе.

«ДЛ»: Россия – сырьевая держава. С распадом Союза геология оказалась в России не у дел. Что сейчас меняется?

Ю.Т.: В период с 1990 по 1997 год государство по известным причинам ушло из геологоразведки, резко упали объемы воспроизводства, что было вызвано снижением объемов геологоразведочных работ.

С конца 80-х годов отрасль испытала лавинообразное падение объемов поисково-разведочного бурения, сейсморазведочных работ; соответственно, произошел резкий спад прироста запасов.

В итоге выработанность балансовых запасов нефти в целом по стране превысила 50%, дебиты по нефтяным скважинам упали в два раза, значительно снизился коэффициент извлечения нефти и так далее.

Кроме того, фактически был утрачен контроль над использованием недр. Но уже в 2004 году мы начали реализацию программы, направленной на улучшение ситуации. Основная ее цель – увеличить объем геологического изучения недр, сбалансировать воспроизводство и использование минерально-сырьевой базы.
В 2005 году впервые за последние годы государство увеличило вложения в поиск и оценку полезных ископаемых. И это уже привело к определенным результатам. Впервые за постсоветский период уровень компенсации добычи твердых полезных ископаемых приростом их запасов достиг 70%. Растет прирост запасов нефти: мы рассчитываем, что к 2010 году произойдет выравнивание баланса до простого воспроизводства. То есть объем добычи будет равен приросту запасов.

Государство вкладывает средства в геологическую разведку на ранних стадиях, планирует объем инвестиций компаний-недропользователей. Сфера недропользования – более чем рентабельный сегмент экономики.
Поэтому никаких сомнений относительно интереса компаний, инвестиционной привлекательности геологоразведки у меня нет.

Компании будут вкладывать средства. Задача государства – обеспечить условия, нормативную базу, использовать стимулирующие механизмы. Могу сказать, что мы для этого сделали немало. Изменения, которые мы с 2004 года внесли в законодательство, обеспечивают прозрачность административных решений, снимают излишние административные барьеры.

Видно, что увеличивается приток инвестиций в геологоразведку.

«ДЛ»: Сейчас проводится дорога на Полярный Урал. Какие твердые полезные ископаемые планируется разрабатывать в этом регионе попутно, помимо нефти и газа?

Ю.Т.: Что касается реализации программы воспроизводства МСБ на Урале, то в основном там речь идет о цветных, редких и благородных металлах и неметаллических полезных ископаемых. Задача министерства – оптимизировать процесс лицензирования, получить геологическую информацию, обеспечивающую расширение минерально-сырьевой базы слабо изученных и вовсе неизученных территорий Северного, Приполярного и Полярного Урала.

На Полярном и Приполярном Урале мы ведем работы по созданию новых сырьевых баз горно-металлургического комплекса, обеспечивающих загрузку проектируемой железной дороги, а также по формированию новых и альтернативных сырьевых баз стратегических и дефицитных видов твердых полезных ископаемых, в том числе хрома, марганца и других.    



Партнеры